же овощи да зерно, ну, мясо и птица. На крепость взглянуть не хотите, ваше благородие? Можно и на причалы, конечно, пройтись, но там запах, такой, особый.
— Тухлой рыбы и гнилых водорослей? — с пониманием спросил Тихон.
— Не, не тухлой. Просто рыбой и тиной несёт. Ну и чайки галдят. А вы уже бывали в порту? — удивился Иван.
— Читал. Ну, и другие рассказывали, — с улыбкой ответил Тихон, вспоминая, как года два мотался по южным морям прошлого мира, выслеживая Короля пиратов.
А вот незачем было этому королю в развалинах старого храма вступать в ритуальный круг и выдергивать из трупа кинжал с серебряным лезвием и золотой рукоятью. Стал вполне вменяемый человек вместилищем кровавого божка и пошло-поехало. Рыбацкие деревушки под нож пускал, пленников пытал, кровь кубками пил, тёмное колдовство творил. Даже пираты от него отвернулись. Матросы или с ума сошли, или их на алтари уложили. Короче, пришлось графу Руби Рито опять вытаскивать своё бренное тело из кресла-качалки и мчаться на всех порах на архипелаг. Один плюс был в этом всём: вечное лето. Наверное, поэтому во всех крупных портах гнилью и несло. Жара, бактерии, грибки, болезни. Мда.
— А тут есть место, откуда и море видно, и рыбой не воняет? — спросил Тихон, почти останавливаясь.
В принципе, первичный план города в своей голове Тихон уже нарисовал. Юго-восток мыса, самая окраина — крепость с защищённой гаванью, в основном — для военных кораблей. Южный берег — обрывистый, восточный — более пологий. Между этими двумя берегами и раскинулся город. Улицы — лучи от крепости вглубь суши, да ломанные дуги от одного берега до другого. Школа — в южной части города, кварталах в двух от крепости. Дом — ближе к центральной, на полпути от крепости до главной площади с собором и мэрией. Стоп, не мэрия. Здесь это по-другому называется. Как же… Управа! Точно!
Библиотека… Эм… Книгохранилище если где и будет — то там. И идти туда, не обследовав школьное книгохранилище вдоль и поперёк — не имеет смысла. Интересно, а подписка на журнал дорого стоит? Ну, чтобы почтальон им прямо домой журналы приносил, чтоб не заходить в библиотеку?
— Есть, а как же не быть, ваше благородие. Набережная, чуть выше порта, ещё дальше от крепости. Но это мы через весь город пройдём. И по каменной лестнице придётся спускаться. Не устанете?
Тихон удивлённо посмотрел на дворника. Все Кремны за пару часов обойти можно, от чего тут устать? Неужели Тихон выглядит настолько хилым? А, ну да, дядя Ваня меряет с позиции мещанина и примеряет на Тихона роль обычного десятилетнего ребёнка.
— Нет, не устану, — с улыбкой сказал Тихон, продолжая прогулку. — Я крепкий. Хоть и не сильный. Да и город заодно посмотрю.
* * *
Море. Слово одно, а скрывается за ним — много всего. И это всё очень разнится от места к месту. Суровое северное море, холодное и тёмное, превращающее в мелкую крошку гранитные скалы. Оно не прощает ни малейшей ошибки даже простым рыбакам. Ласково-обманчивое, радушно-яркое и нежно-тёплое южное море, окутывающее негой в моменты покоя и уничтожающее целые посёлки во время тайфунов. Спокойное и мирное, сжатое со всех сторон сушей, таящее в своих глубинах тайны ушедших цивилизаций. Обжигающе-горячее, вздымающееся до небес слепящими песчаными барханами и сдирающее кожу бесчисленными острыми гранями минералов во время бурь. Да, пустыня — тоже море. Хорошо, что этот «шедевр» природы далеко отсюда. А ведь Тихон помнил ещё и моря, к созданию которых природа принимала лишь опосредованное участие. Нашёл, о чём вспоминать.
Короче, Тихон прекрасно помнил разные моря. И видел, и плавал, и уничтожал. Так что Синее море, на которое он смотрел сейчас, не то, чтобы поразило его. Нет, оно его просто успокоило. Оно было таким, каким он и хотел видеть свою жизнь. Синее море было тихим, спокойным и обильным. В вышине плыли осенние облака, солнечные лучи косыми столбами падали на мелкую рябь мутной от мелких водорослей воды. Чайки кружили в вышине, выискивая среди воды неосторожных рыбёшек и то и дело ныряли за ней вниз. Горизонт был чист, ветер — свеж, а берег — обычен. И это нравилось Тихону. Очень.
Как нравился ему и сам городок. Здесь не было помпезности столицы, но не было и трясины безысходности вымирающего городка. Конные коляски и повозки проезжали по улицам Кремны не торопясь, словно им некуда было торопиться. Также без спешки прогуливались по тротуарам и пешеходы. Дамы в шёлковых кубельках и ситцевых сарафанах, с плетёными корзинками в руках возвращались домой из лавок. Дворники степенно подметали замощённые улочки перед своими дворами. Даже молодые писари и подьячие в строгих форменных суконных кафтанах, с объёмными папками в руках, тоже не торопились завершить свои дела. Спешили по своим делам лишь приказчики в коротких полукафтанах. Ну, у них работа такая, купцы лучше других понимают, что время — это деньги. Да вечно чумазая босоногая детвора в холщовых штанах и кое-как вышитых сорочках носилась по улицам, играя в догонялки.
Кстати, упомянутая вскользь дядь Ваней лестница удивила, да. Не ожидал Тихон увидеть в этом городе широкую и удобную лестницу длиной в более, чем сто метров. Как там дядь Ваня сказал? Целых пятьдесят саженей. Не косых, обычных. Ну, приблизительно. Как и всё, что не касалось денег да налогов. Короче, монахам и высшим священникам церкви Творца всемогущего ещё будет чем заняться в ближайшее время.
Так вот, после осмотра этой лестницы и рельефа, из-за которого она была построена, Тихон понял, почему город оказался без защитного вала. Высота восточного побережья была… Приличная. И крутизна была тоже соответствующей. И ведь восточный берег считается низким, даже пристани и набережную соорудили именно тут. Что же тогда творится на юге? Обрыв метров сто высотой? Воистину, лучшее место для крепости. Жаль, что большие купеческие караваны мимо проходят. С другой стороны, был бы здесь удобный порт для больших грузовых судов — сидел бы воевода тут, а не в Усть-Темернике. И было бы у Тихона больше проблем. Суета, беготня, крики зазывал, повозки, с грохотом проезжающие мимо. Не надо Тихону это. Сонная нега послеобеденного променада ему больше нравится.
Четыре часа дня, обед закончен, рабочий день в разгаре, а он гуляет по торговому району недалеко от крепости. Ну, по сравнению с управой и центральным собором, если что. Кстати, от крепости ему надо держаться подальше. Местные князья живут именно там. И хоть Тихон специально старался не светить своим лицом перед ними
