И если на лице мамы было написано живейшее любопытство, то вот отец казался… мрачным. И явно очень, очень недовольным.
— Ээээ, не то, чтобы…, — красноречие подставило ее и, как ни странно, в поисках поддержки, Света повернулась к своему «кавалеру».
Он же ободряюще ей улыбнулся и отпустил лицо, отступив так, что оказался сбоку от Светы, но при этом, не побеспокоился убрать руку с ее талии. А даже, или ей только так показалось, сжал свои пальцы крепче.
— Добрый вечер, — очень вежливо, со спокойной улыбкой поздоровался Руслан. — Света попросила меня завезти ей… информацию на флешке, чтобы сверить наши и их документы по поставкам, — заминка перед причиной оказалась настолько мимолетной, что даже она сама едва ту уловила. — Но мы разминулись, вот и пришлось побеспокоить ее тут, — невозможно было не поверить мужчине с такой улыбкой.
На месте своей матери, Света уже нуждалась бы в опоре. Она сама и так, стоя лишь в по краю радиуса поражения этого безотказного оружия Руслана, не могла оторвать глаз от его лица.
А вот отец нахмурился еще больше, явно почувствовав другого доминанту на своей территории.
Это не сулило ничего хорошего. И наверняка, больше всего папе не понравилось то, в какой именно ситуации он застал свою любимицу.
Объятия неизвестного им мужчины, который к тому же выглядел явно опасным, определенно не значились в списке мест, где полковник Самойленко желал бы видеть свою ненаглядную и любимую дочь.
— Э, да, — кивнула она, стараясь как-то сгладить ситуацию. — Это Волковинский Руслан, они с партнерами являются клиентами моей компании, — пояснила Света. — И у нас были вопросы и хм, несостыковки…хотелось их уладить, — как-то скомканно протянула Света под насмешливое тихое хмыканье Руслан, судя по всему, забавляющегося ее смущением. — Это мои родители, — понимая, что не избежать церемонии знакомства, потому что именно так ее воспитали, Светлана только незаметно поморщилась. — Михаил Николаевич и Оксана Владимировна.
— Очень приятно, — одновременно кивнули мама и сам Руслан.
А вот отец продолжал хмуро и пристально смотреть на них, и на руку Руслана, обнимающую Свету. Сложно обмануть человека, который привык всю жизнь искать и раскрывать заговоры и обманы.
— Ты со всеми вашими клиентами так… тесно общаешься? — наконец, сердито уточнил отец.
Света непроизвольно выпрямила спину, готовясь принять бой.
И тут же ощутила, как Руслан надавил ей на бок, подталкивая себе за спину. Причем Свете, удивленно моргнувшей, даже показалось, что он сам не заметил, как чуть выступил вперед. Словно Руслан прикрывал ее, принимая упрек и недовольство на себя. На его лице продолжала держаться приветливая улыбка, а вот глаза прищурились и их выражение… оно изменилось, враз стам стальным и хищным, что ли.
Она ощутила что-то странное внутри. Теплое чувство, слишком похожее на благодарность и удовольствие от такого его поступка.
Ни у кого еще не доставало храбрости, чтобы стать между ней и гневом полковника. Даже у родной матери, которая всегда принимала сторону мужа в конфликтах Светы с отцом. А из-за слишком похожих характеров ругались они часто, несмотря на всю взаимную любовь.
Не укрылось это движение гостя и от самого полковника, лицо которого превратилось в напряженную маску.
— Руслан — мой друг. Лично мой, — непонятно зачем, уточнила Света из-за плеча Руслана, почувствовав себя увереннее.
И ее недовольную интонацию подобными намеками отца сложно было пропустить мимо ушей.
Даже мать, обычно мало что замечающая вокруг себя, осознала, что назревает конфликтная ситуация. И пусть хозяйка совершенно не понимала в чем причина, она постаралась тут же вмешаться и уладить все так, как ей казалось правильным, очевидно.
— А почему бы вам не присоединиться к нам, Руслан? — жизнерадостно предложила Оксана Владимировна. — Мы всегда рады друзьям Светы, тем более, что она так редко нас знакомит с кем-то. Пожалуй, и не приводила никого, кроме Нели и Глеба, но их-то мы с детского садика знаем, — совершенно беззаботно рассказывала мама, не замечая ни удивленно-недовольного взгляда отца на это приглашение, ни растерянности Светы.
А она, кстати, была совершенно не в восторге, что мать так просто выдала Руслану карт-бланш и поставила в привилегированное положение. Так он еще себе невесть что навоображает… Хотя, его присутствие за столом скрасило бы для нее вечер. Скучать он ей еще ни разу не позволил. А приставать в такой обстановке вряд ли начнет.
— Мне не хотелось бы мешать, — задумчиво протянул Руслан, и не думая давать волю Свете.
— А вы и не помешаете, — отмахнулась Оксана Владимировна, не заметив, наверное, что перебила мужа, который как раз собрался что-то сказать. — Так что и думать нечего, пойдемте, — и она, развернувшись, потянула за собой отца, который наклонился и что-то сердито шептал на ухо жене.
Света немного растерянно проводила их глазами.
— Ты ей понравился, — констатировала она очевидное.
Руслан хмыкнул.
— Я вообще, нравлюсь женщинам, — он подмигнул ей. — Даже тебе, хоть ты и не хочешь в этом признаваться. Но я оценил «личного друга», так меня еще не представляли, — улыбка Руслана стала шире, когда она не сдержалась и толкнула его в бок. — Пошли? — задумчиво предложил он, переводя глаза на потолок. — Если, конечно, ты не хочешь, чтобы они как-то не так истолковали нашу задержку и не решили будто мы здесь чем-то интересным занимаемся? — продолжая разглядывать потолок, уточнил Руслан едва не насвистывая.
Если бы Света могла, она бы его ударила! Честно.
Ее состояние, и без того взбудораженное вероятным конфликтом с отцом, нежданной защитой Руслана и пониманием того, что вечер только начинается — не позволяли здраво и по-взрослому реагировать на его подколки.
Вот только Света сомневалась, что человек, имевший титул чемпиона их города и страны по кикбоксингу все то время, пока участвовал в соревнованиях любителей (о чем ей не приминул сообщить Глеб, когда узнал, что Света все же ежедневно ходит в клуб с Русланом, несмотря на все свое возмущение его поведением), позволит ей нечто подобное.
Разве что из своих корыстных целей.
А потому, ограничившись тем, что пробормотала в его адрес проклятие, пошла в столовую. Продолжив смеяться, Руслан пошел следом, не перестав обнимать ворчащую Свету.
Когда они вошли в столовую, Света задумалась о том, что вечер окажется сложнее, чем ей представлялось даже минуту назад.
