Маргарет с трудом сглотнула ком и непроизвольно поджала пальцы ног. Но ведь сегодня утром она уже решила для себя, как поступить.
— Добрый вечер. — Маргарет запнулась, спазмы в горле мешали ей произнести последнее слово. Она попыталась еще раз: — Добрый вечер, Эш.
Он не улыбнулся, но глаза вспыхнули. Попытка бросить вызов, как он это называл. Однако сейчас это было намного большее, чем Эш мог предполагать. Забыв о долге перед семьей, она позволила себе обратиться к нему столь фамильярно.
Он заслужил это. Даже дважды.
Эш выпрямился. Свет масляной лампы выхватил из темноты черты его лица, вскинутую голову, белизну воротничка.
Теперь она отчетливо все видела. Не раздумывая, Маргарет сделала шаг вперед и пробормотала на выдохе:
— О нет. — Пальцы коснулись щеки, покрытой отросшей за день щетиной. Кожа под ней потемнела от проступившего синяка. — Неужели это сделала я?
Маргарет подняла глаза и только тогда поняла, что стоит совсем близко. Их разделяли всего несколько дюймов. Приподнявшись на цыпочки, она разглядывала его лицо и ощущала запах его тела — очень мужской, грубоватый, с ароматом мускуса и бергамота. Кончикам пальцев стало жарко от тепла его кожи. Словно околдованная, Маргарет была не в силах отступить назад. Горячий воздух вырывался из легких, обжигая губы. Все ее тело оживало рядом с ним. Соски напряглись, а в ложбинке между бедер стало влажно и жарко.
— Да, Маргарет. — Привычные звуки ее имени превращались из простого обращения в словесную ласку. — Это сделали вы.
— Простите. Я вовсе не хотела…
— Не стоит извиняться. Я считаю это самым лучшим украшением для мужчины. Вы не представляете, как волнительно прикосновение молодой очаровательной женщины.
Ее пальцы замерли на его щеке.
— Вы стараетесь держать лицо, но…
— Только не сейчас. Это правда — так завязывается мужская дружба. Мужчину можно узнать только тогда, когда поймешь, что вызывает его гнев.
Маргарет покачала головой. Рука все еще касалась щеки, она была уверена, что ей это нужно.
— Это неразумно. — Но еще более неразумно, что она до сих пор не сводит с него глаз.
— Мы же говорим о мужчинах, разве не так? Большинство из нас существа разумные и подчиняются не только животным инстинктам. Дружба — не единственное, на что мы способны.
Он был совсем рядом, но даже не пытался прикоснуться к ней. Любой другой мужчина, испытывающий к ней такой интерес, давно бы постарался обнять ее и поцеловать.
Пальцы Маргарет все еще прикасались к его лицу.
— Дружба? — произнесла она. — Значит, вы так ко мне относитесь? — Она убрала наконец руку и опустилась с мысков на пятки.
Он проводил ее взглядом и теперь смотрел с высоты этих полутора дюймов. Глаза Эша вспыхнули.
— Я просто рассуждал. Когда я думаю о вас, мне чуждо столь невыразительное чувство, как дружба. Я жажду большего.
Он был готов поцеловать ее. Маргарет чувствовала, как ее губы жадно тянутся к нему, слышала громкий зов своего сердца, требующего логического финала.
— В первый вечер я солгал вам. — Его дыхание порхало у ее губ, словно крылья бабочки, сладкое и трепетное.
— О?
Голос Эша стал низким, глубоким, интонации отдавались эхом во всем ее теле. Он потянулся к ее губам.
— Я очень хочу поцеловать вас.
Сердце Маргарет остановилось. Губы разомкнулись. Внутри нарастала горячая волна, но он так и не поцеловал ее. Ей оставалось лишь вдыхать аромат его тела, сладкий и дурманящий.
— Ах. — Маргарет тихо вздохнула.
— Однако… — это слово показалось ей совсем неуместным, — я хочу, чтобы вы подарили мне этот поцелуй.
Ей было бы легче закрыть глаза и позволить ему поцеловать себя. Подчиниться минутному порыву, страстному желанию, которому нет возможности противиться. Но он требует от нее больше чем покорности. Не повиновения, а… решительности.
— Я хочу, чтобы вы сами сделали выбор, — сказал хриплым голосом Эш. — Чтобы вы выбрали меня по собственной воле. Я не оставлю вам надежду, что буду принуждать вас принять решение.
То, чего он ждал от нее, было опаснее поцелуя, рискованнее объятий и позволения ласкать руками ее тело.
— А почему именно я должна принимать решение?
— Потому что я сделал это уже больше недели назад.
Услышав его слова, Маргарет резко отстранилась. Не похоже, что он шутит. Заявление мистера Тернера прозвучало даже несколько торжественно. Но эта фраза вернула ее в реальность. Они не влюбленные, дающие друг другу пламенные клятвы. Сейчас она не леди, принимающая ухаживания лорда. Эш Тернер уверен, что она служанка, а он богатый и красивый наследник герцога.
— Не надо, — произнесла Маргарет. — Не стоит обманывать меня. Вы ведете себя так с того момента…
— С того момента, как впервые увидел вас? — Слова сами слетели с его губ. — Это был всего лишь животный инстинкт. Меня привлек ваш гордо приподнятый подбородок. То, как вы безмолвно поманили меня взглядом, предлагая идти вслед за вами по тропинке. Мне нравится, что я не могу овладеть вами, когда захочу, — вы способны послать меня ко всем чертям, если сочтете неправым.
Маргарет хотела ошибаться, хотела верить, что он предложит нечто большее, чем простое соединение тел. Но такие решения не принимаются в одну секунду, по велению взмаха ресниц стоящего напротив человека.
— Вы почти ничего обо мне не знаете. — Даже имени.
— Мне не нужно обладать множеством фактов, чтобы понять, насколько вы очаровательны, вы уникальны. Я прав. Я никогда не ошибаюсь. Не в таких вещах.
— Весьма самоуверенно, мистер Тернер. — В ее интонациях чувствовалось разочарование. — Все иногда ошибаются.
— Только не я. Не могу похвастаться образованностью и воспитанием, не знаю традиций. Но могу точно сказать одно: стоит мне заглянуть в глаза человека — и я способен понять его душу. Так я добился успеха и заработал состояние.
Маргарет с трудом сглотнула. Если бы он мог понять ее душу, то не стоял бы сейчас так близко.
— Как так?
Должно быть, он уловил предостережение в ее голосе, поскольку выпрямился и резко выдохнул.
— Все люди зависят от цифр и фактов, от прогнозов, основанных на рациональном анализе. Каждый контракт пристально изучается целой ордой адвокатов; каждое слово рассматривается с разных сторон. Люди раздумывают несколько дней, прежде чем принимают решение. Иногда несколько месяцев.
— А вы?
— Я это делал за секунды. В наше время главное скорость. Цены колеблются, они поднимаются и опускаются в зависимости от того, сколько кораблей заходит в порт.
