улеглось, успокоилось, устаканилось… когда Лиза оправилась от постигшего ее горя и вернулась к прежнему образу жизни, приезжает эта чернявая телка из Москвы и отбивает у нее Дмитрия! Не каждый так хорош собой и щедр, как этот веселый парень. Впервые Лиза посмотрела на мужчину другими глазами: не как на источник дохода и потребителя сексуальных услуг. В ее сердце шевельнулась симпатия, а возможно… это пробивались ростки подлинного чувства. Ничто человеческое не чуждо жрицам любви!
Вся ее короткая жизнь пролетела перед Лизой ночью. Утром она встала разбитая, уставшая, заплаканная. Она – страдала! Это было больно. Теперь Лиза не расставалась с телефоном, вздрагивая при малейшем звуке. Она ожидала звонка Дмитрия… и боялась, что тот не позвонит. Ишь, как побежал за приезжей брюнеткой! И не вернулся.
– Даже не извинился передо мной, – простонала Лиза. – Просто выскочил вон и захлопнул дверь!..
Она со слезами выбросила принесенный Дмитрием торт, а вместо кофе налила себе водки. Вкус спиртного напомнил ей былые пьянки, которые заканчивались оргиями. Лиза чудом избежала полного падения, самого отъявленного днища, куда ее неумолимо влекли пагубные наклонности. Если бы не Вера Карловна…
Динь-динь! Динь-дилинь! – мелодично запел дверной звонок. – Динь-динь!
«Неужели, это Дмитрий? – вспыхнула Лиза – Пришел-таки!»
Она в замешательстве бросилась к зеркалу, взглянула на свое отекшее лицо и ужаснулась. Быстро провела расческой по волосам, напудрилась, мазнула рот помадой, брызнула на шею духами и побежала открывать.
– Ты? – ахнула она, пропуская гостя в квартиру.
– Не ждала? – усмехнулся тот.
– Ждала…
– Тогда займемся любовью? Прямо сейчас!
Он сжал Лизу в крепком объятии и впился ей в губы жарким поцелуем. Взял на руки и понес в комнату. Там он резкими движениями раздел девушку, уложил ее на кровать и, на ходу расстегивая джинсы, придавил своим телом… Она вскрикнула и не успела опомниться, как все было кончено.
– Какая ты… сладкая… – прошептал он, приподнимаясь и тяжело дыша. – Слишком сладкая… слишком…
Что-то холодное скользнуло по груди Лизы, коснулось соска, опустилось чуть ниже, прошлось по ребрам и замерло. Любовник издал смешок, похожий на всхлип, и тихо проговорил:
– Я думал о тебе целую ночь… Ты завладела мной!.. Так нельзя…
Он поднял руку и показал ей нож с прямым обоюдоострым лезвием. Лиза хотела закричать, но твердая мужская ладонь закрыла ей рот. Она извивалась и мычала, пытаясь сбросить с себя чужое потное тело. Это была игра! Ему нравились подобные игры с напускной жестокостью и насилием…
Лиза вздрогнула, когда кончик лезвия надрезал ей кожу на животе, затрепетала и затихла. Чтобы не спровоцировать любовника на непредсказуемые действия. Эта непредсказуемость обещала особое наслаждение на грани смерти. Оргазм как последнее ощущение перед возможной кончиной!.. Ни Лиза, ни ее партнер не знали, что произойдет в следующий момент. Условно не знали. Но никогда не угадаешь, как далеко все это зайдет!
– Ты его любишь… – шептал мужчина, водя ножом по ее телу. – И он тебя любит… Дай ему войти…
Лиза испуганно дернулась, и лезвие мягко погрузилось в ее плоть. Раз, второй, третий…
«Не надо!» – мысленно умоляла она, но из ее горла вырвались лишь глухие хрипы. Утренний свет померк, взор застлала кровавая пелена…
Глава 12
– Почему Илья не взял с собой телефон и не сказал, куда идет?
Ирина места себе не находила, наматывая круги по комнате.
– Он ведет себя, как кот, который гуляет сам по себе, – обронила Аня.
Время приближалось к десяти, а Илья до сих пор не дал о себе знать.
– Ну, забыл телефон. Так можно позвонить откуда угодно, из кафе, к примеру… Вокруг люди, у каждого – сотовый. Это в его духе, – недовольно проворчала Ирина. – Он привык создавать саспенс! Только жизнь – не триллер, а мы – не зрители.
– Еще какой триллер…
– Ох, молчи пожалуйста! И без этого хоть на стену лезь!
– Как насчет полиции? – вздохнула Аня. – Скажем, человек пропал.
– Наивная ты…
– Ну да, все верно. Никто раньше трех суток искать не будет.
– Ладно, хватит переживать, – рассердилась Ирина. – Этим мы Илье не поможем. Он крутой мачо! – неприязненно добавила она. – Найдет выход в любой ситуации.
Аня промолчала. Она еще не отошла от своих ночных похождений, а тут опять нервы на взводе. Илья не должен так поступать, но ему ведь ничего не скажешь. Он себе на уме! Что хочет, то и делает. Без оглядки на окружающих.
– Наверное, нужно дяде позвонить… – пробормотала она. – Рассказать, что случилось с Верой Карловной…
– Давно пора.
– Боюсь, как бы его инфаркт не хватил.
– Неправильно скрывать от него смерть близкого человека.
– Я понимаю, – согласилась Аня. – Даже не знаю, как начать… Позвонил бы сам, мне бы было легче.
– Какая разница, кто первый позвонит? – через силу улыбнулась Ирина. – С возрастом у людей портится характер.
– Дядя смолоду был упрямцем. С ним не каждый выдержит.
– Делать нечего, звони. Не стоит тянуть. И включи громкую связь.
Аня нехотя набрала номер дядюшки и, запинаясь, сообщила ему трагическую новость. Тот воспринял это со стоическим спокойствием. Наверное, в полной мере он осознает случившееся позже.
– Я хочу знать подробности, – упавшим голосом молвил старик. – Как Верочка ушла из жизни? Она не жаловалась на здоровье.
– Мне некого расспросить, – оправдывалась Аня. – С Верой Карловной жила квартирантка, но она… не выразила желания обсуждать со мной смерть хозяйки.
– А соседи? Ты с соседями говорила?
– Нет. Мне неловко приставать к незнакомым людям. Как вы себе это представляете? Звонить по квартирам и набиваться на разговор?
– Я тебя зачем в Питер отправил? – возмутился дядя. – Проведать Верочку! А раз ты ее не застала… – он сдавленно кашлянул и после короткой паузы добавил: – Ты обязана навести справки. Обязана! Слышишь?
– Каким образом? Может, у Веры Карловны была подруга, которая жила по соседству?
– Верочка не имела подруг. Она так же одинока, как я… Бедная!.. – чтобы не заплакать, дядя сжал зубы и процедил: – Мы тысячу лет не виделись… Теперь уж и не свидимся… в этом мире…
– Соболезную, – пробормотала Аня, не зная, чем его утешить. – Крепитесь.
– У меня были плохие предчувствия!.. Но я не верил в самое страшное… Раз уж ты поехала, то должна выяснить, от чего умерла Вера. Пусть тебе свидетельство о смерти покажут, – потребовал дядя. – Терпеть не могу гадать на кофейной гуще!
– Скорее всего, свидетельство у родственников из Тулы. Они приезжали на похороны…
– Родственники из Тулы? Никогда о них не слышал… Седьмая вода на киселе, видать. При жизни не общались с Верочкой, а после смерти, значит, слетелись наследство делить. Обидно-то как…
*
