– Яйца Бадлинга! – чертыхнувшись, мужчина бросился вдоль перил, дальше по короткому коридору второго этажа. За считанные секунды добежал до второй лестницы, спускающейся по левой стене в приёмный зал. Перепрыгивая по две, а то и три ступеньки слетел с неё. Внизу его встретили ещё двое старичков. Верус не стал жадничать, усилием воли приказал волочившемуся за ним хлысту наброситься на левого, а сам атаковал правого.
Кровавый кнут, увешанный загнутыми крючьями, стеганул карлика по лицу: сразу несколько крюков зацепились за кожу, в миг сняв с твари скальп. В это же время воин отразил удар когтистой лапы кинжалом, а взмахом меча рассёк нападающего от пупа до шеи. Под вопли первого и бульканье второго, Верус развернулся, кинувшись к входной двери.
Одичалый взгляд наткнулся на странность: двери облепила странная корнеобразная поросль иссиня-чёрного цвета. Её корявые переплетения, полностью скрывали обе створки. В мозгу зажёгся огонёк осознания. Бывалый охотник сразу же понял, что происходит. Оказавшись прямо перед корнями, попробовал садануть плечом, но те не поддались. Лишь слабо задрожали, оросив его белой жижей, едва коснувшись лёгкого кожаного доспеха, та растворилась дымом Скверны.
– Нет-нет-нет. Не может этого быть! Я не мог оказаться по ту сторону!!!
Жуткие воспоминания набатом проносились в голове, пока парень снова и снова бросался на запечатанные Скверной двери. А где-то позади уже подступали новые твари. Особняк Лорда наполнился потусторонним смехом и рыком. Хозяева созывали обитателей на поздний ужин.
= = Сноски = =
1) Сирила – мелкая рыбёшка, часто попадающаяся в озёрах Воргоса.
2) Транс Скверны – пограничное состояние разума, вызываемое присутствием Скверны поблизости. В нём человек или же животное не может контролировать себя, погружаясь как бы вглубь самого себя. Люди зачастую вспоминают яркие моменты жизни или же травмирующие переживания, иногда приходят бессвязные видения, наполненные потусторонними образами и явлениями. Животные, скорее всего, просто погружаются в сон, точных данных о наличии у них воспоминаний в человеческом понятии нет. Состояние опасно, так как предвещает скорый приход поглощения Скверной или осквернения.
2) Сандоузо мэ’то аима моу – Кровью своей заклинаю (перевод с первичного наречия)
3) Мавроданк (Чёрный укус) – обычный дворовый пёс, подвергшийся длительному воздействию Скверны. Чем крупнее особь до взаимодействия, тем сильнее получается монстр. Самым крупным Мавроданком, занесенным в анналы истории, был Междуречный Мавроданк, убитый группой апостолов Бадлинга во времена междоусобных войн, проходивших на территории будущего королевства Ритос. Его размер описывается как чуть выше гружёной телеги. Покровители ордена Проснувшихся считают, что данный Мавроданк, имел рост более двух с половиной метров.
4) Гурус флагелиум дэ’мэрсалис ретриба – Обратись плетью возмездия (5) (перевод с первичного наречия)
5) Плеть возмездия (или кровавая плеть) – заклинание пятого круга, создающее псевдоживые образования схожие с плетьми или кнутами. Некоторые маги склоняются к версии, что это в корне неверная трактовка и на самом деле призываются демонические черви или змеи. Длина и количество плетей, зависят от силы заклинателя.
Глава 9 – Демон внутри
Пойманный в ловушку человек тяжело дышал, он оказался заперт, захвачен врасплох, остался один на один с чудовищами в мираже Скверны (1). За три года борьбы за жизнь он трижды оказывался в этом пограничном мире, дребезжащей изнанке пространства. Месте, сотканном из страхов и переживаний людей, сдобренном мощью Скверны и таинственными образами, рождёнными за гранью человеческих мыслей.
Верус всё ещё стоял в особняке Лорда, прямо у входной двери, буквально в шаге от спасения и свободы, но вместе с тем вне привычного мира Старсии. Образы приёмного зала плыли, искажаясь как отражение в грязной луже. Приближающиеся монстры скалили слюнявые пасти, их насмешливый рык пронзал саму суть пространства, терзая и дразня. Они словно сливались с самим зданием, становились его частью — всё вокруг обратилось против него. Сознание металось, пытаясь найти опору, зацепиться за знакомый образ. Оно старалось успокоиться, определить точку отсчёта координат нового мира, но та неуловимо ускользала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Однако Скверна ещё не поглотила его, воин по-прежнему контролировал мысли и собственное тело. Только чувства дали сбой, всем телом ощущались резкие перепады температур: то жар, то холод. Словно он выбежал из лесного пожара прямиком в зимнюю бурю, и это повторялось цикл за циклом.
Глаза воина застилал вязкий полумрак, скрывающий подступающих монстров. Бесовы дела. Неужто проклятая книга так сильна. Искажение на весь дом? Как им удалось довезти такой предмет и не подохнуть по дороге? Грёбаные высококровные… Пока Верус мысленно клял нанимателя и всех его родственничков до пятого колена, враги медленно приближались.
Оказавшись в среде, наполненной Скверной, карлики стали значительно смелее: противный смех и шипение, наполняли зал, лица искажались в жутких гримасах, острые зубы клацали, пока они, смеясь, подступали к своей жертве. Аура, окружающая тёмные фигуры, изменилась, став более плотной и вязкой. Дым, что всегда стелился под ногами, теперь витал по всей комнате, сосредотачиваясь вокруг бестий. В его клубах тела чудовищ казались другими: хлипкие почти детские они приобрели вид изуродованных корявых трупов, наскоро сшитых из останков тел.
У одного вытянулись руки, от чего ему пришлось волочить их за собой прямо по полу. Второй и третий раздались вширь, тонкие ножки выгнулись, разрастаясь и удваиваясь. Когда они оказались на дистанции броска, перед Верусом стояли уже не лесные старички, а исковерканные монстры, отдаленно напоминающие пауков с человеческим туловищем и огромными головами. Края их тел распадались, словно стремясь окончательно утратить форму, но человек знал, это иллюзия, а не истина. Враги стоят прямо перед ним, и как бы плохо он их ни видел, этого не изменить. Опасность находится прямо здесь.
С другой стороны и сам Верус оказался под влиянием искажённого мира Скверны. Вот только в отличие от её «детей» ему не было лучше, а совсем наоборот. С каждым мгновением становилось сложнее дышать, мираж Скверны влиял на чувства, поражая разум, но истинной опасностью было полное поглощение. Стоило задержаться в таком месте, полностью поддавшемся проказе подольше, и она неминуемо поразит тело, проберётся в нутро и исказит его от начала и до конца. Превратив человека в куклу, подвластную неведомой силе, противостоящей самим Богам. Уж он-то повидал таких бедняг на своём веку.
Прекрасно осознавая риск, Верус крепче сжал эфес меча, сосредоточившись на нём: отбрось мысли, опустоши разум. Он погружался в вес собственного клинка: ощути текстуру рукояти, её приятное тепло, отбрось противный хохот тварей, их плотоядные причмокивания... почувствуй собственную кровь, биение сердца… спокойствие и контроль… я всё ещё здесь…
Твари напротив замерли, разглядывая закрывшего глаза человека. Края их ртов неожиданно разошлись в стороны, рассекая головы и полностью отделяя верхнюю половину: вместо глоток возникли бездонные круглые пасти, усыпанные рядами тонких зубов.
– Отродья, – мужчина, окружённый жуткими исчадиями ада, сплюнул, распахнув глаза. – Думаете, я испугаюсь вас? Устроили целое представление, а? Умрите же… Мэрсалис ретриба гурус фост’а песси! (2)
Искажённые призраки дёрнулись, услышав первичное наречие. Кровавый бич, вьющийся вокруг раненой ноги жертвы, вспыхнул ярким светом. Начавшись как красное марево, он обернулся белой приливной волной. Под лучами взошедшего в зале солнца, рябь на стенах и полу отступила. На краткий миг Скверна сдала позиции, возвращая окружению истинный облик. Три исковерканные фигуры отступили вместе с ней, скуля и подвывая под лучами истинного света. Вскинув лапы к мордам, они старались защититься от него. Но вместе с тем паукообразные оказались открыты для стремительного броска.
