— Весьма огорчен, что вы так расстроены, — сказал он, продолжая гладить ей спину. — Хотя, признаться, ничуть не жалею о случившемся. Если б не ваше неожиданное открытие, вы бы сейчас не были здесь, со мной. А я очень скучал по вас последние несколько дней.
— Правда?
— Конечно. А вы? — Подняв свободную руку, Джек провел пальцем по ее рыжей брови, затем — по щеке к губам. — Вы думали обо мне? Хоть немножко?
— Да. Но я… я должна идти.
— Так внезапно? Почему?
Грейс нахмурилась, ища убедительную причину и не находя ее.
— Потому что... потому что уже поздно, и я должна вернуться домой, — наконец сообщила она.
— Но сейчас только обеденное время. — Джек провел костяшками пальцев по ее шелковистой коже на шее. — Помнится, вы сказали, что ваша тетя осталась в Бристоле. Трудно поверить, чтобы вам хотелось обедать в полном одиночестве.
— Нет, конечно...
— Тогда оставайтесь. Моя кухарка готовит великолепные блюда, удовлетворяющие любой вкус. Назовите свои любимые, и она постарается, чтобы вы были довольны. — Наклонившись, Джек поцеловал впадинку на горле. — Вы любите ростбиф?
— О, я...
— Тяжеловат, вы правы, — согласился он, выводя поцелуями узоры. — А как насчет оленины? Не думаю, что она может быть с душком.
Ресницы у нее затрепетали, рука ухватилась за ткань его сюртука.
— Может, куропатка? В сладком вермуте с изюмом и апельсиновой цедрой. Вам нравится?
— Еще бы!
Джек улыбнулся, гадая, к чему это относится: к еде или его поцелуям. Он надеялся, что к последним.
— А еще лучше омары и устрицы, — шептал он, — Легкие и нежные со вкусом и свежестью моря. Попробуем? Я могу кормить вас кусочек за кусочком.
Он тут же обвел языком ее рот, затем скользнул внутрь, с явным удовольствием исследуя его глубины. Возможно, это было ошибкой, но Джек чувствовал, что не в состоянии позволить ей сегодня уйти, не установив между ними прочную связь. А это означало ее полное соблазнение. Возможно, сейчас это будет не совсем честно, ведь девушка с его позволения довольно много выпила. Но она все равно станет его женой.
Так почему не сделать это сегодня?
Тем не менее, когда он собрался обнажить ее грудь, Грейс слегка замерла и отстранила его руку.
— Я думала, вы говорили про обед.
— Конечно. И мы поедим... только немного погодя. У нас масса времени.
«Целая ночь», — подумал он и решительно завладел ее ртом.
Не прошло и нескольких секунд, как она сдалась, упоенно отвечая на его поцелуи. Затем так же внезапно отстранилась.
— Нет... хватит. Мне пора. Я говорила вам, что должна вернуться домой.
Оттолкнув его, Грейс встала с дивана, но после двух шагов внезапно покачнулась. Джек бросился к ней, вовремя успев подхватить ее, и крепко прижал к себе.
— Какие-то звезды мерцают перед глазами, я чувствую головокружение. Это все бренди, вы меня напоили. — Язык у нее заплетался. Она была просто восхитительна.
— Нет, мисс, если помните, вы сами настойчиво требовали второй бокал.
Грейс нахмурилась, вспоминая:
— Да, вы правы. Мне нужно вернуться к себе.
— Вы не в том состоянии, чтобы идти сейчас домой. Я советую вам немного поспать.
— Может, совсем чуть-чуть. — Она хотела показать на пальцах, сколько именно, и не сумела. — В гостевой комнате.
— Тут их много.
Однако Джек не собирался вести ее ни в одну из них. Она будет спать в его опочивальне. В его постели. Слегка нагнувшись, он поднял ее на руки, и Грейс инстинктивно обняла его за шею.
— Вы меня понесете? — с изумлением спросила она.
— Разумеется. Вы явно нуждаетесь в помощи.
— Но я слишком тяжелая. Вдруг вы меня уроните?
— Ни в коем случае. Вы легки как перышко, дорогая. Вы просто созданы для меня.
Джек знал, что так оно и есть. Он может не любить ее, но Грейс будет ему отличной женой. С нею он никогда не заскучает, вместе они создадут прекрасную семью, производя рослых темноволосых мальчиков и красивых длинноногих рыжих девочек.
Но в первую очередь дело, напомнил он себе.
— Готовы? — спросил он, заглянув ей в глаза.
Она робко улыбнулась, затем кивнула и с довольным вздохом положила голову ему на плечо.
Глава 10
Комната медленно кружилась вокруг нее. Или, возможно, это она кружилась? Очень странная мысль. Грейс тихонько хихикнула и закрыла глаза, дожидаясь, когда окружающий мир обретет более или менее нормальное состояние.
Матрас слегка просел, когда кто-то устроился рядом с нею.
— Джек, это вы?
Она вытянулась на атласном стеганом одеяле, словно кошка, готовая замурлыкать, пока он едва ощутимыми прикосновениями массировал ей голову, вынимая шпильки.
— Вы испортите мою прическу. — Грейс размышляла вслух, чувствуя, как тяжелая масса волос растекается по подушкам.
— Пусть это вас не волнует, дорогая!
Он положил шпильки на прикроватный столик, затем пальцами расчесал спутанные волосы.
— Они даже красивее, чем я себе представлял. — Джек поднес длинную прядь к лицу. — Восхитительно.
— Тетя Джейн говорит, что они выглядят как лесной пожар.
— На этот счет она сильно заблуждается. Богини соперничали бы за право иметь такие волосы, как у вас.
Улыбаясь, она закрыла глаза и позволила себе парить в облаках.
Прикосновение губ к ее виску и щеке вернуло Г рейс на землю. Открыв глаза, она посмотрела на богато украшенный потолок, затем на резные столбики кровати с изящными пологами.
— Вы всегда предлагаете своим гостям такие огромные роскошные кровати?
Джек улыбнулся и поцеловал ее шею.
— Я люблю все большое!
Грейс нахмурилась. Что-то было неправильным в его ответе, хотя она не могла сообразить, что именно. Как высокая женщина, она тоже предпочитала большие кровати. Вытянув для проверки ноги, девушка, к своему восторгу, обнаружила, что остается еще много места.
Тем временем искусные пальцы Джека уже занимались пуговицами ее платья. Он действовал не хуже горничной и закончил свою работу прежде, чем она поняла, что происходит. Девушка снова закрыла глаза, чувствуя, как он расшнуровывает корсет.
Хотя при ее глубоком вдохе лиф платья спустился угрожающе низко, она была слишком расслаблена, чтобы встревожиться. Зато решила, что не может этого позволить, не сказав ни слова.
— Зачем вы это делаете?
— Чтобы вам было комфортнее, — напомнил он, — Теперь намного удобнее, не так ли?
Обдумав вопрос, Грейс поняла, что Джек абсолютно прав.
Восхитительно, безумно удобно.
Если не считать рукавов, которые только раздражали ее. Без долгих размышлений Г рейс высвободила руки к из платья и, довольная своим освобождением, инстинктивно вытянула их вдоль тела.
Лиф и корсаж соскользнули до талии, обнажив груди.
