меня вопрос… — он замялся, но потом подобрал слова, — по поводу обследования некоторых сотрудников.
Чили быстро потеряла к ним интерес, а вот меня ситуация заинтересовала. Было видно, что вопрос будет обсуждаться не рабочий, ну или как минимум не тот, что он обозначил. Дэниелла кивнула и вышла с ним в коридор, но я успел заметить плотный бумажный конверт в руках, который он принёс с собой. В нём были не только бумаги, что-то небольшое, придававшее конверту объёма.
Но какие бы тайны ни хранили главврач и мужчина из охраны, нельзя было упускать шанс, оставаясь с Чили наедине. Я потянулся к ней и уверенно развернул её кресло на колёсиках к себе. Оно легко поддалось и позволило притянуть девушку. В глазах не было ни испуга, ни возмущения, только игривые искорки. С пухлых розовых губ сорвалось кокетливое «ах», и девушка изобразила смущение.
— Что ты делаешь?
— Ничего такого, что тебе не понравилось бы, — уверенно отозвался я. — Мне нужна твоя помощь, а друзей, кроме тебя, у меня тут нет.
— А мы разве друзья? — приподняв бровь, удивилась она.
— А ты разве против? — решил не тянуть и переть напролом.
Она кокетливо пожала плечами и сложила руки в замок под грудью, как бы невзначай приподнимая её и делая более объёмной. Нога, закинутая на другую ногу, приподнялась выше, с одной стороны создавая иллюзию обороны, с другой — чтобы обнажить коленку и часть бедра чуть больше.
— Ты поможешь мне, я — тебе. Чем тебе не залог продуктивной дружбы, а?
— И чем ты мне поможешь? — она расцепила руки и подалась ближе ко мне.
— А чего ты хочешь?
— Попасть на экран, получить повышение, познакомиться с кем-нибудь из крутых героев.
— Давай понемножку. Любую из причисленных просьб выполню, когда будет возможность, хорошо? Взамен мне бы хотелось посмотреть свою медкарту. Ну и, может, ещё парочки студентов.
Вот теперь она возмутилась и отпрянула.
— Меня за такое быстренько вышвырнут!
— Тише, — мягко произнёс я, усмиряя гнев, — Дэниелла вышла, и ты можешь тоже выйти, допустим, за лекарством. У вас есть что-нибудь в соседних комнатах?
— Возможно… — Голос всё ещё звучал настороженно.
— Допустим, меня беспокоит бессонница. Ты бы могла принести мне что-нибудь для сна из соседнего кабинета или со склада?
Чили протянула руку, и когда наши ладони соприкоснулись, уже она притянула меня к себе и сурово, но всё равно с нотками кокетства и озорства, прошептала:
— Обманешь, пожалеешь, — и кивнула в сторону шприцев и ножниц, намекая, что в её руках приличный арсенал того, чем она может сделать мне больно.
— Ни за что на свете! — чуть более наиграно, но в её же манере, заверил я.
Она как бы невзначай указала, где у них хранятся медкарты, и скрылась за дверью. У меня была всего пара минут, чтобы просмотреть своё «дело», заполнить пробелы в автобиографии, прикинуть шансы на наличие дара и изучить карточки новоиспечённых врагов.
Как оказалось, времени на это хватило с лихвой, потому что информации оказалось не так много, как рассчитывал. И когда Дэниелла вошла в кабинет, я уже сидел в том кресле, в котором и должен был.
Враньё про бессонницу сработало, и она не придала значения отсутствию Чили. Зато мне удалось разузнать кое-что важное.
Трепещи, Джонни Персиваль-младший! Если ты всерьёз решишь перейти мне дорогу, для тебя это может закончиться сокрушительным и весьма позорным поражением.
Глава 13
Занятия прошли продуктивно и даже нескучно. Мне вообще нравилась система «сам себе господин». Никто не заставлял ходить на занятия, и можно было записаться на интересующие предметы, а не посещать всё подряд. Домашку задавали, но никто не проверял. Главное, в итоге сдать тесты по предметам, которые выбрал, и набрать проходной балл.
Что касалось практики, то её посещение было обязательным для всех, и пропуски грозили штрафами на рейтинг и «продлёнкой» (чем-то вроде общественных работ или всем ненавистных дежурств по столовой или в других корпусах). Высшей Школе Героев нужны герои и не нужны лентяи.
Пропускать практику было не в интересах студентов. В неё входила физкультура: тренировки на скорость, ловкость и силу. Даже девочками были определены специальные нормативы, ниже которых нельзя было опускать планку. И если кто-то не справлялся, то назначалось дополнительное занятие, пока минимум не будет достигнут.
Со следующей недели должны были ввести обязательные практические занятия по каждой конкретной Печати энергии.
К своему облегчению, проснувшись сегодня, обнаружил на браслете эмблему Печати Потока — зигзагообразную молнию в круге а-ля «не влезай, убьёт». Значит, впереди меня ждали уроки по телекинезу и другим проявлениям этого вида способностей.
Чтобы разобраться во всём поподробнее заранее, направился в храм знаний — в библиотеку. Вход в неё был бесплатный для всех, а вот читальные залы стоили денег. Для чёрных браслетов доступ обходился в один балл, как и в другие корпуса, например, с бассейном, тренажерами, музейными экспонатами или зоопарком (да, даже он тут имелся!).
Читальные залы других цветов, естественно, стоили намного дороже и имели ряд дополнительных платных услуг. У каждого сектора — от чёрного до золотого — эти услуги были свои.
Кроме того, чтобы получить доступ к некоторым книгам, необходимо было иметь браслет определённого цвета и оставить залог в виде баллов, который потом возвращался, если книга после чтения не была повреждена. Для чёрных браслетов доступ к таким книгам осуществлялся только с компьютеров. Можно было посмотреть фото и сканы, но нельзя было прикоснуться к прекрасному.
В отличие от общежития, ярусы в библиотеке шли от высшего к низшему. То есть на нижних этажах располагались золотые ребята, которым специально обученные люди подавали чай, приносили закуски, снимали копии с документов, предоставляли выжимки из учебников, подносили книги для чтения и всячески облегчали жизнь.
Насколько комфортными были читальные залы мажоров, можно было подметить, поднимаясь в просторном стеклянном лифте на чердачный ярус для чернобраслетных, который был значительно темнее и совершенно не блистал роскошью. Книг, соответственно, тоже было меньше. Простые деревянные полки с минимальным набором текстов. Их можно было найти и на других ярусах в более дорогих переплетах. В другой части — скромные компьютерные столы, вместо крутых стеллажей со старинными изданиями, на которых были запечатлены легенды, передаваемы из поколения в поколение.
Но мне здесь нравилось намного больше. Тут был мягкий домашний свет, тишина и уют. Возможно, это
