class="p1">Прозвеневший звонок известил о конце урока, все школяры, как стайка птенцов, сорвались с места, собирая тетрадки и пеналы, подхватывая рюкзаки. К учительскому столу подошли Оля и Витя.
– Камилла Александровна, а правду говорят, что вы у нашего старого дома вчера клад нашли? – спросил мальчик с вызовом. Его сестра, потупившись, стояла рядом.
– Правда. А кто говорит, Вить?
– Да люди говорят, – степенно ответил он. – Эх, не знал я, что у нас там чего-то спрятано, а то бы сам вырыл.
Теперь в голосе мальчика сквозило сожаление.
– И Антоха не знал. Говорит, что в детстве с друзьями они иногда искали клады, особенно когда старый учитель на своем участке с металлоискателем бродил, но бабка от дома всегда гоняла, говорила, что дурью маются. Даже интересно, сама она знала, что под домом горшок зарыт и от мамки его прятала, или просто не в курсе была. Да теперь уж не узнаешь.
Под старым учителем, видимо, подразумевался Николай Валевский, искавший останки колокола Варлаама. Впрочем, эта страница истории Малодвинска была уже перевернута.
– Если я что-то узнаю, то обязательно вам расскажу, – пообещала Мила. – Бегите, а то сейчас следующий урок начнется. Перемена-то совсем небольшая.
День тек своим чередом. Начинались и заканчивались уроки, не происходило ничего необычного или опасного. Вчерашние события терялись в повседневных мелочах, их острота размывалась. Иногда Миле казалось, что все, что случилось с ней в воскресенье, происходило с кем-то другим, не с ней. И только темные очки на переносице напоминали о полученном фингале под глазом, да еще легковая машина, в которой сидел охранник Игорь, периодически выходящий размять ноги. Мила видела его через школьное окно, и эта картина была свидетельством, что ни клад, ни нападение, ни случившееся поблизости убийство – не плод ее воображения.
Закончила она около трех, вышла из школы, подошла к поджидавшей ее машине, покрутила головой в поисках другой, ярко-красной, но ее нигде не было. Что ж, оно и понятно, к ней приставили охрану и занятому архитектору вовсе незачем тратить на нее, Милу, свое время.
– Домой? – спросил ее Игорь.
– Мне бы в магазин заехать, – попросила Мила. – Продуктов купить. А уже потом домой.
– Не вопрос, – тут же согласился он.
У супермаркета, имеющего странное название «Бочка», Игорь остановил машину.
– Мне с вами идти? – спросил он Милу. – Или тут подождать?
– Я справлюсь, – ответила она. Ей вообще было неловко, что из-за Андрея Погодина с ней носятся как с писаной торбой. – Вы подождите, Игорь. В людном магазине в разгар дня мне точно ничего не угрожает.
– Ладно, я тут, у входа.
Взяв тележку, Мила не спеша пошла вдоль рядов, прикидывая, что нужно купить, чтобы хватило на несколько дней, да еще с учетом возможных гостей. Ей хотелось верить, что вчерашний внезапно прервавшийся ужин с Савелием продолжится, да и Игоря и его возможных напарников, наверное, надо кормить. Не дело это – по двенадцать часов сидеть на улице в машине.
Она была рачительной хозяйкой, поэтому, прикидывая в голове возможное меню, корзинку наполняла вдумчиво и основательно, полностью погрузившись в процесс выбора.
– Милка, – услышала она звонкий девичий голос и даже подпрыгнула от неожиданности. – Вот уж не ожидала тебя увидеть. Ты какими судьбами здесь?
Обернувшись, Мила не поверила собственным глазам. Перед ней стояла ее одноклассница Женя Калинина. И что, спрашивается, она делает в Малодвинске. Впрочем, еще летом, в самый разгар эпопеи с ее переездом сюда, Женя, кажется, устроилась на работу в Ассоциацию лесопромышленников, а фанерный завод, который работал под Малодвинском, как раз входил в эту самую ассоциацию. Так что, скорее всего, Женька просто приехала в командировку.
Ее удивление, вызванное встречей, было вполне понятным. Никому из друзей и подруг Мила не рассказывала о том, куда именно переехала. Так что знать о том, что она здесь, Женька действительно не могла.
– Я здесь учительницей работаю, в школе, – засмеялась Мила и кинулась обниматься. Встретить человека из той, прошлой жизни оказалось неожиданно приятно. Надо же, она успела по всем ужасно соскучиться. – А ты как здесь, в командировку приехала? На фанерный комбинат?
В глазах Женьки отразилось такое откровенное изумление, что Мила даже почувствовала гордость за свои аналитические способности.
– Не совсем, – сказала она. – И кто тебе уже проболтаться успел? Я думала, ты ни с кем из наших не общаешься. Пропала с концами. Да и я о себе особо не распространяюсь. Так что, откуда ты знаешь?
– О чем? – не поняла Мила.
– О фанерном комбинате.
Признаться, Мила не сообразила, что имеет в виду одноклассница.
– Никто мне ничего не рассказывал. Только ты говорила, что устроилась на работу к лесникам. А у них здесь комбинат. Увидев тебя здесь, я сделала вполне логичный вывод, что ты приехала в командировку. Что тебя удивляет?
– Я, оказывается, успела забыть про твои аналитические способности. – Женька звонко расхохоталась. – Но я здесь не в командировке. Я приехала к своему жениху. Насовсем. Дело в том, что он как раз директор этого самого фанерного комбината. Да вон он идет. Я вас сейчас познакомлю.
Мила с любопытством смотрела на неторопливо приближающегося мужчину лет тридцати – тридцати пяти. Был он не очень высок ростом, но ладный и лицо открытое, славное, глаза ясные. Не бывает таких глаз у людей с двойным дном.
– Андрей, знакомься, это моя школьная подруга Мила. Она, оказывается, тоже в Малодвинске живет, работает учительницей английского. А я и не знала.
– Андрей Васильев, – он протянул Миле руку, сильно и энергично ее пожал. – Директор местного фанерного комбината. Рад знакомству.
Имя и фамилия, произнесенные вслух, вызвали едва ощутимый щелчок в голове.
– Ой, так это вы вчера труп нашли, – воскликнула Мила, не сдержавшись. Директор фанерного комбината слегка изменился в лице.
– Да, я. А вы – та самая приезжая учительница, собака которой откопала клад?
Несмотря на то что ситуация мало располагала к веселью, Мила все-таки рассмеялась:
– 1:1. Я живу в Малодвинске восемь месяцев и никак не привыкну к тому, как хорошо здесь расходится информация. Да, надо признать, что вчера нас обоих угораздило оказаться в Кузнечной слободе не вовремя. Лично я бы предпочла не становиться источником повышенного внимания для всего города.
– Согласен. Я тоже. Хотя в целом к пересудам отношусь спокойно.
– А что вы делали в лесу? – Нет, права была мама, утверждавшая, что если Милу что и погубит, так это ее излишнее любопытство. – Я там, конечно, накануне тоже была, но у меня собака. А у вас?
– У меня нет собаки, – сообщил ей новый знакомый. – Я по роду своей деятельности часто езжу между Малодвинском и областным центром, да и
