в номере свет, и обеспокоенно заозиралась по сторонам в поисках источника шума или чего-то еще, что могло меня разбудить, но ничего и уж тем более никого не увидела. Ни живых, ни мертвых. Все было тихо и спокойно. Ни шороха в номере, ни скрипа половицы за дверью.
Я рвано выдохнула.
Кажется, кто-то сходит с ума.
И, кажется, это я.
Видать, Найджел все же был прав. Еще немного, и совсем чокнусь.
Вооружившись светильником, я с опаской заглянула под кровать. Темно и пусто. Уж не знаю, кого я собиралась там увидеть, но в любом случае увидела лишь пыль, клочок чьих-то волос… точно не моих… и мерзкую засохшую штуку в углу, подозрительно похожую на использованный презерватив трехгодичной давности.
— Фу, — меня передернуло, — гадость!
Бе-е…
Для собственного успокоения я еще проверила ванную и вместительный шкаф. Естественно, никого не обнаружила. Даже тараканов.
Я усмехнулась, возвращая светильник на место.
— Пора лечить нервы… — пробормотала я себе под нос, все еще чувствуя необъяснимую и ничем не оправданную тревогу, раздирающую нутро.
Выключив свет, я забралась обратно под одеяло, несколько минут лежала, настороженно прислушиваясь к тишине, и не заметила, как снова уснула. На этот раз проспала до звонка будильника без пробуждений. А когда проснулась и открыла глаза, то сразу заметила неладное.
Мои вещи кто-то трогал…
Я привстала на локтях, чувствуя, как вся кожа покрывается мурашками.
Кто-то был здесь!
В моем номере!
Этой ночью!
Я откинула одеяло, в спешке выбираясь из кровати, и подбежала к столу, чтобы наверняка во всем убедиться.
Ну точно!
Карта города была сложена совсем не так, как вчера вечером сложила ее я. Будто бы кто-то открыл карту, изучил все мои пометки, а затем снова сложил ее, но небрежно и совершенно в другом порядке, думая, что я не замечу разницы, — и я бы точно не заметила, будь я нормальным человеком, а не параноиком, склонным подмечать мельчайшие детали, каким меня сделали демоны и работа в детективном агентстве.
— Что за черт? — я в смятении изучила карту и положила ее обратно.
Кому понадобилось пробираться в мой номер под покровом ночи и шариться в личных вещах?
Я в полнейшем смятении посмотрела на телефон. Он теперь лежал не с правой стороны стола, а с левой. И рюкзак! Молния на рюкзаке была застегнута не до конца, хотя я точно помню, что застегивала ее полностью. И сам рюкзак был чуть сдвинут.
Это не хорошо…
Я нервно облизнула губы.
Это совсем не хорошо!
Я вытряхнула содержимое рюкзака на кровать. Все на месте: деньги, амулеты, серебряный флакон и одежда. Ничего не пропало! Меня не ограбили. Но если ночной визитер приходил не ради наживы, то зачем тогда?
Я прошлепала босыми ногами до двери и выглянула в коридор, покрутила головой и нашла работающую камеру видеонаблюдения. Она приветливо замигала мне красным огоньком. Отлично! Теперь надо попытаться выпросить у администратора отеля ночную запись с этой камеры — вдруг она что-то прояснит. Жаль только, что англичане очень скрытные… Я до сих пор не могу привыкнуть к их менталитету. Без ордера даже у полиции обычно нет никаких шансов получить хоть кусочек записи. Частная жизнь и все такое. Здесь она очень ценится.
Ладно, сейчас что-нибудь придумаю.
Я вернулась в номер, быстро оделась, сгребла все свои вещи в рюкзак и спустилась вниз.
— Доброе утро! — обратилась я к управляющему на ресепшене.
Молодой рыжеволосый парень поднял голову и лучезарно мне улыбнулся.
— Здравствуйте, мисс.
— Я из пятнадцатого номера, — напомнила ему.
Филл Вуд, если судить по бейджу на его груди, наверняка сын владельца отеля или какой-нибудь близкий родственник, улыбнулся мне еще шире и с готовностью спросил:
— Чем могу вам помочь?
Я с печальным видом поджала губы.
— Не хочу портить вам настроение, Филл, но, видите ли, сегодня ночью кто-то пробрался ко мне в номер и спер из шкафа все нижнее белье.
Филл чуть со стула не грохнулся.
— Что?! — пискнул он.
— Я говорю — какой-то грязный извращенец бродит по вашему отелю и проникает в номера одиноких постояльцев по ночам.
Глаза у Филла чуть из орбит не вылезли от моего обвинения.
— Нет! Не может такого быть! — запротестовал он. — Мы следим за порядком круглые сутки, и я уверяю, что…
— Может-может, — закивала я. — Мне бы не хотелось идти в полицию и создавать вашему заведению плохую репутацию. Понимаете, о чем я?
— Д-да.
— У вас и так мало постояльцев, а после скандала их и вовсе не останется, а скандал, я вас уверяю, будет масштабным.
Любые происшествия, освещенные прессой, связанные с извращенцами, насильниками или сексуальными маньяками, почему-то всегда набирают невероятную популярность.
Филл нервно сглотнул.
— Поэтому предлагаю вот что, — выдвинула я свои условия, — вы прямо сейчас показываете мне ночную запись с камеры на втором этаже, а я обещаю, что не буду обращаться в полицию и СМИ.
— Подождите, мисс…
— Я всего лишь хочу увидеть извращенца в лицо. Этого мне будет вполне достаточно.
Филл потряс головой.
— Но, мисс, конфиденциальность нашего заведения, — запел он стандартную песню, — не позволяет мне…
— Понимаю, — я оттолкнулась от стойки, — в таком случае вызовите мне такси до ближайшего полицейского участка, а я пока позвоню во все городские газеты и в красках расскажу журналистам, как сегодня ночью в номер отеля «Вуд-Хаус» к одинокой и молодой женщине пробрался озабоченный грабитель, возможно даже один из работников отеля, и жестоко надругался над ее…
— Тише, пожалуйста! Тише! — парень так разволновался, что аж покраснел весь. — Не дай бог, еще другие постояльцы вас услышат!
В этом и суть.
— Они имеют право знать, что в вашем отеле ОРУДУЕТ ИЗВРАЩЕ…
— Ладно-ладно! — зашипел Филл. — Идите сюда! — он поманил меня за стойку. — Сейчас включу вам запись. Хорошо?
Я едва сдержала улыбку.
— Замечательно.
Ну вот и все! Было не так уж и сложно.
Я прошмыгнула за стойку администратора и уставилась на мониторы, транслирующие изображения с камер по всему отелю. Филл пощелкал по клавиатуре, и на центральном мониторе всплыла ускоренная ночная запись с камеры второго этажа, расположенной аккурат напротив двери в мой номер.
Затаив дыхание, я смотрела, как люди ходят по коридору. В двенадцать ночи влюбленная парочка прошла мимо моей двери, целуясь на каждом шагу и страстно обнимаясь. В час ночи пожилая женщина вышла из десятого номера. В час двадцать горничная показалась на камере.
Я нахмурилась.
— Горничная всегда работает по ночам? — насторожил меня этот момент.
Тут всего пятнадцать номеров, большинство из которых свободны. Не так уж и много уборки. Да и потом,
