Никита не был знаком и с половиной перечисленного оружия, читал по выгравированным на металле и пластике стволов названиям или биркам ящиков, томно постанывал. Как же ему хотелось заиметь хотя бы пару единиц, но, следуя строгому правилу не брать металлические предметы в портал Армады, приходилось тяжело вздыхать и кривиться.
«Медуза» вот-вот могла деактивироваться, поэтому стоило торопиться – ведь еще нужно было незаметно покинуть часть.
– Эй, прапорщик, на выход!
– Слушаюсь!
Выбрались наружу. Никита забрал обрывок бумаги с кодом из рук Елизарова, отчего тот еще больше замотал головой, выискивая источник звука. Срочно нужно было снова «одарить» его магией органа-мутанта! Никита достал антеннулу виверны и повторил знакомые ему манипуляции. Заведующий материальной частью опять впал в забытье и принялся послушно выполнять дальнейшие приказы.
– Приказываю изменить пароль бункера! – строго объявил невидимка. – Немедленно смените по одной цифре в каждом числе кода. Называю их.
Прапорщик незамедлительно приступил к исполнению. Страж, называя цифры, внимательно следил за точным выполнением своих команд – новый код подтвердился зуммером защитного устройства, закрывшиеся ворота щелкнули невидимым замком и вновь поглотили тайну склада.
Никита пометил в бумажке измененный код, выкинул карандаш-огрызок и посмотрел в лицо прапорщику:
– Прапорщик, сейчас ты забудешь эти цифры, путь к складу и вообще все, что происходило последние полчаса, – сказал Никита, – ты никогда не занимался вверенной тебе матчастью, не помнишь своего имени, звания и никогда сюда не придешь. Ты понял меня?
– Так точно! – выпалил Елизаров без тени смущения на лице.
– За неповиновение или разглашение тайны предстанешь перед военным трибуналом и судом личной совести. Как понял меня?
– Понял вас, товарищ маршал! Есть.
– Назови свое имя, солдат. – Никита начал забавляться, улыбка не сходила с его небритого загорелого лица. Которое, впрочем, никто не видел сейчас.
– Рядовой Солдатов. Служу… э-э… служу…
– Служу самому себе. Ничего не знаю, не видел, не слышал. Я устал, я иду спать, – подсказал воздух. – Повтори.
Прапорщик отчеканил слово в слово, козырнул и подтянулся. Его габариты и повисшие вниз усы дополняли комичность сцены.
– В свою каптерку шагом марш!
– Есть.
Прапорщик Елизаров, он же рядовой Солдатов, строевым шагом направился прочь. И Страж не сомневался, что через пять минут бывший заведующий материальной частью будет храпеть у себя в кабинете, а очнувшись позже, забудет вообще, кто он, где и какое сегодня число. А до Судного дня оставались считаные часы.
«Как же именно все произойдет? – подумал Никита, замыкая двери второго и третьего уровня защиты склада. – Как накатит этот Судный день? Эх-х, сейчас бы к моим в Шумень. Спасти их от неминуемой… Далеко-о до Сибири отсюда. За несколько часов до активации портала Армады не успею! Вот же блин! Не спасти, не помочь, никак не предупредить… Предупредить?! А почему бы и нет? Так-так… Предупредить о надвигающейся опасности, о катаклизме! Ага».
Никита спрятал связку ключей от склада в кустике газона, бросил мимолетный взгляд на уставших истуканов охранников и зашагал к КПП части.
Через десять минут он покинул гарнизон, а еще спустя час езды в кузове порожнего «Камаза», очутился в городском парке.
Артефакт закончил свое волшебное действие, поэтому сейчас Никита сидел на берегу пруда, являющегося неким ответвлением большого водохранилища, и искал цель. Вскоре на глаза попался мальчик с планшетом, выгуливающий собачку. За вполне хороший гонорар от незнакомого дяди планшет на время перекочевал от хозяина к Никите. Теперь он настроил скайп и, задав в поиске фамилию, имя и город, нашел и подключил нужный адресат. Сына сеть не нашла, а вот ник дочки появился в углу экрана быстро. Но на месте почему-то никого не оказалось. Абонент был в сети, но отошел.
Никита стал набирать текст. Пальцы ловко бегали по сенсорному устройству, функция Т9 сама подбирала нужные правильные слова, которые четко ложились в строки. Абзац за абзацем – так и родилось сообщение из ниоткуда своим родным: «Дорогие мои, любимые, далекие! Это ваш папка, и я жив. Только я в другом месте и времени. Мы с вами еще увидимся, обещаю. Маму очень люблю и прошу прощения за все! Я буду краток, потому что нет возможности связаться иначе. Но вы должны довериться мне и принять все как есть. Ни к кому не обращайтесь, сделайте все так, как я напишу. Понимаю, что вызову у вас и мамы недоверие, озабоченность, но вы должны, понимаете, должны спастись! Завтра во всем мире произойдет катастрофа. Внезапный техногенный катаклизм многое сотрет с лица земли, гигантский ураган обрушится из ниоткуда, накроется вся техника, взорвутся энергетические узлы, атомные и химические станции. Вместе с этим вмиг уничтожится все живое вокруг. Радиация, вирусы, стихии и голод нахлынут на поселения. Погибнет огромное количество людей. Появятся мутанты и аномалии. Пожалуйста, срочно займитесь подготовкой! У нас в Шумени нет атомной и химической промышленности, не ведутся бактериологические испытания, поэтому с этой стороны опасности нет. Но остается вероятность энергетического воздействия на человеческий разум через ноосферу планеты. Особенно в местах большого скопления людей! Поэтому срочно собирайте необходимые пожитки, больше воды, нескоропортящиеся продукты питания, походную одежду, какое есть оружие, купите много батареек, приемник связи, рации, соберите всю железную мелочь дома, в магазине, потому что она станет разменной монетой в будущем. Данила, как мужчина и любитель компьютерных игр, знает, о чем я говорю. И езжайте в деревню к бабушке! До утра вы должны там быть. Заберитесь в погреб и ждите наступления этого страшного дня. Наплюйте на деньги, кредиты, долги и прочие проблемы. Ничто это уже не будет заботить вас завтра – только способы выжить. Люди озлобятся и станут врагами, будут искать места подальше от городов. Образуют поселения. Примкните потом к самому большому и живите там. Я найду вас года через три, иначе никак. Спасайтесь, родные мои! Ибо все будет уничтожено. Это не фантазии, это тот апокалипсис, который описан в книгах фантастов. Он наступит! А чтобы вы поверили в меня точно, скажу то, что знаете только вы. Данилу в классе называли за меткость Стрельцом, хотя он по знаку зодиака мартовский. У дочи на левой ягодичке родимое пятно в виде сердечка, я долго просил маму родить мне после сына дочурку. А с мамой… мы занимались сексом в «Волге» бати на даче жарким августом перед свадьбой. Я Никита Топорков, я ваш папа и муж. Спасайтесь, мои хорошие!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
