— Я никогда не видел в себе слугу. Как полагаете, что я вижу, смотря на вас?
Уже много месяцев все видели в ней незаконнорожденную.
А он? Маргарет не знала ответа. Не знала. Она даже не была уверена, что верила своим глазам, когда мельком смотрела в зеркало. Правда, последнее время она старалась туда не заглядывать. В этом смысле ей нечего было ответить.
То, о чем он так спокойно заявил, лениво поведя плечом, сейчас было более чем иллюзорно. Это было ее путеводным лучом, неизменной константой, как свет Полярной звезды. Убежденность в том, что она особенная, лучше остальных по данному от рождения положению, казалась естественной, это было незыблемо и вечно. Однако свет потух, блеск звезды на севере померк в туманном вихре. И вот она бредет в темноте, без всякой надежды найти ориентир.
Маргарет не произнесла ни слова, и мистер Тернер развернулся и вышел.
Она всегда считала, что мужчины соблазняют женщин, заставляя обратить внимание на их достоинства: их внешность, богатство, нежность поцелуя. Как же она была наивна.
Эш Тернер соблазнял ее, заставляя присмотреться к самой себе. Ей хотелось верить ему, хотелось убедиться, что кошмар последних месяцев всего лишь видение и стоит ей зажмуриться и открыть глаза, все вновь станет прежним, а она такой же особенной для всех, как и раньше. И данная ей возможность обрести веру в это была привлекательнее обещания богатства, волнующая больше, чем ощущение жаркого поцелуя на губах.
В жизни Маргарет встречала мужчин авторитарных, смотрящих на мир снисходительно, их рассеянность позволяла забыть о ее существовании, когда она не была рядом. Но такой, как Эш Тернер… Его природа была за гранью ее понимания, ей было сложно его оценивать. Однако он был таким, это следует признать. Он считал ее особенной. Действительно так думал, несмотря на многочисленные интриги.
Из всех напастей, обрушившихся на нее в последнее время, появление этого человека — более всех мужчин, ранее интересовавшихся ею, — казалось самой разрушительной бедой. Неужели это не мог быть кто-то — хоть кто-нибудь — другой? Маргарет посмотрела на дымящуюся чашку и отвела взгляд.
Она особенная. Она нужна. Она постаралась прогнать внезапные мысли, от которых сжималось сердце, и боль стала терпимее. Маргарет осторожно взяла чашку в руки.
К ее удивлению, напиток оказался не таким сладким, как она ожидала.
Глава 6
Эш позволил мисс Лоуэлл встать позже, однако сам поднялся с первыми лучами солнца. Работа ждать не будет. Она и не ждала. Этим утром посыльный прибыл, едва часы пробили половину десятого.
Парень был новичком, Эш нанял его несколько месяцев назад — как же его зовут? — Исаак Стронг; да, именно так. Он шагал неуверенно, было очевидно, что ноги его одеревенели после долгого сидения в экипаже во время поездки из Лондона. Белки глаз были в красных прожилках, он выглядел таким же уставшим, каким чувствовал себя Эш. Войдя в переднюю покоев, занимаемых мистером Тернером, он стянул с головы кепку. Хозяина, сидящего у окна, молодой человек не заметил.
— Мистер Стронг, вы же здесь впервые, не так ли?
Тот вздрогнул от неожиданного к нему обращения, и следы усталости на лице сменились выражением ужаса.
Работа, предполагающая многодневное отсутствие в Лондоне, имела свои недостатки. С большинством из них Эш справился, наняв хорошо обученных людей, представляющих его интересы в столице. Некоторые были необходимы ему здесь, поэтому приезжали по очереди в Парфорд. К сожалению, как и любая альтернатива, эта была не вполне результативна.
— Я прав, Стронг?
Молодой человек кивнул, расправляя плечи.
— Сэр, — сдавленно произнес он с выражением лица новобранца и, сняв ранец, принялся возиться с замками. Прежде чем Эш успел предложить ему передохнуть с дорога, Стронг протянул ему толстую пачку бумаг с таким видом, словно от написанного в них зависел исход мировой войны. — Сэр, — рявкнул он, — ваши отчеты, сэр.
— Мои отчеты? — Эш почувствовал покалывание на кончиках пальцев. — Это мои отчеты?
Вероятно, фраза прозвучала несколько грубо, поскольку Стронг вжал голову в плечи и продолжал:
— Запрашиваемый вами отчет о тенденциях в развитии известного вам дела в палате лордов. Я… — Исаак Стронг поднял глаза на Эша и, вероятно, прочел на его лице недовольство, поэтому лихорадочно сглотнул. — Я… привез также детальный список и алфавитный перечень для удобства прочтения.
— Да. — Эша внезапно озарило. — Вы сами составили алфавитный перечень?
Это объясняло и перепачканный чернилами указательный палец, и затравленный взгляд мистера Стронга. Эш усмехнулся:
— И вы включили латинский перевод?
— Латинский перевод? — Глаза его стали круглыми от ужаса. — Джеффрис не упоминал о… Ох! — Стронг спохватился и закрыл рот.
На Эша никогда не работали глупцы. Легковерные гении, да уж…
Стронг опять довольно громко сглотнул.
— Скажите, сэр, что вы просили представить список всех приглашений, полученный братьями Далримпл за последние два месяца, с описанием ближайших гостиниц и расчетом кратчайшего пути от Лондона на дилижансе.
— Это, — сказал Эш, — было весьма ценным дополнением. Мне необходимо переговорить с Джеффрисом. Обычно он не столь… не столь агрессивен по отношению к новым работникам. Проходите. Поговорим в кабинете. — Он указал на дверь справа — бывшая малая гостиная, переоборудованная им под свои нужды.
Когда Эш встал, молодой человек посмотрел на него и вздохнул:
— Сэр, здорово они меня одурачили? Что я сделал лишнее?
— Весь отчет.
Если бы тишина могла кричать… Листы скрипнули, когда Стронг сжал их пальцами.
Эш пожал плечами:
— Я ненавижу списки. Ненавижу письменные отчеты. Если бы мне нужна была сухая писанина и пустая трата бумаги, я всем бы велел отправлять отчеты с курьерами, невзирая на расходы на то, что мои люди колесят по всей Англии. Но я не такой. Последнее, чем я хотел бы заниматься, — это сидеть целыми днями в кабинете, прочитывая горы писем, прежде чем доберусь до сути. Я предпочитаю выслушивать устные отчеты, чтобы была возможность задать вопрос в случае необходимости, а не перегружать себя ненужной информацией.
— Так они… — Стронг повертел в руках кепку. — Все потому, что они…
— Хотят вас выжить? — Эш покачал головой. — Джеффрис поиздевался больше надо мной, чем над вами. Он отлично знает, как я ненавижу бумаги. — Хотя не совсем. Даже его личный помощник не знал, насколько велика эта ненависть.
— Что ж, это объясняет содержание первого послания, что мне было велено передать. Мистер Джеффрис отправил по вашему требованию несколько материалов по сельскохозяйственным вопросам, которые, по его словам, затрагивают столь обширные темы, которые не осветить в двух или трех предложениях. Он просил сказать вам, что… что… — Стронг запнулся и отвел взгляд.
