с природой. Наверное, Сандер, учитывая его положение, мог бы выкупить весь этот регион и сам заповедник вместе с ним.
Вздохнув, я вылезла из кровати, сложила одеяло с рисунком из полевых цветов и встряхнула подушки, прежде чем открыть окно. Солнце уже стояло высоко в небе, хотя было чуть за шесть, но вот такое здесь лето. С наступлением осенних месяцев темнота постепенно станет все более заметной, пока дни не будут полностью погружены во мрак. Зимы здесь были тяжелыми. В основном потому, что мы не занимались активной деятельностью, и у нас почти не было гостей. Поэтому мы были вынуждены экономить каждый заработанный летом цент. Я улучшала свое положение случайными заработками. Подрабатывала то репетитором, то сидела с детьми, однако это было невыгодно, скорее чистая необходимость.
Но семейное предприятие Скоген за последнее десятилетие заработало несметное количество денег. Естественно, вся эта сумма делилась на наследников и детей, и далеко не все потомки Пера Скогена, основавшего фирму почти сто лет назад, были богатыми дольщиками знаменитой пряничной династии. Некоторым из них заплатили отступные, других просто выгнали. Но семья Сандерса была напрямую связана с пряничной империей.
Александер Скоген, мой С. Ларсен, родился в этой семье. Его мать была фотомоделью, а отец – внуком Пера Скогена. У Александера были сестра и брат, Элеонора и Теодор – вот это имена! Александер учился в Кембридже и какое-то время в Мюнхене, что объясняет его легкий британский акцент. В будущем ему предстоит унаследовать многомиллиардное семейное предприятие. По крайней мере, согласно разным статьям.
Александер не был активным пользователем социальных сетей, но, по всей видимости, у него был аккаунт в «Финсте»[15], который вел его близкий друг. Тем не менее не прошло и трех секунд, как я начала просматривать новости в поисковике. Естественно, в первых строчках был скандал, а за ним – статьи об участии в благотворительных мероприятиях, знаменитом бале-маскараде в Осло, исподтишка сделанные фотографии с отдыха или спекуляции о статусе его отношений. Взглянув на толпу его бывших подружек, можно было заработать себе комплекс. Они были такими разными, что сложно было определить, нравится ли Александеру определенный типаж. Однако все девушки были красивыми по-своему. Дочь корейского дипломата, испанская модель, школьная подруга.
Во всех статьях описывался молодой человек, каким-то образом отличающийся от Александера, с которым я познакомилась. Тот был внимательным и заинтересованным, а не надменным, снисходительным или холодным.
Когда я встала под душ, мои мысли все еще были заняты новой информацией, которую только что узнала. Мне показалось, что вода нагревается целую вечность. Я сделала мысленную заметку проверить бойлер и распорядиться о техобслуживании на тот случай, если дедушка еще не позаботился об этом.
Ночью я не могла сомкнуть глаз. И не только из-за Сандера. Больше всего меня беспокоили финансовые трудности, которые, словно огромная тень, нависали над нашим семейным бизнесом. Моя шея была напряжена, и, вероятно, это был последний теплый душ, который я могла себе позволить в ближайшее время. В большинстве туристических хижин и палаток были бойлеры с теплой водой, но их нужно было использовать экономно, чтобы хватило последним в очереди. Обычно так и получалось. А поскольку участники всегда были в приоритете, то мне приходилось принимать холодный душ.
Гладкое зеркало запотело, и я начала сушить голову, когда снизу донесся запах свежего кофе. Мой живот заурчал.
Поднявшись по ярко раскрашенной лестнице, одетая в джинсы и слишком большой свитер из мерча к Формуле-1, который мне подарила школьная подруга Астрид на двадцать первый день рождения, я увидела Орео, растянувшуюся на подоконнике кухни.
– О, ты вернулась? – поприветствовала я нашу кошку и почесала ее. Ее черный пятнистый хвост ходил из стороны в сторону. Она внимательно посмотрела на меня, а потом от удовольствия закрыла глаза и дала мне свое королевское разрешение продолжать.
– Это твой мир, мы просто в нем живем, – ухмыляясь, пробормотала я, и тут вдруг заскрипел деревянный пол.
– Конечно, она вернулась. В конце концов, я уже проснулась и могу ее покормить, хотя Орео успешно поохотилась сегодня. – Бабушка стояла в дверях кухни, из которой доносился потрясающий запах свежесваренного кофе. Под ее пристальным взглядом я решила сосредоточиться на том, чтобы ласкать Орео.
– Все в порядке? – спросила бабушка. На ней были спортивные джинсы и бежевый вязаный пуловер с геоузором.
– Да, конечно. – Лгунья. – А почему спрашиваешь?
– Потому что ты выглядишь так, словно всю ночь не смыкала глаз. Есть какая-то определенная причина? – снова этот пронзительный взгляд. Черт. Никто не знал меня так хорошо, как бабушка. Не считая дедушки. Они были мне родителями, тем, кому я доверяла, моим домом. И точно так же, как и в тот раз, когда бабушка знала, что я в шестнадцать отправилась ночевать к Аде не из-за вечера кино, а ради вечеринки в честь летнего солнцестояния, так и сейчас она могла легко понять, что я что-то скрываю.
Несмотря на это, я подтянула уголки губ, чтобы получился полумесяц.
– Если честно, я и правда плохо спала. Понятия не имею почему.
– Это связано с безымянным незнакомцем?
– Безымянным незнакомцем? – растерянно спросила я, и в тот же момент мне захотелось врезать себе по лбу. Естественно, вчерашняя ложь во спасение. Со всей этой суматохой я уже и позабыла. – В виде исключения он тут ни при чем, – поспешно добавила я, чтобы исправить свою оплошность, и очень надеялась, что бабушка мне поверит.
– Не важно. Это волнение перед походом?
Я тихо вздохнула.
– Можно подумать, что я впервые этим занимаюсь. Мама в моем возрасте уже училась в Осло и привела ребенка в этот мир. Так что мне незачем волноваться, ведь я регулярно таскаю свою задницу в горы. Пожалуй, единственное, что я знаю лучше, чем текущие стартовые позиции и время прохождения круга в Формуле-1, – это они. Так что нет, я не волнуюсь из-за похода.
Бабушка закатила глаза и тихо рассмеялась.
– Не знаю, откуда у тебя этот едкий сарказм.
– Не от меня точно, – произнес кто-то из дальнего конца коридора, где находилась стойка администрации. Вслед за словами в помещение ворвался поток свежего летнего воздуха, а за ним вошел дедушка. Он подошел к нам с широкой улыбкой. Ради гостей дедушка как следует принарядился: темные джинсы и фланелевая рубашка. Лишь его сверкающие глаза не были такими грозово-синими, как будто их прикрывал тонкий слой облаков.
Я сразу же почувствовала неловкость, зуд в затылке. Он знает про цифры? Возможно. Однако мы не обсуждали этот важный вопрос, так как в нашей семье каждый готов
