друзья громко рассмеялись.
В этот миг из-за здоровенной ели, до которой им оставалось не более десяти-пятнадцати шагов, выступило огромное волосатое существо, покрытое густой белёсой шерстью, и молча перегородило друзьям дорогу, уверенно встав на пути у двоих витязей. Глаза адского создания горели злобным тусклым красным пламенем.
— Это что ещё за отрыжка Перуна!.. — быстро оправившись от первоначального шока, храбрые воины мгновенно сбросили заплечные тюки на снег и тут же схватились за ножи, приготовившись к бою. — В этот момент из-за стоящих рядом деревьев, медленно выпустив когти наружу, выступили ещё четыре здоровенные лохматые твари, плотным кольцом окружив обоих охотников.
— Похоже, не судьба нам донести нашу добычу до острога, дружище, — сжав покрепче нож и приготовившись подороже продать свою жизнь, прошептал мрачно приятелю Гремислав. Тот угрюмо кивнул в ответ.
— Как сказал бы в такой ситуации один наш рыжебородый знакомец, — Велибор, изготовившись к последней на своём веку схватке, с вызовом смотрел на неторопливо приближающихся к ним йотунов, — идите сюда, собаки!..
Глава 9
Утро вечера мудренее
— Все вернулись? — Святослав нервно забарабанил пальцами по столу.
— Не все! — хмурый Яромир встревоженно прошёлся по комнате. — Двоих недосчитались. Гремислав с Велибором отправились утром на охоту. Их до сих пор нет! Что делаем, княже? Это славные, опытные витязи, верой и правдой нёсшие бремя службы в твоей дружине! Они бы просто так не пропали! Значит, случилось чего!..
— Все остальные в поселении?
— Так точно! Караул усилили, на вышках дозорные будут сменять друг друга каждые четыре часа, — княжий воевода всё беспокойно ходил взад-вперёд.
Дело происходило поздно вечером, и январская ночь, вступая в свои законные права, уже давно окутала Караим тёмным, непроглядным покрывалом, когда Святослав вызвал к себе Яромира с Ратибором, ведь им было что обсудить. Совещание на ночь глядя не самый хороший вариант, но недобрые вести лучше сообщать сразу.
— Выдвигаться сейчас на их поиски бессмысленно и очень опасно, — удручённо буркнул Святослав, — коль выяснилось, что за страшные обитатели в здешних лесах водятся. Ради двух витязей всей дружиной рисковать неразумно, Яр, ты же это не хуже меня понимаешь! И их не сыщем, и остальных погубим! Дождёмся утра и прочешем тогда близлежащие чащобы. Они не могли совсем уж далеко уйти!
— Чего Колояра не позвал? — до сих пор молчавший Ратибор вопросительно глянул на князя.
— Хочу, чтобы он пожил ещё немного на этом свете, а то ты ведь так и зашибёшь ненароком моего «любимого» дядю, коль он будет иметь глупость опять тебя раздражать, — чуть улыбнулся Святослав и уже серьёзно добавил: — Рат, как ты думаешь, сколько их за тобой по пятам шло?
— Точно не скажу, но полагаю, что четыре-пять тел, не более.
— Интересно, этих образин всего столько, или это лишь малая часть ихней стаи?.. — замерев у окна избушки, задумчиво размышлял вслух наконец прекративший нервозно метаться по комнате Яромир. — Если второе, то нам будет худо…
— Вот тоже очень интересует этот вопросец… — Святослав пытливо смотрел на Ратибора. — Нехорошее у меня предчувствие… На душе как-то неспокойно. Что можешь сказать ещё о тех созданиях?..
— Что, что… Не духи бесплотные эти странные существа, а вполне себе телесные, живые, из крови, мяса и костей состоят, так что их можно убить. Да, сильные, да, здоровые, но — смертные, — Ратибор тяжело зыркнул на друзей. — И это — главное.
— Тут не поспоришь… — князь в задумчивости перевёл взгляд на Яромира. — Как там дружина, как настроение?
— Да нормально всё! — живо молвил в ответ княжий воевода. — Полная боевая готовность, воины рвутся в бой! Ввёл в курс дела наших бравых медвежат, так сказать, обрисовал в общих чертах, с чем столкнулись… Или с кем… Ну, не важно. В общем, горят желанием наши славные витязи поквитаться за Белогора!
— Похоронить его надо по-человечески, — Ратибор твёрдо взглянул на Святослава с Яромиром. — Негоже старого охотника в сугробе оставлять, аки падаль какую, воронам на съедение…
— Согласен, — Святослав устало кивнул. — Завтра заберём его тело. Возьмёшь, Ратибор, с собой два десятка ратников и привезёшь останки Белогора в крепость. Не обсуждается, Рат! — не дал сказать владыка Мирграда хотевшему что-то недовольно возразить рыжебородому богатырю. — По одному, двум, трём не ходим более за ворота! Это приказ! Находились уже… Ну а пока, тогда, отбой. Утро вечера мудренее. Всем отдыхать! Чую я, денёк сложный завтра ждёт нас… — при этих словах верный Волжан, практически всегда в последнее время бывший при князе, проводил гостей и молча закрыл дверь за двумя приятелями.
— Не могу отделаться от поганого ощущения в течение почти всего сегодняшнего вечерочка, что за нами постоянно следят, — насупленно оглядываясь, пробормотал Ратибор на выходе из княжьей избы. — Так ведь и на нужник присаживаться некомфортно…
— Может, к Мирке заглянем перед сном? — вышедший следом Яромир выжидательно воззрился на своего хмурого товарища.
— Пошли, — Ратибор согласно мотнул рыжей гривой. — Надеюсь, Добролюб ещё не дрыхнет… — и два воителя направились к дому княжьего целителя. Тот как раз готовился уже ко сну, потому хоть и впустил ночных гостей, но сделал это с явной неохотой.
— Спит он, чего припёрлись на ночь глядя? — ворчливо пробубнил Добролюб. — Тишина да покой ему нужны. Ну и время, естественно. Лучше лекаря не сыскать…
— Как знать, — молвил Ратибор, мрачно разглядывая раненого друга. После чего, достав из-за пазухи ожерелье Белогора, что снял с его шеи, вложил украшение в правую руку Мирослава. — Сюда бы сейчас Благану с её мазью вонючей, что на ноги тебя за пару дней поставила, — обернувшись вполоборота к Яромиру, добавил он.
— Это точно, — печально вздохнул воевода. — Эта ведунья быстро вытащила бы нашего Мирку с того света, уверен…
— Вы что, знаете ворожею Благану? — Добролюб поочерёдно переводил удивлённый взгляд с одного воина на другого.
— Да, пересекались как-то, было дело… — Ратибор не менее изумлённо уставился на Добролюба. — А ты что, знаком с ней?
— Знаком… — прошамкал нехотя Добролюб. — На дух не переношу эту кикимору за её скверный характер, но дело своё она знает отлично, чего уж там говорить… А приятелю вашему мы и без
