Никого. Пока.
Вероника подошла ближе. Ее взгляд скользнул по мне, по воткнутому в землю мечу, по направлению к мертвому поместью.
— Сколько? — спросила она тихо.
Я только покачал головой. Слишком много. Слишком, чтобы считать. Слишком, чтобы помнить.
— Разрыв… — сказал я вместо ответа. — Жив. Надо… думать. Но… позже.
Я выдернул меч из земли. Рука дрожала. Лишка осторожно протянула мне свой камушек-оберег. Он был теплым и спокойным. Никакой дрожи.
— Он не дрожит, — прошептала она. — Значит… тихо.
Я кивнул. Взял камушек. Тепло легкой волны пробежало по изможденной руке. Маленькая частичка жизни в этом царстве смерти.
— Идемте, — сказала Вероника твердо, подхватывая мою руку и кладя ее себе на плечо, будто я старик. — Внутрь. Помоешься, отдохнешь. А потом… потом мы вместе разберемся с этой язвой.
Я позволил ей вести себя. Шаг за шагом, через знакомую дверь, прочь от смерти. Впереди было поместье Темирязьевых. Мертвое. Очищенное. Но не побежденное. Пока пульсировал разлом, ничего не было кончено. Но сейчас… Сейчас можно было просто идти. Дышать. Чувствовать тепло девичьего плеча под рукой и тихое покалывание обережного камушка в ладони. Этого хватало. На этот час.
Глава 9
Глава 9
— Так, расклад такой, — хорошенько помывшись и набив живот, я расслабился и был способен спокойно разговаривать, а не рычать на всех подряд. Ну да, когда я устаю, становлюсь очень злым. Поэтому никому не советую лезть ко мне в такие моменты. Но мелкие оказались с понятием, и пока я смывал с себя трупную вонь, накрыли на стол и терпеливо, а главное, молча ждали, пока я поем. Хорошие хозяйки вырастут, если уже сейчас понимают, как правильно ухаживать за мужчиной.
— Твой дом, Ника, я зачистил, и мертвяков там больше нет. Пока нет. Но остался разрыв или разлом, как вы его называете. Есть большая вероятность, что из него опять что-то полезет. Но так же есть шанс, что, лишившись внешней подпитки, он сам закроется. Тут половина на половину. Но ждать и проверять не советую. В общем, мои рекомендации таковы — собрать вещи, которые нужны вам, вызвать вашу дружину, и пусть дальше она со всем этим разбирается.
— Не могу никого вызвать, связи нет, — потрясла она передо мной своей коробочкой. — Что ты так смотришь? Это телефон — по нему много чего можно делать. В том числе и говорить на расстоянии друг с другом.
Я приподнял брови, усомнившись в здравости ее ума.
— Мы и так можем говорить на расстоянии. Хочешь, иди вон хоть на кухню, я тебя и оттуда услышу, если бубнить под нос не будешь…
— На большом расстоянии, дубина. На очень большом! Он работает — не уверена, что скажу правильно, но вроде как на магической сети. И ее сейчас глушат. То есть, позвонить я никому не могу. Возможно, просто надо отойти подальше от поместья.
— Плохая у вас связь, ходить туда-сюда надо… Вот мы, например, голубями пользовались, и никто их не глушил. Правда, чего уж тут, иногда и их сбивали, но мы с собой много возили… А насчет выйти подальше… Риск. Нас там могут ждать. Не думаю, что Хозяин оставил все тут без присмотра.
— Хозяин???
Пришлось им рассказать обо всем, что узнал и услышал. Кто это может быть такой, Вероника даже не догадывалась. А Лишка так тем более. Мелкие — кто их до графских дел пустит?
— Разбираться с проблемами начнем по мере их поступления. Я уже отдохнул, поэтому давайте выдвигаться. Отойдем подальше, ты это… позвонишь, да? Ну вот, позвонишь. Пусть едут и разбираются.
— Принимается. Но предлагаю это сделать завтра, — подумав, кивнула Ника. — Во-первых, нам надо вещи собрать — вдруг придется удирать. А во-вторых, тебя нужно переодеть. Твой наряд, конечно, очень крутой и все такое, но сейчас другое время — будешь так ходить, сразу в Тайный приказ уволокут. Плюс на тебе знаки правящего рода, я бы рекомендовала их пока спрятать. И перстень родовой печаткой вниз повернуть, чтобы герба видно не было. Ты ж его снять не захочешь? Ну вот. Да и вообще, советую особо не выделяться. Отыгрывай лучше нашего слугу — причем, немого. А то ляпнешь чего ненароком, проблем потом не оберешься. Говорить буду только я. Лишка, ты тоже молчи — язык у тебя больно длинный и не всегда к месту работает. Я графиня, мое слово весомо. Так что тиранить нас не будут. Но рассказать о том, что случилось, в любом случае придется.
— Договорились, — скрипнул зубами я.
Хоть прозвучало это не совсем приятно, но она была права — мне пока лучше помалкивать. И одежду придется сменить, она даже в мое время сильно бы в глаза бросалась. Все-таки праздничная, княжеская и не предназначенная для битвы и каждодневной носки.
Так что мы дружно собрались и пошли в поместье. Через склеп — перелезать через забор всей компанией показалось не самой лучшей идеей. Я-то смогу, уже проверено, а вот малявки нет.
Проход пришлось долго ковырять — заперли мы его на совесть. Но справились — узкую щель, через которую я едва смог протиснуться, проделали прямо в стене с помощью ругани (но я все же следил за словами, рядом дети), магии (Вероника очень старалась) и грубой силы — найденное тут же старое копье с железным древком очень пригодилось. Ну, и дальше мы шли уже знакомым маршрутом.
Девчонки, заметив валяющиеся тела, то и дело прижимали ко рту руки, стараясь не зареветь. И я опасался, что когда они найдут родных, все станет намного хуже. Но с этим ничего не поделать — надо просто принять и отомстить так, чтобы мерзкие боги содрогнулись от страха.
Кстати, о богах — не нравится мне, как прозвучало — храм Сварога, клянусь Родом. Это что же, они вернулись, что ли? Набрались храбрости или что-то задумали? Выясню. Я это обязательно выясню. И плюну в их морды наглые, а потом пинками из нашей реальности погоню, чтобы и духу их тут не было.
Думаете, не смогу? Еще как смогу, потому что знаю как. Потому что знаю их слабые места. И еще потому что это моя земля и никаким пиявкам сосать из нее кровь я не дам.
— Так, сначала оденем тебя, — Ника хоть и крепилась, но было видно, как ей тяжело. — Телосложением ты похож на нашего дворецкого Тимофея. Ну, ростом, так точно. Правда, он чуть полней был, но не особо. Пошли в его комнату.
Что ж, она была права. И у него в
