удивительное правило: женщина ниже пояса считается порочной, нечистой. Цыган не может прикоснуться к подолу юбки, иначе будет осквернен и потеряет авторитет в таборе. Женщины, – усмехнулся он, – такие женщины.
София даже открыла рот от удивления. Кажется, о чем-то таком говорил ей Милош. Времени с того разговора прошло немало.
– Но раньше тебя это не заботило!
– Раньше ты не была моей женой, а теперь ты замужем за цыганом и носишь длинные юбки. Надо соблюдать правила.
– Я еще и беременная, – напомнила она ему. – К беременным вообще нельзя прикасаться. Что ты еще здесь делаешь?
Анхель ухмыльнулся и повалил ее на землю, нависнув сверху.
– А ты против?
– Не то чтобы очень, просто обидно за женщин. Ничего плохого не сделали, но везде виноваты. Тебя послушать, так от них одни проблемы.
– В какой-то степени это так, – устало произнес Анхель, вспомнив о недавних событиях, и отпустил Софию. – Но… несмотря на необдуманные поступки и выкрутасы, женщин я люблю и уважаю. Начиная с матери, моя любовь к которой была безгранична, продолжая сестрами, с которыми я живу в одном доме, бабушкой, воспитавшей меня, тобой – женщиной, с которой я хочу провести всю оставшуюся жизнь, заканчивая дочерями, что у нас родятся. Все вы занимаете особое место в моей жизни. Вы рождены, чтобы вас любили. – Анхель задумчиво посмотрел в сторону озера, а потом продолжил: – Я бунтарь и эгоист, хочу идти против правил, хотя чту наши традиции. Ведь они придуманы не просто так. Эти правила переходили из поколения в поколение. Многие из них, скорее всего, написаны самими женщинами, чтобы огородить потомков от неудачного опыта. – Он посмотрел на Софию, коснулся ее щеки и улыбнулся. – Больше я к тебе не прикоснусь…
– Я же не это имела в виду, – заныла София. – Во всем мире ни у одного народа нет таких жестоких правил. Мужья спят в одной кровати с женами. У них все прекрасно!
– Запретов в мире больше, чем ты думаешь. – Анхель поднялся и протянул ей руку. – Почитай о позиции церквей в этом вопросе.
Он помог Софии подняться и повел к машине.
– Ладно, – согласилась она, – у меня впереди семь с половиной месяцев на изучение Библии. Буду развлекать себя этим, иначе помру от скуки. – София взглянула на мужа и натянуто улыбнулась. – «Цеппелин» пока не работает, но, надеюсь, эта выходка Александра не заставит тебя закрыть бар навсегда?
Анхель задумался. Ездить своей беременной жене в город, чтобы работать в баре, он, конечно, не позволит. А значит…
– Если надо будет, я его закрою и продам бизнес.
– Что ты такое говоришь? – возмутилась София. – Мы столько сил и труда в него вложили!
– «Цеппелин» никогда не приносил много прибыли, – напомнил он ей, открывая водительскую дверь новой белой красавицы. – Ездить в город опасно. Лично мне хватит «Обсидиана».
– Конечно, тебе хватит! – продолжила возмущаться она. – А мне чем заниматься?
– Помоги Ясмин с «Бубамарой». – Анхель указал ей на сиденье.
София молча села в машину. Хоть она и была возмущена, но предпочла не спорить. Она сербка, в конце концов, Нови-Сад – ее город, она может спокойно ездить туда, когда захочет.
– Поезжай за мной, – кивнул он, закрыл за ней дверь и направился к «Мустангу».
Белый «Астон Мартин» неспешно ехал за черной машиной Анхеля. Всю дорогу София мысленно прокручивала разговор с мужем.
– Ты не можешь продать то, что кормит стольких людей. Твоих людей, – затараторила София, когда они подъехали к дому и вышли из машин. – Мы с тобой прекрасно знаем, что «Бубамара» денег не принесет. В «Цеппелин» можно нанять сербов. Позволь мне этим заняться.
Анхель даже опешил, услышав все это.
– Я займусь подбором персонала, я сербка, никто не узнает, что эти люди будут работать на цыган.
– Звучит заманчиво, – кивнул он и наигранно улыбнулся, – особенно последнее. Я подумаю, но быстро дать ответ не обещаю, слишком много дел накопилось, – он пальцем коснулся головы. – Сейчас «Цеппелин» по значимости стоит на последнем месте. Гораздо важнее свозить тебя к врачу, сделать детскую и… – Он запнулся, потому что на данный момент это тоже было неважно. Коробка, закопанная в Мали Иджёш, – вот что важнее всего. Угрозы Александра не пустые слова. – Завтра нам придется съездить в Мали Иджёш, чтобы откопать то, что ты спрятала. Точных координат ты же мне не скажешь, чтобы я съездил туда один?
– Конечно нет, – ответила София. – Боюсь признаться, но я вообще с трудом помню то место.
Анхель помрачнел, затем отвернулся от жены и молча пошел к дому. Как раз в этот момент Йон, Михей и Амир с криками и поздравлениями будущего отца вышли ему навстречу. Прекрасно! Он же хотел скрыть беременность Софии, но кто-то не смолчал и растрепал эту новость. Анхель догадывался кто. Бабушка. Конечно, она сделала это не из злого умысла, а руководствуясь правилами. Тут же Анхель вспомнил все, что было на озере, и его охватил жар: он нарушил все, что можно.
– Дружище! – хлопнул его по плечу Амир. – Здоровья вашей семье! Пусть Аллах бережет!
Анхель улыбнулся и с благодарностью пожал другу руку. Пока Амир поздравлял Софию, с Анхелем заговорил Михей.
– Я счастлив за вас. – Мужчина даже прослезился. – Знаю тебя с самого детства, всегда хотел нянчить твоих детей. И вот оно, чудо, – наш Анхель станет отцом! Можно сказать, я стану дедом.
– Будешь баловать моих дочерей, – Анхель обнял Михея, – как Ясмин и Розу.
– Своих нет, так хоть твоих буду, – ответил Михей и повернулся к Софии.
– Бабушка просила поставить тебе кровать в комнату Милоша, – сказал Йон, пожимая другу руку. – Мы как раз этим занимались.
– Она времени зря не теряла, – отвел глаза Анхель.
– Такое событие, сам понимаешь. Поздравляю! Наверно, ты сейчас очень горд?
– Очень, – кивнул цыган, – только вот волнение какое-то, предчувствие, что ли…
– Это Лазар виноват. – Йон наклонился ближе и прошептал почти на ухо: – Мы наших женщин в обиду не дадим. А волнение спиши на то, что это ваш первый ребенок. Я бы, наверное, тоже волновался. Потом как по накатанной пойдет.
Анхель рассмеялся.
– Это нервное, – произнес он. – Знаешь, наши традиции здесь не на стороне мужчины. Придется спать отдельно… и очень долго.
Михей трогательно поздравил Софию, назвав ее дочкой, и та расплакалась. Правда, он ее не обнял, но все равно слова мужчины были такими теплыми.
Даже Нико принес пирог с яблоками и корицей, чтобы порадовать Софию. Она вскрикнула и, забывшись, бросилась было его обнять, но он поднял ладонь, останавливая ее.
– Как же мы теперь будем без «Цеппелина», Нико?
– Может, бармен будет нужен
