Утро началось точно так же, как предыдущее. В том смысле, что я опять проснулась от ощущения чужого взгляда, а распахнув глаза, обнаружила в одном из кресел массивного брюнета, в котором с некоторым запозданием узнала Ринариона.
Монарх, равно как и в прошлый раз, был уже одет, причесан и очень-очень недоволен. Только я о намерении притворяться мышью уже не помнила, поэтому, едва он раскрыл рот с явным желанием сказать очередную колкость, отбросила одеяло, села и выпалила недружелюбно:
– Что?
Ринар неожиданно замер, потом закашлялся. А я продолжала сидеть и смотреть. Вернее, не смотреть, а прямо-таки сверлить взглядом!
Когда приступ монаршего кашля закончился, пойти на мировую опять-таки не попыталась. Все так же сидела, сверлила и честно силилась понять: какого лешего он повадился будить меня столь неприятным образом?
Ну и еще кое-что: обязательно начинать утро со скандалов? Или я недопоняла и этот мир населяют не люди, а энергетические вампиры?
– С… – начал Ринар, только не агрессивно, а как-то иначе.
Однако я услышать не пожелала. Заявила громко и с выражением:
– С добрым утром! Как спалось?
Король почему-то кивнул, а я застонала, осознав – опять на мою грудь пялится! Нет, ну ему там что, медом намазано?
– Ринар! – окликнула уже жестко. – А в вашем королевстве правил приличия не существует? – И чтобы никаких сомнений не осталось: – Ты можешь во время разговора не на грудь, а в глаза смотреть?
Собеседник очень медленно, с явным трудом перевел взгляд на лицо и еще более медленно кивнул. Сказал хрипло:
– Могу. Но я, знаешь ли, не железный. И если хочешь, чтобы смотрел в глаза, то…
Дальше был жест. Этакий выразительный тычок пальцем, который заставил временно забыть про агрессию и обратить внимание на свой внешний вид. Вернее, взглянуть на собственную грудь и обнаружить тот самый кружевной и абсолютно прозрачный лиф. И покраснеть не то что мгновенно, а с поистине космической скоростью!
Еще очень захотелось взвизгнуть, но этот порыв я сдержала. Резко подхватила одеяло, подтянула его к подбородку и замерла в бешеном желании оказаться как можно дальше. А лучше – исчезнуть вообще!
Только желание это, увы, не сбылось. Я осталась там же, в той же компании. А компания моя еще пару минут пребывала в смятении и шоке. Сидела, таращилась и не могла даже слова сказать.
А потом поднялась из кресла и молча направилась в соседнюю гостиную. Сообщив уже на самом выходе:
– Там женщина от какой-то Санты пришла, и завтрак уже подали.
Чтобы одеться, пришлось для начала сбегать к гардеробной. А все дальнейшие телодвижения совершала уже в ванной – не «личной королевской», а как бы гостевой.
Считая умывание, уложилась минут в десять. Но когда выглянула в первую гостиную, щеки горели так, будто инцидент с сорочкой случился только что.
Выйти в эту гостиную я не рискнула, в том числе потому, что зашнуровать платье самостоятельно было невозможно, а показываться в подобном виде перед Ринаром, да еще после случившегося… Нет. Ни за что!
В итоге я просто выглянула и поманила мнущуюся у входной двери женщину пальцем. О том, что покои монарха – территория запретная, конечно, помнила, но что делать, если иного выхода нет?
Ринар, к моей великой радости, рычать и останавливать не пытался. Просто откинулся на спинку дивана и утомленно прикрыл глаза. А присланная Сантой помощница быстро прошмыгнула ко мне и тут же взялась за дело. Для начала занялась платьем, потом усадила на пуфик и сосредоточилась на волосах.
Все инструменты, начиная от расчесок и заканчивая шпильками, женщина принесла с собой. Комплект косметики в ее чемоданчике, как я поняла, также имелся. Но до мейкапа было далеко… Вспомнив прически здешних леди, я приготовилась просидеть на пуфике вечность и точно нарваться на недовольство Ринариона.
Но Санта знала, кого в королевские покои засылать! Помощница действовала не просто быстро – стремительно!
Прошло не более четверти часа, когда она отложила расчески и выудила из глубин чемодана небольшой флакон и кисточку. Потом скомандовала:
– Глаза!
Я, несмотря на некоторый мандраж, конечно, их закрыла. Еще через миг почувствовала прикосновение кисточки к верхнему веку…
А вот тушь оказалась сухой. В смысле, требовалось добавить немного воды, чтобы получить краску. Зато дальше – несколько взмахов отдельной, особой щеточкой и…
– Все, – выдохнула помощница. – Готово!
Зеркал в гостиной не имелось, пришлось добежать до ванной. И уже там тихонько ахнуть, увидав в отражении… нет, не постороннюю девушку, а себя. Но какую-то очень изысканную и весьма милую.
Высокая прическа придавала образу аристократичность и даже сказочность. А макияж, который ограничился подводкой для глаз и тушью, смотрелся естественно и свежо.
Отдельная прелесть заключалась в том, что тушь оказалась не иссиня-черной, а тоном ближе к коричневому. То есть контраст с бровями и волосами был не таким резким.
Возвратившись в гостиную, я учтиво кивнула помощнице и сказала:
– Спасибо!
Женщина ответила книксеном, а я добавила:
– Как тебя зовут?
– Тина, – с готовностью сообщили мне. И после короткой паузы: – Если позволите, я оставлю все это… – женщина указала на разложенные на столике расчески и баночки-кисточки, – вам. Полагаю, они еще понадобятся.
Только теперь я смогла приглядеться к расческам и сообразить – инструменты совершенно новые. Что ж, неудивительно. Санта действительно свое дело знает!
Кивнув и улыбнувшись, я тут же утащила все богатство в «гостевую» ванную и сложила в один из ящиков совершенно пустого комода. Ну а после этого отправилась провожать Тину к выходу…
Ринар, который в момент нашего появления сидел на том же диване с какими-то документами в руках, вскинул голову и на мгновение замер. Спустя еще секунду скривился и проворчал:
– Неужели закончили?
Прозвучало так, будто мы не двадцать минут, а двадцать часов провозились, но желания поспорить не возникло – уж слишком свеж был инцидент с чертовым кружевом.
И да, кстати!
Я огляделась в поисках Визо, и тот словно по волшебству нашелся. Слуга выскользнул из столовой и сразу же направился к нам с Тиной. Сказал на ходу:
– Доброе утро, леди Светлана. Не беспокойтесь, я провожу.
Не беспокоиться? После той провокации, которую этот хмырь устроил?!
Только возмутиться вслух я не решилась. Более того, действительно отступила, перепоручая Тину пронырливому слуге. А Ринарион отложил бумаги, которые изучал, и медленно поднялся с дивана.
– Завтрак, – не сказал, а прямо-таки приказал он.
Аппетита, честно говоря, не было, но я подчинилась. Одарив Тину еще одним учтивым кивком, направилась за величеством в столовую. И уже там, усевшись на ставшее таким привычным место, опять залилась румянцем.
Убеждать себя в том, что все уже в прошлом, было бесполезно. Тот факт, что мое смущение служит отличным и крайне нежелательным напоминанием, на состояние опять-таки не повлиял. Спасало лишь то, что король во время завтрака смотрел преимущественно в тарелку. В общем, предательский румянец немного угас, а дышать стало чуточку легче.
Правда, когда в столовой объявился Визо, ситуация снова усугубилась. Только заморочиться и вспыхнуть по новой я не успела – просто Ринар отложил приборы и сказал, обращаясь ко мне:
– Заканчивай.
И уже слуге:
– Ты с нами. Будешь сопровождать.
Увы, но в этот момент я едва не подавилась. Просто где-то я подобное уже слышала. Причем не далее как вчера…
Визо отреагировал на реплику короля спокойно, а я сильно напряглась, но горячку пороть не стала. Повинуясь примеру Ринара, поднялась из-за стола и направилась к двери. Единственно – от гневного взгляда, посвященного слуге, все-таки не удержалась.
Да, именно взгляда! Причем одного-единственного, ибо тема сорочки резко отошла на задний план.
Визо! Ему опять приказано сопровождать! Но… мы же на встречу с послами идем? Или… нет? Или я чего-то не поняла?
Логика впала в ступор. С одной стороны, разговор в кабинете и последующее общение с Сантой четко указывали на то, что монарх собрался закрыть вопрос с посольством. С другой… а зачем на этой встрече Визо? Нет, ну правда, зачем?
И еще: ситуация слишком напоминала вчерашнюю. И плевать, что Ринар уже убедился в неспособности изменить своему «дару». Вчера величество о данном моменте тоже знал, но поступил так, как посчитал нужным. Что мешает поступить подобным образом и теперь?
Обуреваемая этими мыслями, я шагала по безлюдным залам и чувствовала себя предельно мерзко. А потом все-таки не выдержала и окликнула:
– Ринар!
Король, который мчался впереди, резко остановился и обернулся. Дождался, когда мы с Визо подойдем ближе, и только после этого спросил:
– Что?
Голос прозвучал раздраженно, чему я, разумеется, не удивилась. И не испугалась! А вздохнула поглубже и, приняв самый равнодушный вид, сказала:
