– Не думаю, что это обязательно делать сегодня.
– Хорошо. Тогда завтра в десять утра.
– В десять я еще не встаю. В двенадцать.
Маркус пожал плечами.
– Пусть будет в двенадцать, мне все равно. Только постарайтесь не опаздывать. – Он кинул на юношу холодный взгляд. – Мы понимаем друг друга, не так ли?
Деваться Мелтону было некуда, и он только дернул головой.
– Буду ровно в двенадцать.
– Отлично. До свидания, джентльмены. – Поклонившись, Маркус вышел. Этот Мелтон – горячая голова, невольно подумал он, поразительно несдержанный и одолеваемый страстями молодой человек. Ничего удивительного, что он умудрился проиграть целое состояние. Лучше бы этому щеголю явиться к нему утром, представить необходимые сведения и подписать проклятые бумаги, в противном случае придется снова захватить его врасплох, только на этот раз все будет далеко не так мило и вежливо.
Маркус взглянул на бронзовые часы, украшавшие широкую мраморную доску над огромным камином, и убедился, что до возвращения Гербертса еще почти час. Может, стоило показаться в зале и лишний раз доказать Энтони его неправоту?
Ленивым взглядом он обвел пеструю толпу гостей, задерживаясь на женских головках, затем решил пройтись в расчете встретить кого-либо из знакомых. Здесь мог оказаться герцог Эксетер; Маркус надеялся заинтересовать его участием в одном горном предприятии, обещавшем солидную прибыль.
Когда, заложив руки за спину, он вошел в зал, то у подножия просторной мраморной лестницы ему сразу бросилась в глаза странная пара. Густая толпа мешала ему рассмотреть мужчину, но женщину он узнал сразу – мисс Онория Бейкер-Снид собственной персоной!
Ну и ну! Что привело сюда эту коварную бестию? Хотя... сейчас она вовсе не походила на бестию. В ярком свете свечей ее волосы приобрели теплый каштановый оттенок, притягивающая взгляд белоснежная прядь выделялась над виском, тянулась вверх и исчезала под сверкающей тиарой. Она отчетливо выделялась в толпе, затмевая даже записных светских красавиц.
Вот она слегка наклонила голову, засмеялась, и над залом поплыл нежный, мелодичный звук ее голоса. Он пристально разглядывал ее живые, выразительные глаза, грациозную линию шеи и плеч. Вдруг Онория покачала головой, и смех ее замер, а в глазах появилось настороженное выражение.
Маркус недоуменно нахмурился. Что произошло? И с кем это она разговаривает, черт возьми? Он шагнул в сторону, чтобы разглядеть ее спутника, который оказался мужчиной среднего роста со следами былой красоты на обрюзгшем лице.
Черт побери, да это же лорд Радмер! Маркус частенько имел дело со старым прохвостом, поскольку Радмер был серьезным коллекционером и на каждый аукцион являлся, как на битву. Этот тип получал особое удовольствие, когда ему удавалось перехватить какую-нибудь вещицу из-под носа у Маркуса. Мисс Бейкер-Снид, конечно же, не...
Онория сняла перчатку и вытянула руку, предлагая лорду Радмеру осмотреть ее; при этом кольцо-талисман ослепительно сверкнуло серебром, так что Маркус даже вздрогнул.
– Проклятие!
– Мило же ты приветствуешь своего брата! – раздался рядом ленивый голос.
Маркус хмуро взглянул на Энтони, очень элегантного в черном вечернем костюме.
– А ты что здесь делаешь?
– О том же я хотел спросить тебя. По-моему, ты не показывался на балах уже больше года.
Маркус пожал плечами.
– Мы уже говорили об этом не далее как сегодня днем.
Энтони искренне огорчился:
– Ты все еще сердишься? Я ведь только...
– Да нет, не сержусь. Мне кажется, кое-что из того, что ты тогда изрек, довольно справедливо. – Маркус заставил себя беззаботно улыбнуться. – Полностью согласиться с твоим мнением о моем характере не могу, но отчасти ты все-таки прав.
– Маркус, я вовсе не хотел сказать, что ты плохой человек или плохой брат... – слегка покраснев, начал Энтони, но тут взгляд его остановился на Онории. – Боже, кто это?
– Мисс Бейкер-Снид. – Маркус продолжал наблюдать за тем, как Онория улыбается Радмеру; он был уверен, что старый прохвост польщен ее вниманием, но те, кто действительно знал мисс Бейкер-Снид, понимали, что эта улыбка означала лишь коварный прием. Ей что-то нужно было от этого человека, и Маркус догадывался, что именно. – Ее стоило бы задушить!
– А мне кажется, она создана для поцелуев! Определенно Чейзу говорили правду: мисс Бейкер-Снид весьма очаровательна.
– На вид она, может, и невинная особа, но на самом деле – упрямая, хитрая и жестокая бестия.
– Это даже к лучшему – ведь скромницы так скучны!
– Энтони, ты что, не видишь: она же показывает Радмеру наше кольцо! Если ему станет известно, что я им интересуюсь, добра не жди.
– Так вы с ним враждуете?
– Да нет, просто частенько схватываемся на аукционах. В прошлом месяце мне удалось перехватить у него старинную китайскую вазу. Он мне этого не простил, поэтому мне не нравится, что мисс Бейкер-Снид находится в его обществе.
– Боишься, что он ее заинтересует?
– Ха! Куда больше меня беспокоит то, что мисс Бейкер-Снид может продать кольцо этому старому идиоту! После он потребует за него целое состояние, если вообще согласится его продать.
– Она этого не сделает!
– Ты не знаешь мисс Онорию Бейкер-Снид... да и Радмера. Этот болван голову бы отдал, лишь бы меня обскакать.
Энтони пристально посмотрел на стоящую в отдалении пару.
– А по-моему, у Радмера на уме нечто совсем иное.
Маркус помрачнел. Радмер слыл грязным распутником, тогда как Онория... Хотя и не совершенно наивная, она слишком давно вела самостоятельный образ жизни и вряд ли достаточно подготовлена для общения с таким человеком, как Радмер.
Маркус вспомнил о своем разговоре с ней. Хотя Онория вела себя довольно смело, торгуясь за кольцо, было абсолютно ясно, что ее опыт в общении с мужчинами довольно ограничен. В ней были свежесть и непосредственность; хотя и спрятанные под уверенными манерами, в определенных условиях они могли подвести ее.
– Черт побери! Думаю, мне стоит посмотреть, что происходит между мисс Бейкер-Снид и этим негодяем. Радмер распутный тип, и я не позволю ему вести себя неподобающим образом.
Энтони удивленно приподнял брови.
– Ты собираешься выступить в роли рыцаря? На тебя это не очень-то похоже.
– Успокойся и подожди меня здесь, пока я выясню, что к чему.
Странно, что Онория появилась именно на этом балу. Маркус представлял себе единственную причину, которая привела ее к Оксбриджам... но как она узнала, что он здесь? Скорее это простое совпадение.
И все же его не оставляла тревога. Во-первых, Онория сама признала, что нуждается в связях, а во-вторых, она не являлась завсегдатаем подобных развлечений. И все-таки она оказалась здесь и демонстрирует его кольцо не кому-нибудь, а именно Радмеру.
