— Трубецкой вел вас силой?
— Нет, я шла сама.
В зале раздался смех и свист. Маша испуганно сжалась.
— Я была как в тумане. Не понимала, что делаю.
— Вам было нехорошо? — с фальшивой заботой спросил Прокудин.
— Да.
— Вас осматривал врач?
— Да. Сразу… сразу после того, как приехала полиция.
— И что он вам сказал?
— Ничего. Врач перевязал мне порезы и дал какую-то таблетку.
— Мы вызовем этого врача. Значит, у вас были порезы? Как вы их получили?
— Не помню. Кажется, я упала в обморок, когда появился призрак.
Зал взорвался криками. Кот на моих руках вздрогнул и дернул рваным ухом.
— Никита, еще не пора? — спросил меня демон Смерти.
— Нет, — ответил я, погладив кота. — Все только начинается.
Тем временем Прокудин удивленно смотрел на Машу.
— В момент убийства вы видели призрака?
— Нет, — пробормотала Маша. — Трубецкой держал меня за руки и тянул к кровати. Вдруг в комнате стало очень холодно. Засвистел ледяной ветер. А потом стул взлетел к потолку и ударил Трубецкого по голове.
Зал затаил дыхание. Даже судья приоткрыл рот, слушая Машу.
— Стул взлетел сам? — уточнил Прокудин.
— Да! — отчаянно выкрикнула Маша. — Это был призрак! Это он ударил Трубецкого! А потом утащил его в подвал. Это был призрак моего прадедушки! Почему вы мне не верите⁈
Аня сорвалась с места и подбежала к подруге.
— Отстаньте от нее! — крикнула она Прокудину. — Чего вы добиваетесь! Маша, идем!
Она обняла рыдающую Машу за плечи и попыталась ее увести.
— Охрана, выведите эту девушку! — рявкнул судья, громыхнув молотком по столу. — Обвинитель, продолжайте допрос свидетеля!
— В этом нет смысла, ваша честь, — улыбаясь, заявил Прокудин. — Очевидно, что свидетельница отчаянно врет, пытаясь выгородить себя и своего деда. Она заманила Трубецкого на дачу и сама впустила его в дом. У не на руках порезы — возможно, от того самого осколка, которым перерезали горло несчастному молодому человеку. А теперь свидетельница рассказывает нам сказки про призрака-убийцу. Думаю, что Мария Лабуаль является соучастницей убийства.
— Это не относится к делу, — остановил его судья. — Сейчас мы пытаемся установить виновность Николая Лабуаля. Но суд учтет ваше заявление.
Прокудин торжествующе посмотрел на Киру.
А я в этот момент смотрел только на ректора Кравцова.
Ректор поймал мой взгляд и снисходительно улыбнулся. В его взгляде была жалость. Затем он поднял руки и беззвучно зааплодировал.
— Браво, господин барон! — прочитал я по его губам.
Когда публика немного успокоилась, Прокудин громко объявил:
— Ваша честь, я хочу допросить подсудимого!
— Хорошо, — кивнул судья. — Подсудимый, встаньте!
Николай Лабуаль медленно поднялся. Я видел, как ему было трудно — долгие ночи в камере не прошли для профессора даром.
— Вас зовут Николай Лабуаль, и вы профессор Императорской магической академии? — спросил его Прокудин.
— Да, — ответил профессор.
Его голос звучал слабо, но твердо.
— Что вы преподаете?
— Магическое и уголовное право.
— Тогда вы хорошо знакомы с судебным процессом. Желаете, чтобы я задавал вам вопросы?
— Не нужно, — сказал Лабуаль. — Я все расскажу сам.
— Это противоречит процедуре, — запротестовала Кира.
Но я сделал ей знак не мешать Лабуалю.
— Протест отклоняется, — заявил судья. — Подсудимый намерен дать показания, и суд их примет. Говорите!
— Это я убил Юрия Трубецкого, — сказал профессор.
Он медленно обвел зал взглядом.
— Я никогда не любил Трубецкого. И когда узнал, что он ухаживает за моей внучкой, то рассердился.
Голос профессора окреп.
Лабуаль принял решение утопить себя, и сейчас делал это.
— В тот день Трубецкой не явился на занятия. Я заподозрил, что он встречается с Машей. Позвонил ей, но она не взяла трубку. Тогда я поехал на дачу. Я предположил, что они могут быть там.
Профессор сжал сухие губы.
— Я торопился, я хотел помешать им! Дверь была заперта, но я открыл ее своим ключом. И услышал наверху голоса. Моя внучка умоляла Трубецкого не трогать ее! А он… он смеялся!
— Что вы сделали? — спросил судья.
— Я побежал вверх по лестнице. Ворвался в комнату, схватил Трубецкого за плечи и попытался оттащить его от Маши. Но он оттолкнул меня.
Профессор замолчал, чтобы перевести дыхание.
— Это ложь! — выкрикнул с места старший Трубецкой. — Юра не мог так поступить! Ты убил его. Ты убийца!
— Тихо! — крикнул судья. — Подсудимый, говорите!
— Тогда я схватил стул и сильно ударил Трубецкого по голове. Он упал. Моя внучка… она тоже упала. Кажется, у нее был обморок. Я хотел помочь ей, но Трубецкой начал шевелиться. Я испугался, что он придет в себя. Тогда я оттащил его в подвал и там перерезал ему горло осколком стекла. Я хотел, чтобы он умер!
— Дедушка, нет! — выкрикнула Маша.
Но Аня обхватила ее за плечи:
— Молчи! Молчи!
— Это вы нарисовали на полу пентаграмму? — спросил Прокудин.
— Да, — ответил Лабуаль. — Я обмакнул руку в кровь Трубецкого и нарисовал этот знак.
— Зачем?
— Потому что он был демоном. Я хотел, чтобы его поганая сущность отправилась в ад!
— Убийца! — снова крикнул князь Трубецкой. — Тебя повесят!
— Тихо! Что вы сделали потом?
— Я вызвал полицию, — ответил Николай Лабуаль. — Но сначала вымыл руки с мылом.
— Вы понимаете, что только что повторно признались в убийстве? — спросил его Прокудин.
— Да. Это я убил Трубецкого, своими руками. Моя внучка тут ни при чем.
— Хорошо, — усмехнулся помощник прокурора.
— Адвокат, у вас есть вопросы к подсудимому? — спросил судья.
— Нет, ваша честь, — ответила Кира.
Именно в этот момент мой магофон тихо пискнул. Я взглянул на экран и улыбнулся — сообщение от его величества.
«Мы на месте» — писал император.
Кира посмотрела на меня, и я кивнул ей.
— Обвинитель,
