и культурных достижений покоренных народов. Как заметил Ф. Энгельс, «…в огромном большинстве случаев при прочных завоеваниях дикий победитель принужден приноравливаться к тому высшему „экономическому положению“, какое он находит в завоеванной сфере; покоренный им народ ассимилирует его себе и часто заставляет даже принять свой язык»[71]. Это случилось и с монголами, относительно немногочисленными даже при завоевании Восточной Европы. Основную часть монгольского войска составляли не монголы, а покоренные ими племена Сибири и Центральной Азии, получившие общее имя «татары». Число собственно монголов в Золотой Орде еще более уменьшается. Вскоре они денационализировались и растворились в преобладающей массе тюркоязычного населения, о чем достаточно красочно в 40-х годах XIV в. писал египтянин Эль-Омари: «В древности это государство было страною кипчаков, но когда ими завладели татары, то кипчаки сделались их подданными. Потом они смешались и породнились с ними и земля одержала верх над природными и расовыми качествами их (монгол) и все они стали точно кипчаки, как будто они одного рода, от того, что монголы поселялись в земле кипчаков, вступали в брак с ними и оставались жить на земле их»[72]. Все это заставляет думать, что в XIV веке основным языком Золотой Орды становится тюркский язык кипчакского типа. На этом языке разговаривали, на этом языке велась деловая жизнь, этот язык становится литературным языком Золотой Орды, языком «тюрки». Ибн-Батура, посетивший Сарай и другие города Орды при хане Узбеке (1312–1342 гг.), называет жителей ее тюрками. В 1303 г. в Италии составляется знаменитый половецко-латинский словарь (Codex Cumanikus), предназначенный для европейских купцов, торговавших с Ордой. Наконец, созданные в XIV в. литературные памятники Золотой Орды, такие как «Мухаббет намэ» или «Гулистан» Саиф-Сараи были написаны на языке тюрки. Это обстоятельство имело немаловажное значение в судьбах тюркоязычных народов, вошедших в состав Золотой Орды или находившихся в зависимости от нее. Оно привело в XIV в. к унификации, т. е. своеобразной нивелировке всех этих тюркских языков или, образно выражаясь, к их кипчакизации.
Но наряду с этим следует заметить, что политическим языком, т. е. языком документов и дипломатии, в Золотой Орде до Узбека оставался монгольский язык. На этом языке составлялись и ханские ярлыки, и дипломатические письма. В период Узбек-хана, который еще продолжал именоваться «султаном монголов, кипчаков и тюрок», дипломатическим языком становится арабский, распространившийся вместе с исламом, который был принят еще Берке-ханом. Вместе с мусульманской религией правящий двор Золотой Орды воспринял и восточную городскую культуру, развивавшуюся в Поволжье еще в домонгольское время. Все эти обстоятельства должны быть учтены при изучении проблем этногенеза тюркоязычных народов Поволжья и, в первую очередь, вопросов происхождения татарского народа.
Основные земли Волжской Булгарии после монгольского нашествия, хотя и были включены в состав Золотой Орды, но сохраняли некоторую автономию. Так Рубрук, посетивший в 1253 г. владения Батыя, отмечает существование на севере Великом Болгарии, жителей которой он называет болгарами — ярыми приверженцами ислама. Да и позднее Булгария фигурирует как страна, сохраняющая свое имя, свою экономику, свои города и своих царей и князей. Но все же монгольское нашествие, вассальная зависимость Волжской Булгарии от золотоордынских ханов внесли существенные изменения в этническое развитие ее народа. Они выразились прежде всего в том, что началось разобщение, разъединение некогда единой болгарской народности.
Монгольское нашествие привело к гибели многих городов и сел Булгарии. Так погиб и больше не восстанавливался главный город страны — Великий город, или домонгольский Булгар на р. Черемшане. Более ста городищ домонгольского времени на территории всей Булгарии не имеют слоя золотоордынского времени, следовательно, они были заброшены в результате монгольского нашествия. Значительная часть населения была вынуждена покинуть прежние места обитания и переместиться в новые районы на север, за Каму, к берегам Меши и Казанки, в низовья р. Свияги. Часть населения осталась и к югу от Камы, но эти районы не были уже столь густо заселены, как до монголов. Булгарское население в это время, очевидно, проникает в прежние места обитания своих предков — на Вятку и р. Чепец, где затем образуются нохратские, или чепецкие, татары, на Среднюю Каму и низовья р. Белой, места обитания впоследствии гайнских, или бартымских, татар. Такие же изменения происходят и в западных районах бывших булгаро-буртасских земель. В частности, резко сокращается число поселений в бассейне р. Суры и близких к Волге местах. Гибнет и не восстанавливается прежний центр этих земель, расположенный на месте Юловского городища. Отмечается увеличение численности поселений булгарского типа в бассейнах Мокши-Выши с центром в г. Мухше (Наровчате).
Таким образом, идет процесс децентрализации, который особенно усиливается к рубежу XIII–XIV веков, когда выделяется несколько культурно-экономических и, очевидно, политических центров на территории бывшей Булгарии. В числе их мы можем назвать Казань на севере — центр Казанского княжества; Кашан, Жукотин (Жукетау) и Керменчук на Каме — центры небольших прикамских княжеств; Болгар, вскоре ставший известным под именем Великого Булгара, на Волге недалеко от устья р. Камы — номинальная столица Булгарии золотоордынского времени; Альменевское (г. Керман) и Атрясское (Мен Ойле Шунгат) городища на волжском правобережье и др. В бассейне р. Мокши выделяется г. Мухша (Наровчат). Была предпринята попытка восстановления прежнего Булгара на р. Черемшане, примерно в 3–5 км. севернее старого места. Но она не увенчалась успехом. Вероятно, не хватало сил для восстановления города во всем объеме, да и город уже утерял свое значение как столицы в связи с перемещением основного населения в северные и западные районы. К тому же монгольские ханы запрещали восстанавливать столицы и строить новые города в покоренных странах.
Городище «Великие Болгары» (вид с птичьего попета).
Булгарские города в период Золотой Орды были слабо укреплены или вообще не имели укреплений. Это были центры ремесленного производства, т. е. центры экономической жизни отдельных булгарских областей. Характерно, что в ряде из них производился чекан монет — основных показателей экономической жизни. Первым городом, начавшим чекан монет в Поволжье в период Золотой Орды, становится г. Булгар на Волге. Во второй половине XIII века серебряные, но в основном медные, монеты чеканятся в г. Кермане и Мухше, а в конце XIV века — в Казани, известной под именем Нового Булгара или Булгара аль-Джадида. Кашан и Жукотин как княжеские центры упоминаются в русских летописях.
Процесс децентрализации в известной мере усугубляется тем, что на территорию Булгарии в период монгольского нашествия проникают новые этнические элементы, хотя их роль в формировании населения XIII–XIV вв. нельзя преувеличивать, но нельзя и не учитывать. Приток этого населения начинается еще в предмонгольский период, когда
