и не отпускала удерживающие знаки. Сейчас только они ограждали меня от вселения перехожих в меня. Зато враги вселялись в других людей и старались остановить меня. Я уворачивалась от них. Но иногда меня хватали, и тогда мне приходилось отбиваться, теряя драгоценное время. Дралась я плохо, да и возраст сказывался, поэтому била сразу в болевые точки.
Меня обхватили сзади и крепко сжали, сдавливая и ломая ребра. Я попыталась освободиться, но ничего не выходило. Нет! Я не могу умереть так!
Треск дерева, и руки, удерживающие меня, разжались.
– Беги, Син! – прокричал кто-то из близнецов.
Я рванула, не чувствуя под собой ног. Не оглядывалась. Не останавливалась, чтобы помочь братьям. В этой войне наши жизни – разменная монета. Важнее сохранить Единый мир.
Дышать становилось с каждым шагом труднее и труднее. Но я мчалась, не жалея сил. Нужно успеть! Легкие разрывались. Каждый вздох причинял сильную боль. В боку закололо. Сердце билось в бешеном темпе. Оно было уже готово выпрыгнуть из груди. Воздуха давно уже не хватало. Когда я появилась в конце площади, которая расположилась внутри города, то уже не дышала, боясь боли. Дракон все еще находился там. Юноша смеялся вместе с остальными. Я добежала. В глазах померкло, и я решилась вздохнуть…
1.7
Стрела пронзила мое сердце. Усталость накатила разом. Захотелось лечь на землю и заснуть. Мой взгляд опустился. Из раны в груди толчками выливалась кровь. Запах тлена… Семиктар! У меня совсем мало времени осталось! Я должна передать ему свои воспоминания!
– ДРАКОН! – мой вопль огласил площадь.
Обернувшись на мой крик, драконид увидел меня.
Я отомщу! Вам не сломить Единый мир!
Вдохнув полной грудью, из последних сил я бросилась к юноше. Он побежал ко мне. Его сиреневые волосы свободно развевались на ветру. Весь его вид выражал решимость. Что решил Дракон? Жаль, мне не узнать этого. В моей груди растекался цветок боли, окрашивая платье в красный цвет. Разум затуманился. В глазах временами мерк свет, но я лишь ускорила свой бег. Давай! Еще немного! Слезы застелили глаза… И…
Пять стрел изрешетили тело, останавливая меня, когда я протянула руку к Дракону, чтобы коснуться его. До него еще оставалось несколько метров.
Не успела?
Я падала.
Сильные горячие руки подхватили мое оседающее тело. Я разглядела фиолетовые глаза с вытянутым зрачком.
– Молчи! – скомандовал он надрывающимся голосом. – Я уже позвал целителей, – Дракон положил ладонь на мой живот.
Слабеющей рукой я перехватила его кисть и прислонила ее к своим вискам.
– Читай! – прохрипела я, разбрызгивая кровь.
– Я не смогу осторож…
– ЧИТАЙ! – проревела я из последних сил.
Мой окрик заставил его. Глаза драконида заволокло фиолетовой марью. Мою голову пронзили тысячи иголок. Всего лишь на миг. Затем его взгляд стал осмысленным.
Превозмогая боль, я улыбнулась.
Отомстила!
Я запустила новый виток событий. Теперь древних остановят.
– Меня зовут Лельсин, – назвала я ему свое имя, а у самой потекли слезы.
Почему я так поздно тебя встретила? Нет. Я встретила тебя еще двадцать лет назад там, у драконидов. Но не заметила. Была поглощена своей местью.
Как же больно!
Я жизнь положила на месть, полагая, что она – единственная цель моего существования. Моя душа потеряна для света. Ее поглотила тьма. Я убивала. В первую очередь себя. Разрушила в себе все чувства. Теперь пришел черед расплаты за ненависть – в моей жизни не было места для любви.
– Миродан, – представился Дракон, улыбаясь сквозь слезы.
Прилагая последние усилия, я подняла руку, чтобы коснуться его полных губ. Каково это – целоваться? Что человек испытывает в этот момент? Правда, что целующиеся видят радугу? Так мне говорили родители…
– Я бы хотела тебя любить, Дракон, – с последним словом, с последним выдохом лопнула нить жизни, и моя душа навсегда вылетела из тела.
Я умерла.
Уже паря рядом со своей физической оболочкой, я увидела, как указательный палец скользнул по губе Дракона. Но я уже не ощутила этого прикосновения. Моя рука упала. Еще в полете она начала рассыпаться прахом, вслед за ней мое тело осыпалось на брусчатку серой пылью. С глухим стуком упали отравленные стрелы на камни.
Руки Дракона задрожали. Я облетела его, чтобы напоследок заглянуть в его лицо. Такие желанные губы дрожали, а по его лицу стекали слезы.
Прости! Я не хотела оставлять след в твоей душе, но все вышло так.
Меня потянуло к мирозданию. Рядом со мной зависли две темные тени. Это были близнецы. Их тоже убили.
Прощай!
Схватив души братьев, я приготовилась сгореть в огне мироздания. Но тут меня словно дернули назад. Красная нить связала наши души – Миродана и мою…
Отпустив близнецов, я душой обняла Дракона.
– Мы еще встретимся! Обещаю! – сжигая последнюю энергию души, прокричала я.
Дракон обернулся и вперил взгляд фиолетовых глаз в пустое место, где находилась моя душа. Даже не видя, он всегда точно определял мое местонахождение.
Смеясь, моя душа присоединилась к братьям. Наши души нашли друг друга! Мы встретимся! Не важно, когда, где и как нас будут звать. Наши души отыщут друг друга, где бы мы ни были. Теперь мы связаны. Мы – одно целое!
А сейчас мне нужен этот огонь. Мне нужно сгореть, чтобы возродиться вновь. Родиться для новой жизни. Для новой цели – любить тебя, Дракон!
***
двадцать лет спустя
Миродан сидел за длинным столом под открытым небом. Люди вокруг праздновали и веселились. Хотя еще вчера повсюду горели погребальные костры. Битва с древними оказалась намного кровопролитней, чем все ожидали. Ни одну семью не обошло горе. Даже его. На глазах навернулись слезы. В Бессмертной тысяче погиб его младший брат.
Взглядом драконид отыскал своих родителей, которые танцевали. На их лицах блестели слезы, как у многих веселившихся. Так выглядит радость со слезами на глазах. Имя их третьего ребенка навсегда будет высечено на южной стене города. Именно там произошло великое сражение – подвиг юнцов, отдавших жизни. Они дали время, которого хватило, чтобы нанести решающий удар и уничтожить древних.
Но этого не случилось бы, если бы не Лельсин…
Поставив локти на стол, Дан закрыл ладонями рот, чтобы не проронить ни звука. Но его немой крик был слышен всем. Его чувствам вторил пришлый гусляр, гусляр, который допевал песню:
Смерти нет! – мы не забыли.
Смерти нет! – мы не забудем.
Смерти нет! – живет
