Рядом остановился вертлявый парень, руки и ноги его ходили как на шарнирах. Он явно набивался на знакомство:
– Что, девушка, весь мясокомбинат сюда выставили? А вдруг я один все съем зараз?
Таких любителей трепа Мария распознавала с первых слов и не боялась. Начни он хулиганить, она быстро охрану кликнет. Но если он желает, может попробовать кусочек-другой. Это нормально, это всем разрешается. Она приветливо улыбнулась и заученно начала свой монолог:
– Пробуйте изделие, молодой человек, не стесняйтесь. Тончайшая консистенция, волшебный вкус. Сегодня у нас рекламная распродажа. Всем покупателям – скидка!
Парень съел два кусочка, каждый не больше монетки, потом благоразумно остановился. Колбаса его не интересовала, он хотел привлечь внимание девушки. Он продолжал городить какие-то глупости, но Мария уже не слушала его. Она заметила, как в ее сторону из бокового прохода движется представительный мужчина в бежевой замшевой куртке. Как и положено по инструкции, Мария завела свой рекламный сказ заново и улыбнулась новому клиенту, как только он остановился перед ее столиком. Вот так штука! Перед ней собственной персоной, небрежно засунув руки в карманы куртки, стоял Вениамин. Обида, засевшая на него со школьного вечера, всколыхнулась с новой силой. Она сделала вид, что не узнала его. Но узнает ли он бывшую одноклассницу в ее новом облике?
Веня не выказал никаких эмоций. Он обстоятельно попробовал разных копченостей, поинтересовался процентом жирности. Вилочки от бутербродиков аккуратно сложил на специальный поднос. Нет, не узнал!
Парень тоже не уходил, топтался рядом, с нетерпением ожидал, когда отвалит этот пузан в замше. Девушка ему нравилась все больше, не хотелось уступать ее старику. Но того, казалось, интересовала только колбаса. Щеки Марии порозовели, зеленые искорки заиграли в глазах. Наконец Вениамин оценил два сорта ветчины, получил талон на скидку и отправился в отдел, чтобы приобрести выбранные деликатесы. Некоторое время спустя его желтая спина мелькнула на кассе, затем исчезла в дверях. Парень, приплясывая, снова пошел в наступление:
– Девушка, у вас когда магазин закрывается?
– Магазин работает круглосуточно.
– Я не про то хотел спросить. Вы когда освободитесь?
Мария посмотрела на часы. Через сорок минут придет сменщица. «Нет, каков гусь!» – Мысли ее вернулись к Вениамину. Сегодня он показался ей еще импозантнее, чем при встрече в школе. Он отверг ее дважды: тогда, на вечере, и сейчас, хотя она видом своим походит на студентку. А этот сосунок вьется здесь уже полчаса, подбивает клинья. «А вот возьму и назло Удальцову пойду с этим малышом!»
Хотя Удальцов не мог заметить месть отвергнутой им женщины и заплакать от горя, Мария улыбнулась парню. А он уже прикинул, что можно эту телку пригласить в свою компанию: вечером ребята собирались отметить день рождения одного из приятелей.
Наконец явилась сменщица. Мария воровато отправила в рот несколько колбасок – подруга не выдаст ее. Та пошла в подсобку, чтобы заполнить поднос новой продукцией.
– Я свободна, Малыш. Куда двинемся?
С тех пор как Мария стала работать в этом магазине, к ней часто липли такие малолетки, но каждый раз незримым барьером вставал ее фактический возраст. Она помнила, что годится в матери большинству этих парней. К счастью, угар первых дней – результат приема гормональных пилюль – давно исчез, и Мария могла управлять собой. Но сегодняшняя встреча с Удальцовым выбила ее из колеи, и барьер рухнул.
Малыш привел Марию в битком набитую молодыми людьми комнату. Гремела музыка, парни и девчонки тянули из бутылок пиво, цедили вино. Тут и там целовались парочки. Однако все выглядело вполне целомудренно. Когда последний раз Мария была участницей такой вечеринки? Танцы с того времени почти не изменились. Как и много лет назад, ребята прыгали как умели. И Мария могла скакать среди молодежи, не привлекая к себе внимания. Только желания скакать почему-то не было, нынешние ритмы стучали по голове – музыка своей юности казалась ей мелодичнее.
Мария помнила, что, принимая гормоны, нельзя пить спиртное. Она потягивала безалкогольный швепс. Однако ее новый дружок разгадал хитрость девушки и тайком подлил в ее стакан вина. Когда она распознала вкус алкоголя, было поздно: пошла реакция. Тело затряслось, лицо скривила судорога, голова запрокинулась. Ребята испугались, кинулись вызывать скорую. Но Мария, преодолевая боль, проглотила свою пилюлю – запас их она носила в сумочке, – и приступ прервался. Пилюля выручала ее всегда, при любых невзгодах. Тут же, не мешкая, Мария улизнула с вечеринки.
В этот вечер она очертила рамки своих новых возможностей. Пить-курить – опасно, попсу слушать – голове вредить, козочкой прыгать – просто не хочется. Ясно, что с двадцатилетними ей не по дороге. Ее нынешнее состояние тянет на тридцать пять: зарабатывать деньги, любить и быть любимой, раз в месяц ходить в кино или театр.
И снова Мария дежурила в центре торгового зала. Теперь она более решительно отбивалась от нахальных юнцов и жалела, что не призналась при встрече Вене. С ним бы они нашли общий язык. Но Вениамин больше не появлялся. Видно, случайно оказался в этом районе. А ее не заметил, не признал, не запомнил.
Однако Мария ошибалась. Девушка из супермаркета тревожила воображение Вениамина Михайловича.
В отличие от постаревшей Марии эта рекламистка, угощающая посетителей колбасой, походила на Машку – его соседку по парте, хотя и вышла из школьного возраста. Возможно, студентка старших курсов или безработная выпускница. Вениамин Михайлович с грустью подумал, что никогда не видел Машку-студентку, не представляет, какой она была в расцвете своей красоты. Но против такой свеженькой мордашки, как у этой девицы, он бы не возражал. И даже родинка на ее щеке была на том же месте, как и у его Машки.
Сходство встреченной девушки с его юношеской любовью оживило прежнее чувство Вениамина Михайловича, оскверненное лицезрением реальной Марии на вечере выпускников. Он так тосковал по той Машке и наконец встретил ее копию. Кто же она такая? Эта девушка не могла быть даже дочерью нынешней Марии, поскольку у той был сын. Может, племянница?
Вениамин Михайлович решил еще раз наведаться в супермаркет, чтобы разрешить свои сомнения, проверить впечатление, вызванное первой встречей с девушкой, похожей на Машку. Он заходил в торговый зал, но там работали другие рекламистки. Он почти уже потерял надежду отыскать «свою Машу», как вновь увидел ее.
– Здравствуйте, очаровательная принцесса! Сегодня опять вы угощаете нас этими замечательными деликатесами?
Мария узнала Вениамина Михайловича, и сердце ее забилось в тревожном ожидании счастья. Она улыбнулась:
