набок, пытаясь понять, чего я пытаюсь добиться.
— Не работает? — удивился я.
— Неа, — флегматично ответило существо. — А должно было?
Ответить я не успел, как через двери прошёл Сухов и, не замечая монстра в прихожей, пошёл вперёд.
— Я спать. Через три часа сменю Антона. Постарайся не убиться в это время, а то мне рапорт писать влом.
Он прошёл сквозь туманное существо, словно его там не было, и двинулся к лестнице. Его силуэт угадывался сквозь тело монстра.
— Тебя, что, вижу только я, собачина-переросток? — тихо наехал я на монстра.
— Во-первых, не собачина, а лис. Кефариан, — фыркнуло существо. — А, во-вторых, ты же Шторм, причём последний. Разумеется, только ты можешь видеть меня. Как мы и договорились с твоим предком.
— И есть ты меня не собираешься? — делая шаг назад и продолжая держать перед собой Око Шторма, спросил я.
— Есть? — Гигантский лис наклонил голову в другую сторону. — В тебе же ничего питательного. Полкрохи энергии, да чуток молодости? Думаешь это еда для такого, как я?
— Такой громиле явно нужно много питаться, — согласно закивал я.
— Такому, — закатил глаза зверь. — Я лис, а не лиса. Кефариан. Что же касается, как ты выразился, «громилы».
Он сделал быстрый шаг навстречу мне и вот уже передо мной сидит обычного размера лис, похожий на фенека, с такими же большими ушами и любопытной мордашкой. Только вот уши двоились, а цвет шёрстки оставался сине-рыжим и чуть искрящимся.
— Так что не боись, многого мне не требуется. Выполню свою задачу, получу свободу, заберу старый долг и ауфидирзейн. — Его голос звучал весело. — Кстати, можешь сразу мне выдать мою долю, а потом приступим к задаче.
— Эм. — Я потряс головой и убрал амулет под рубашку. — Давай уточним: что за долг и какую задачу ты должен помочь мне решить? И откуда ты вообще такой взялся.
— Откуда-откуда. От верблюда. Ты мне тут голову не морочь, и без тебя тошно: акклиматизация, ПТСР, цинга на почве недоедания.
— Ты же сказал, что тебе много не надо еды?
— Но хоть какая-то ведь нужна, верно? Особенно после долгого перерыва. Сколько, кстати, лет я спал?
Лис огляделся вокруг, изучил меня, покачал головой:
— Эй, Шторм, ты какой-то пустой. Прям прозрачный, как пустая склянка. У хранителя должно быть Дара выше-крыши, а твоя сила полощется на самом дне. Как ты собираешься возвращать мне долг?
В дом вошёл Черкасов, посмотрел на меня внимательно, ничего странного не заметил и пошёл на кухню.
— Я заварю чаю. На вас делать?
— Да, пожалуйста, — ответил я.
Когда Антон скрылся на кухне, Кефариан уселся рядом со мной и поднял мордочку наверх, глядя в лицо.
— Это что за монстр? Таких даже после Штурма не было, когда облучение вырвалось. Вы его что, стейками из богов кормите?
Он облизнулся.
— А мне дадите? — Лис завилял хвостом, как собачка, вымаливающая вкусняшку.
— Не знаю о чём ты. Как и о долге перед тобой. И что ты делал на Штурме? Кто ты такой вообще?
Кефариан невозмутимо встал на четыре лапы и пошёл в сторону кухни.
— Значит про долг ничего не знаешь… Не повезло тебе, прозрачный.
— Сергей.
— Хорошо, Сергей. Всё равно не повезло. — Его морда расплылась в довольной улыбке. — Потому что я демон, с которым твой предок подписал контракт. Я защищаю твой род, а взамен ты платишь мне самым ценным.
Его голос зазвучал глухо, а сам он начал расти в размерах, снова заняв всё пространство коридора.
Демон? Ни на того напал, собачина-переросток.
Я вытащил из кармана несколько фигурок, которые вырезал утром. Артефакты-маркеры, самые простые, которые можно сделать даже из базовых материалов. Выбрал один, тёмно-красного цвета, и молча кинул в морду лису. Камушек прилип ко лбу зверя и его глаза, в попытке проследить за камнем, сошлись на переносице.
— Эй, ты что творишь? А ну убери свою гадость. Портишь мне тут всё.
— Демон говоришь? Таких не бывает, — с улыбкой сказал я. — Ты даже на тёмное существо с трудом похож, вон какой слабый отклик. Прекрати выпендриваться и скажи, что ты есть.
Лис обиженно надулся, после чего усох до нормального размера. Камушек отпал. Он оставался целым и невредимым — в случае контакта с некоторыми тёмными сущностями он должен был растрескаться.
— С тобой неинтересно, прозрачный. Как ты понял?
— Артефакты. Я немного в них разбираюсь.
Вот тут глаза лиса стили узкими и хитрыми. Он приложил лапу к морде, как это делает задумчивый человек.
— Артефакты, говоришь? — бормотал он. — Я знаю, как ты сможешь вернуть мне долг, прозрачный. Была у вас такая большая чёрная круглая штука с кучей энергии внутри, помнишь?
— Инъектор? — предположил я.
— Точно! Дурацкое название, но кто вас людей поймёт. — Кефариан умудрился щёлкнуть пальцами. На лапах. — Короче, Сергей, пошли к нему, я быстро восстановлю силы и решу твою задачу за полчаса. А потом — прости-прощай, у меня ещё дела.
Мы почти дошли до кухни и остановились у самой двери. В процессе я понял, что несмотря на то, что лис открывает пасть, его голос звучит у меня в голове. А я могу отвечать ему, не раскрывая своего рта.
Так я не вызову подозрений о своих охранников-сторожей. Не говоря о санитарах дурдома.
— Я бы с радостью тебе помог ускорить твой переезд, но есть две проблемы. Первая: какую задачу ты должен для меня решить?
— Ну ты даёшь, прозрачный. Вызывал меня, не зная зачем? — Лис хихикнул. — Тут всё просто: если ты последний, значит роду придёт скоро конец и с этим нужно что-то делать. Помогу тебе найти красивую самку, прослежу, чтобы дар передался и улечу на юга. Иначе «бабах!» — и всё, какая-нибудь Новая Зеландия уйдёт под воду.
— Какая Новая Зеландий? Ты о чём?
— Ну, что ты придрался. Может не Зеландия, может Сахалин с Дальним Востоком, или Рим с Сицилией. Не важно. Главное, что тряхнёт знатно.
Кефариан внимательно проследил за Антоном, который вышел с кухни и пошёл в столовую перекусить.
— Я там оставил тебе пару бутербродов. И чай стоит в заварнике, — сказал Черкасов и скрылся в малой обеденной.
— Ты там что-то второе важное
