В. В. – молодец и отличный пример грамотного чередования работы и отдыха.
Будьте как В. В. – отдыхайте вовремя и не доводите себя до профессионального и бытового выгорания.
Кошачий Голливуд
Что, если представить самые популярные породы кошек как воплощение популярных актеров? Готовы ли вы к самой настоящей голливудской вечеринке, где вместо красного ковра – когтеточка у двери, а вместо Оскара – вожделенная банка тунца?
Британская короткошерстная – солидная, круглая, с лицом «ничего не знаю, но уже осуждаю». Это, безусловно, Хелен Миррен среди котов. Даже если британка только что свалила вазу с полк, а она всего лишь помогла.
Сфинкс – лысый, харизматичный и чуть-чуть инопланетянин. Котоверсия Вина Дизеля: брутальный, но при этом нуждается в одеяльце, потому что, простите, мерзнет. Всегда выглядит так, будто собирается спасать мир, хотя на деле просто украл курицу со стола.
Мейн-кун – огромный, пушистый, харизматичный – Джейсон Момоа в шерсти. Кажется, что он может одной лапой открыть банку консервов и спасти вас от грабителей, но на деле просто сидит на диване и жует плед. А хвост у него как отдельный сериал: драма, триллер и комедия в одном.
Сиамская кошка – элегантная и немного драматичная – как Анджелина Джоли на красной дорожке. У нее идеальные скулы, строгий взгляд и голос, способный перекричать строительный перфоратор. Любит, чтобы на нее смотрели, и ненавидит закрытые двери: «Как это – без меня?»
Персидская – круглый комок шерсти с выражением «я устал, я ухожу». Джек Николсон в кошачьем мире. Сидит с видом мудреца, который видел слишком многое, и иногда шипит просто потому, что в этом есть смысл.
Бенгальская кошка – пятнистая дива, у которой в глазах написано «я дикая, но ипотеку за меня платишь все равно ты». Это Скарлетт Йоханссон: красивая, быстрая и слегка недосягаемая. Мчится по дому, сбивает все на пути и смотрит так, будто ты в этой квартире временный квартирант.
Русская голубая – холодная красота с легкой надменностью – Кейт Бланшетт в кошачьем теле. Кажется, что она здесь по контракту с небесами и задержалась ненадолго. Никогда не теряет достоинства, даже когда застряла в занавеске.
Абиссинская – спортивная, гибкая и вечно молодая хипстерша. Это Зендея: кошка, которая в любой момент может прыгнуть с холодильника на шкаф и даже не вспотеть. При этом выглядит так, будто снимается в рекламе спортивной одежды.
Рэгдолл – большой плюшевый философ. Том Хэнкс среди котов. Когда его берешь на руки, он расслабляется до состояния «делайте со мной что хотите». Такой милый, что невозможно поверить, будто он вообще живет в этом мире, а не в параллельной вселенной доброты.
Ориентальная – худощавая, длинная и слегка театральная. Это Тильда Суинтон в кошачьем воплощении. Она может показаться странной, но в этом и весь шарм. Пластика, взгляд и странные углы тела создают впечатление, что рядом – ходячая арт-инсталляция.
Шотландская вислоухая – круглая мордашка с ушами вниз – Эмма Стоун. Нежная, обаятельная и слегка наивная, но все знают: под милотой скрыт характер. Может быть тихой и уютной, а может внезапно показать наманикюренные когти.
Норвежская лесная – северная дива с густой шубой – это Николай Костер-Вальдау, наш Джейме Ланнистер, только в кошачьей версии. Смотрится эпично, будто сошел со страниц саги о викингах. Ходит по дому, как по сцене, а ты всего лишь статист. Кстати, пора убрать лоток, раб.
Мэрилин
Знаете такой дурацкий вопрос в соцсетях: с кем из ушедших знаменитостей вы бы хотели встретиться?
Предполагается, что вы признаетесь, что всегда хотели весело провести время с Калигулой или почерпнуть мудрости от Эйнштейна.
Я же всегда мечтала встретиться с Нормой Джин Мортенсон.
До того, как она станет Мэрилин Монро, до фильма «Джентльмены предпочитают блондинок», до съемок в мужских журналах, до бесконечной череды любовников, до «С днем рождения, Мистер Президент», до барбитуратов, до самоубийства.
Я бы хотела зайти в пустой по причине раннего утра кинотеатр и увести за руку маленькую девочку Норму, сидящую в одиночестве на первом ряду перед большим экраном. Мама Нормы так тяжело больна, что больше не может любить ее, а приемные семьи меняются так часто, что люди на экране кажутся ближе и роднее.
И, возможно, тогда бы не было «В джазе только девушки», или именной звезды на Аллее Славы в Голливуде, или всенародной известности.
Был бы обычный смешливый ребенок, скорее всего, противный подросток, превратившийся в наивную молодую девушку, доводящую до одури от страха за нее. Была бы ранимая, дурацкая в своих решениях женщина и остепенившаяся наконец-то, странноватая бабушка.
А не вот это все.
Итальянские заметки
Я делаю комплименты розам, что в изобилии покрывают забор и беседку. Хозяйка сей флоры, миловидная итальянка Митина, грустно машет на меня рукой:
– О, да разве это цветник? Все растения сожраны или поломаны тварями, – жалуется она.
Оказывается, каждую ночь к красному дому на холме, где я снимаю комнату на время отпуска, приходят из леса косули, лани, лисы и еноты. Чтобы сожрать, уничтожить и разорить.
Единственная, кто может помешать, – овчарка Айди. Но она слишком любима хозяевами и поэтому мирно спит всю ночь на кухне.
В результате этой любви мы имеем толстую ленивую собаку и расстроенную собакомать. Все как в жизни, все как у людей.
* * *
– Я видела косулю в лесу! – делюсь я новостями с Митиной. Не уточняя, как здорово испугались неожиданной встречи обе стороны.
– Поздравляю, – говорит итальянка непраздничным голосом. Потом добавляет: – Но все лучше, чем кабан. Кстати, ты знаешь, что делать, если встретишь на своем пути дикого кабана?
– ?
– То же самое, что и если увидишь бывшего: беги!
* * *
– Как дела? – вежливо интересуюсь я у Митины, вернувшись в дом. Хотя после дня прогулок по лесу и размышлений о жизни больше всего хочется растянуться на кровати, а не вести светские беседы. Но жизнерадостная итальянка бросается рассказывать о своем дне, попутно наливая мне бокал белого. И я узнаю́, что приезжала подруга Сильвия на кофе и привезла свежайшие сфольятелле[6]. И одно пирожное ждет меня в холодильнике, если вдруг я решу одуматься и снова счастливо есть выпечку и сахар.
На ланч сегодня были тальятелле с белыми грибами. А если я захочу присоединиться к ужину, то муж Митины уже поставил запекаться нежнейшие цукини.
– Какая же у вас насыщенная кулинарная жизнь, – подтруниваю я.
Митина смеется:
– Мы, итальянцы,
