жарким закатным солнцем и раскалённой мостовой. Город пах солью, мокрым деревом и свежепойманной рыбой. Юти глубоко вдыхала этот знакомый с детства воздух. Сколько она не была здесь? На своём одарении и ещё пару раз вместе с отцом, посещая храм Аншары. Единственный в Пределах.
Улицы Сотрета были так широки, что здесь могли бы за раз разъехаться три повозки сразу. Дома так высоки, что некоторые из них закрывали собой небо. А жители так богаты, что не брали на сдачу медь. Это запомнила Юти ещё давным-давно.
Оттого возвращение в столицу Первого Предела далось девочке тяжело. Детские иллюзии рухнули, словно к их созданию приложил руку Кирихан. Дома, да, пусть и были высоки, но не больше тех, которые Юти видела в Ближних землях. По краям широких магистралей сидели нищие, выскакивающие с протянутыми руками при виде проходящих жителей. А поодаль от дороги, в переулке между домами, кучка детей-оборванцев играла в «ты осквернённый» дохлой крысой.
Юти на своей шкуре осознала, что не всегда стоит возвращаться туда, где тебе было хорошо. Сотрет оставался для неё городом-тайной. Местом, где богиня спустилась с небес и отдала ей частичку себя. Раньше. Но не теперь.
— Уйди, пока не я достал меч и не лишил тебя руки, — рыкнул на нищего один из стражников, которого отрядил егерь, чтобы проводить «молодого господина с его гостями».
Несмотря на насмешки прочих охотников, видимо, семья Шариб имела определённый вес в городе.
Дом Нараха находился в верхней части Сотрета, откуда открывался живописный вид на море, воды которого из-за водорослей действительно казались красными. Правее, внизу, намеревался проткнуть небо пятью острыми шпилями храм Аншары. С противоположной стороны, как раз напротив, возвышался дворец Наместника. Такой, которому мог позавидовать сам Император.
Что удивило Юти больше всего — в верхней части города оказалась своя стража. У них не висели ножны с мечами, вместо того к поясу были прилажены отполированные дубинки с верёвками на рукояти. Доспехи с изображением ворона также отсутствовали, всё облачение заключалось в скромном чёрном камзоле и шляпе с широкими полями. Однако надменность во взгляде компенсировала всё остальное. Насколько Юти была безразлична к чужому мнению, но и она почувствовала пренебрежительный взор, обращённый на неё и точно пронизывающий насквозь.
— Окспаха, — сказал Нарах, будто бы извиняясь за присутствие здоровых наглецов в чёрном платье. — В переводе с наречия чири — бесполезный люд. Их наняли амисты, чтобы здесь не болтался всякий сброд. Раньше тут было не протолкнуться от нищих.
— Чтобы не думать о бедности, достаточно просто не смотреть на неё, — философски заключил учитель. — Весьма в духе местного Наместника. Куда нам теперь, Нарах?
Юти с удивлением рассматривала дома. Казалось, сначала здесь разбили парк, а только после построили их. Беседки, увитые диким виноградом и хмелем, размером с приличную хижину в Райдаре. Пруды с красными и золотыми карпами, искрящимися на солнце толстыми боками. Серебряные бюсты Аншары у входов соседствовали с медными статуэтками старых богов. Сотрет пользовался своей отдалённостью от Конструкта, инакомыслие здесь было такой же обыденностью, как и многожёнство.
Главу фамилии Шариб девочка угадала безошибочно. Нарах был похож на отца, как две капли воды. Та же стать, завораживающие глаза и копна чёрных волос. Разве что не такой загорелый.
А вот дом оказался вполне обычным. Нет, невероятно роскошным, таких в родном Шестом Пределе по пальцам можно было посчитать. Но вместе с тем он нисколько не отличался от своих соседей. Точно Шарибы нарочно не хотели выделяться.
— Нарахель, — шагнул было вперёд высокий мужчина, но тут же будто одёрнул себя. — Рад, что с тобой всё в порядке. Кого ты привёл?
— Моих спасителей. Это Одарённые. Ерикан и Юти.
Девочка заметила, что учитель с некоторым удовольствием ждёт реакции торговца. Словно от этого зависит очень много. Они были представлены, как нищие, без полных имен. Отец Нараха скользнул взглядом по рукам девочки и старика. Мимолетно, но явно составив о них впечатление.
— Меня зовут Шариб Мусталь Фирель, рад приветствовать вас в своём доме.
По южной традиции, первым произносилась фамилия, следом имя, третьим предок, от которого пошла семья, а четвёртой — прозвище. Юти могла поклясться, что у Мусталя оно есть. Её, к примеру, с детства называли Райдарской, впрочем, как и отца. Особой фантазией предельцы не отличались. Но если Мусталь не сказал своё прозвище, значит не доверяет им. Что, впрочем, вполне резонно.
— Уже довольно поздно, слуги проводят вас в комнаты. Туда же принесут воду и ужин. А после можно будет и поговорить.
В наставлениях Аншары, написанных от руки храмовников, говорилось, что путь воина неоднороден и существует два вида испытаний. Первое — когда Одарённому предстоит проверять на прочность собственное тело в холод, жару и голод. Второе — напротив, если есть большое изобилие всего. В этом случае воину необходимо решительно отринуть всё, что мешает ему идти по тому пути, по которому прошла богиня.
Юти понимала, о чём говорят храмовники. С одной стороны, она пешком преодолела путь от Шестого к Первому Пределу. С другой, видела, что случилось с некогда сильным воином, лично убитым ею. Каждодневная нега сделала его тело мягким и податливым, как свежий щербет.
Однако именно сейчас, искупавшись в огромной переносной ванне, наевшись до рези в животе таких яств, о которых могла только мечтать, девочка лежала на кровати в шёлковом халате и смотрела на распухшие ноги. Меньше всего ей хотелось сейчас следовать по пути воина. Вот бы остаться здесь на неделю, а ещё лучше на месяц.
Юти подняла левую руку над головой и посмотрела на серое Кольцо, путешествующее по пальцам. Всего одно Кольцо кехо может отделять её от мастерства. Только что выбрать? Способностей, направленных на развитие тела, было великое множество. Или…
Она подняла правую руку с одним-единственным Кольцом-стихией. Её всегда привлекал Ветер. С другой стороны, родник в степи, как выяснилось, может быть невероятно полезен. Или костёр среди промозглой ночи.
Ерикан говорил, что будет учить её год. И Юти, сказать по правде, не терпелось начать это обучение. Наверное, именно поэтому они пришли в Первый Предел.
Точно подслушав её мысли, мироздание встрепенулось. Медленно отворилась невысокая дверь, хотя Юти могла поклясться, что раньше она скрипела и кто-то тихо вошёл. Девочка вскочила на ноги одним прыжком, приняв защитную стойку и тут облегчённо выдохнула. На пороге, в похожем дорогом халате, стоял учитель.
— Завтра мы пойдём в храм, — без всяких прелюдий начал Ерикан. — Ты дашь клятву, а после мы отправимся в Ближние земли. Сейчас ешь, пей, спи, восстанавливай тело
