Искать Дину было бессмысленно. Двигаться — тоже. Сдавленный со всех сторон, И.Д.К. смирился, расслабился, закрыл глаза и задумался. Конечно, это было не самое лучшее место для размышлений, да и время требовало действий, а не мудрствований. Однако И.Д.К. никогда не был человеком действий, сам себе отдавал в этом отчет, и сейчас впал в естественный для себя ступор.
x x x
Хроника поступков и мыслей И.Д.К., которую я восстанавливаю по крупицам, должна быть наложена на общеизвестную хронику событий в Иерусалиме, Израиле и во всем мире. И.Д.К. потерял Дину в двадцать один час семь минут. В это время Мессию доставили из Иерусалима в Кфар-Хабад, к подъезду дома, в котором так и не довелось остановиться Любавическому ребе. Пунктирно напомню: толпа религиозных ортодоксов, образовавшая вокруг дома кордон, насчитывала двести тысяч человек. Сначала пели и танцевали, потом истово молились, и, наконец, стихли, после того, как Мессия, призвав отложить до утра все земные дела, отошел ко сну.
И.Д.К. прижали к невысокому барьеру, правая нога онемела, в спину кто-то уперся острыми локтями, и стало трудно дышать. И.Д.К. прислушался к тому, что говорили, кричали и пели: это были восклицания восторга по поводу внезапно обретенного Мессии, рассуждения о том, когда же теперь ждать воскрешения мертвых, и что означает этот приход для всего человечества, и нужно ли будет выплачивать банковский долг, если с завтрашнего дня все изменится, и банкир станет для клиента таким же близким другом как ты, Моше, а как красив Мессия, особенно в профиль, а я всегда говорил, что именно евреи спасут мир, а вовсе не какая-то красота, особенно если она русская и с антисемитским душком, а что вы, господа, хотите, вы думаете, арабы теперь перестанут нас резать, да о чем вы говорите, террористов станет еще больше, хотя бы из зависти — их-то Мухаммед так и остался на небе.
Разговоры были банальны, мыслей и вовсе не наблюдалось.
И.Д.К. показалось, что на перекрестке мелькнула желтая, с яркими пятнами, кофточка Дины, и он перегнулся через барьер. Нет, ошибся. И.Д.К. заработал локтями, получил крепкий удар в левый бок и притих.
Следовало принять в качестве рабочей гипотезы, что включающий Код, показанный по телевидению, произвел не те изменения, на которые рассчитывал И.Д.К. А на что он рассчитывал? Что получил он сам? Он понимал, что способности читать и передавать мысли, телепортироваться и, возможно, что-то еще в том же духе, вовсе не были конечным результатом действия Кода. Напротив, это был побочный результат, и возможно поэтому он исчез так неожиданно, когда генетическая программа вышла на следующий уровень изменения организма.
Начнем с того, что и раньше были люди, и вовсе, кстати, нееврейского происхождения, обладавшие парапсихологическими способностями. Да в одном Иерусалиме этих экстрасенсов в последние годы обнаружились десятки! Значит, способности хранились в генетическом аппарате человека, у большинства в пассивном состоянии, у некоторых — в активном. Код должен был включить новые уровни чтения генетической информации. И.Д.К. полагал, что этот процесс должен занимать не минуты и часы, но недели и месяцы — ведь включенная цепь чтения генетической памяти должна создавать по-новому белки, должна строить иначе организм, и процесс этот вовсе не может пройти мгновенно. Совершенно ясно, что речь должна идти о последовательных ступенях приближения организма к новому состоянию. Для И.Д.К., и для Ильи Давидовича, отчасти для Дины таким первым шагом стало овладение дремлющими парапсихологическими способностями. Для других, вероятно, процесс мог идти иначе.
Пусть так. Зависит ли в создавшейся ситуации хоть что-нибудь от него, И.Д.К., или от Мессии? Может быть, контроль полностью утерян и нужно просто ждать, наблюдая за самим собой и всеми остальными? И неужели обретенная было способность исчезла навсегда, не будучи заменена ничем адэкватным?
Кто-то сильно надавил сзади — что-то тяжелое, с острыми гранями (похоже на "дипломат"?) уперлось И.Д.К. в спину, он обернулся и оказавлся лицом к лицу с обладателем портфеля. Это был мужчина лет сорока с окладистой рыжеватой бородой. Черный костюм лишился почти всех пуговиц, белая рубашка, замазанная у воротника красным, будто губной помадой, была, к тому же, еще и разорвана, открывая волосатую грудь. Черная шляпа, непременная принадлежность этого сорта граждан, была, видимо, утеряна в уличной свалке, а кипа сидела на макушке, как нашлепка, и казалось, что вот-вот отвалится. Взгляд у мужчины оказался неожиданно растерянным, губы что-то шептали, и только после того, как И.Д.К., желая высвободиться, начал конвульсивно извиваться, мужчина попытался опустить «дипломат» на землю. Это не удалось, и тогда мужчина предложил:
— Давай вместе. Вот так — шаг ты, шаг я. Сначала я, потому что я тяжелее.
Так и сделали. Пыхтя и не обращая внимания на тычки и недовольные возгласы, минут через пять они пробились к улице Штраус, толпа здесь была пореже, и мужчина, выставив «дипломат» как таранное орудие, штурмовал толпу будто римский легионер. И.Д.К. не отставал, ему неожиданно пришло в голову, что более странной толпы он не видел даже на экране кино. Люди, прижавшись друг к другу, будто в московском трамвае в час пик, вывсе не дышали злобой, но довольно мирно и с пониманием ситуации обсуждали последние события. Говорили о Мессии, о том, что вовсе не так представляли его приход, нет, что вы ожидали, конечно, так все и должно было быть, а завтра Мессия придет к Стене плача, и арабы ничего сделать не смогут, Мессия поднимется к мечети Омара и заложит Третий храм на том месте, где стоял алтарь Второго, а говорят, будто рав Гусман сказал, что только теперь и можно будет создать еврейское государство.
Толпа поредела, И.Д.К. понял, что способен передвигаться сам, и решил оторваться от своего попутчика, тем более, что узнал его и не хотел в этом признаваться. Однако, сделав движение в сторону, он почувствовал на плече крепкую руку, развернувшую его на сто восемьдесят градусов, и вновь оказался лицом к лицу с попутчиком:
— Куда же ты? — сказал тот. — Куда ты, мар Элиягу?
— Ты узнал меня, мар Дари, — вздохнул И.Д.К.
— Давай поговорим спокойно, — сказал Йосеф Дари, директор ешивы "Ор леолам". — Иди за мной и не сворачивай.
Он вновь бросился на толпу, на этот раз взяв такой темп, что И.Д.К. пришлось почти бежать. Они свернули на Меа Шеарим, где, хотя и было много людей, но, во всяком случае, не больше, чем бывает обычно на праздник Суккот, когда вдоль улицы стоят столы с "арба миним", и празднично разодетые слуги Бога придирчиво выбирают пальмовые ветви.
— Здесь я чувствую себя лучше, — заявил рав Дари, замедлив темп. — Здесь все другое, даже воздух. Здесь можно дышать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
