Пресыщенная и ослабевшая, Лаура, погладив густые каштановые волосы его львиной головы и могучие плечи, хрипло рассмеялась и сказала:
– Гриф, до того, как ты вынешь свое орудие, я хочу задать один вопрос.
Он улыбнулся:
– Я вовсе не собираюсь его вынимать, дорогая. Я просто оставлю его там навсегда.
– Гм, – счастливо вздохнула Лаура и спросила: – Гриф, а ты женат?
Она почувствовала, как напряглись мускулы под кончиками ее пальцев. Посмотрев ей в глаза, Гриф Детон решительно сказал:
– Да, любимая, я женатый человек. – Он вздохнул. – А ты, Лаура?
– Да, – ответила она, – я тоже замужем.
Глава 9
Это был его первый автомобиль. Новый классный «шевроле» 1956 года выпуска с откидывающимся верхом. Цвет темно-синий, шины белые, сиденья кожаные, радиоприемник высшего качества, кондиционер, толстые стекла.
За рулем Си Си Маккарти. Он улыбается, доволен собой и миром. Машина ослепительна в этот предзакатный час. Си Си мчится через реку Тринити, легкий ветерок обдувает его лицо, взлохмачивает волосы.
Он свободен как ветер или дикарь. Он подпевает музыке, льющейся из приемника, отбивая такт пальцами по рулю. Его правая нога, обутая в мягкий кожаный ботинок, жмет на акселератор, и машина вырывается вперед. Маккарти сигналит, обгоняя компанию симпатичных молодых девушек в желтом «плимуте». Он дарит им сияющую улыбку и с вызовом кричит: «Догоните меня, если сможете!»
– Вождь, Вождь! – неистовствуют они, бросаясь вдогонку.
Высокомерный «шевроле» обдает их газами из выхлопной трубы, Си Си выразительно машет рукой, снова дает полный газ и исчезает за полосой мерцающих огней ночного Далласа.
Си Си притормозил перед светофором на Комеси и легко вздохнул. Валентина Трент устраивает вечеринку в его честь – вчера вечером он победил на конкурсе талантов в зале «Мади Колизиэм». Завтра он съездит к ней в офис на площадь Рипаблик Тауэс и заберет премию. Потом подпишет контракт на запись диска с компанией «Блубоннет», он самый удачливый среди двадцатилетних. А потом… ошеломит всех. Берегись, мир!
Валентина Трент стряхнула с себя прошлое вместе с последним пузырем пены. Она вышла из ванны, ступила на бархатистый розовый ковер и стала рассматривать себя в зеркале.
То, что она увидела, не могло ее порадовать. В восемнадцать лет у нее были роскошные формы, теперь же, в двадцать восемь, она просто растолстела. Нахмурясь, Валентина приподняла обвислые груди и горестно вздохнула. А вид бедер исторгнул из нее целый поток причитаний:
– Слишком широкие, черт возьми! А этот живот! Я выгляжу как на четвертом месяце беременности.
Валентина положила ладони на свой круглый живот и стала безуспешно надавливать на мягкое белое тело, стараясь разгладить его. Оглянулась и уставилась в зеркало, висевшее позади.
– Это ты виноват, Киркленд Трент, старый ублюдок! – негодовала она. – Всегда запихивал в меня еду, приговаривая, как я привлекательно выгляжу с моим детским жирком.
Она провела руками вокруг бедер, а потом стала мазохистски трясти ягодицы, с отвращением и огорчением наблюдая за желеобразными колебаниями своей плоти.
– Этот черный сукин сын Дэви не отрабатывает своих денег! – воскликнула она. – Его массаж до сих пор не убрал ни одного лишнего фунта жира.
Наконец она оставила в покое свои телеса и раздраженно крикнула:
– Делия, где ты? Беги сейчас же сюда и вытри меня!
Часом позже Валентина, тихо напевая, спускалась по просторной мраморной лестнице. Чрезмерные округлости были спрятаны под широким тугим поясом «веселая вдова», затянутым до костей. Она вновь обрела уверенность в себе, потому что была одета в сногсшибательное, до неприличия дорогое вечернее платье из воздушного, в черно-белую точку, швейцарского шелка.
Тяжелые груди приподняты вверх и почти вываливаются из кружевных оборок. Талия затянута, бедра и рыхлые ягодицы скрыты под ниспадающими юбками. Валентина Трент не сомневалась, что будет ловить на себе в этот вечер мужские взгляды.
Но больше всего ей хотелось поймать взгляд темных блестящих глаз молодого Си Си Маккарти.
Валентина величественно проследовала по лестничной площадке, выложенной черно-белой плиткой, и остановилась перед большой арочной дверью, ведущей в гостиную.
Красивая комната, гордо подумала она, взирая на роскошную обстановку и дорогие аксессуары. Чувственная, романтическая комната. Симпатичный молодой певец скоро будет проводить здесь все свои вечера.
Она шагнула внутрь и щелкнула золотым выключателем. В центре комнаты вспыхнула огромная подвесная люстра. Валентина улыбнулась высокому худощавому мужчине, стоявшему у камина с бокалом в руке.
– Нейл, дорогой, ты что-то рано сегодня, – сказала она, подставляя ему напудренную щеку для поцелуя.
– Я всегда появляюсь рано, Валентина. – Нейл Аллен прикоснулся сжатыми губами к ее щеке. – Ты изумительно выглядишь.
– Правда? – Ее глаза на миг оживились. Но она тут же надулась. – Ты всегда так говоришь.
– Я всегда так думаю, – возразил Нейл и отпил глоток виски.
Валентина поправила его черный галстук.
– Ты такой милый, Нейл. Даже не знаю, что я буду без тебя делать.
– Ты всегда так говоришь, – добродушно пошутил Нейл Аллен.
– И я так думаю. А теперь… – она отвернулась от него, – позволь мне взглянуть…
Валентина торопливо пересекла гостиную и вышла через открытые застекленные двери на боковую террасу. Там под слегка покачивающимися японскими фонарями были расставлены стулья и квадратные столы, покрытые хрустящими белыми скатертями. В центре каждого стола стояла белая фарфоровая ваза в форме гитары, и в каждой вазе красовалась одна красная роза на длинном стебле. За террасой маняще поблескивал бассейн, свет фонарей отражался в его зеркальной глади. На противоположном краю бассейна настраивал инструменты оркестр из восьми музыкантов в смокингах.
Окинув все это оценивающим хозяйским взглядом, Валентина вернулась в гостиную.
– Ты не приготовишь мне что-нибудь выпить, Нейл? У нас еще есть несколько минут до прибытия гостей, и я ужасно нервничаю.
Нейл захихикал:
– Валентина, я ни за что не поверю, чтобы ты когда-нибудь нервничала. – Он подошел к тележке с напитками, вынул пробку из хрустального графина и щедро налил джина в бокал. Добавив немного тоника и кусочек льда, он протянул ей бокал. – Валентина, разве все это нужно?
– Что все?
Нейл пригубил виски и вернулся к камину. Стоя к Валентине спиной, он произнес:
– Прошло шесть месяцев с того вечера, когда мы впервые увидели этого мальчика в клубе у Энн Лоу. – Он повернулся к Валентине, и в его карих глазах читалось обвинение. – Ты могла подписать с ним контракт в тот же вечер, пригласить его к себе…
