завтрашнего утра, так что не пугайтесь. Но без присмотра его оставлять нельзя. Если вдруг его состояние ухудшится — немедленно посылайте за мной в любое время. И всё же будем надеется на лучшее.
Ага, то есть им с Василисой Никитишной предстоит провести бессонную ночь. Сейчас-то за Тихоном присматривает Глаша, но вот доверить ей или Ивану отрока на ночь было бы перебором. Что же, неплохая тренировка перед появлением в доме младенца. С ним, вроде бы, тоже ночью не поспишь. Главное, чтобы народная примета действительно сработала и Род благословил их с супругой младенцем. А то пять лет уже в браке — и ни одного зачатия. Обе матушки уже всерьёз начали беспокоиться о продолжении рода Глеба. Даже начали предлагать обратиться к князям-целителям. Пока ещё не особо активно, услуги настоящего одарённого слишком дороги для обычных детей боярских.
— То есть князя-целителя беспокоить всё же не стоит, да? — всё ещё тревожась, спросила Василиса Никитишна.
Ну кто ж такое спрашивает у доктора! Всё же супруга слишком сильно волнуется. Ну, это неплохо. Главное, чтобы эта забота не переросла в синдром наседки, когда ребёнка опекают сверх всякой меры.
— Не думаю, что ему есть резон приезжать, — с доброй улыбкой сказал доктор. — Я провёл тщательный осмотр и могу уверенно сказать, что опасных травм у отрока нет, не переживайте, сударыня. Что же, позвольте откланяться. Желаю скорейшего выздоровления вашему воспитаннику.
Да, Савелий Павлович всё понял правильно. Вот что значит доктор с большим опытом практической работы.
— Ещё раз благодарим, что так быстро приехали, Савелий Петрович. До встречи, — протянул руку для прощального рукопожатия Глеб Гориславович.
* * *
Еле слышный свист рассекаемого клинком воздуха превратился в противный скрежет металла о металл. Выбросив руку с мечом вперёд, Тихон опять не достал до рослого и жилистого белокожего и рыжеволосого бородатого мужика. И да! Этот паразит сменил свой облик сразу, как Тихон начал его побеждать. А ещё и оружие поменял. Теперь у него в руках не два кинжала, а короткий меч и овальный щит.
В принципе, в смене образа при поединке духов нет ничего необычного. При нормальном запасе маны можно было бы даже устроить феерическое шоу с постоянной сменой декораций, образов и спецэффектами в виде заклинаний. Пространство духа тем и было хорошо, что в нём не нужно было тратить то же количество энергии на создание заклинания, что и в реальности. Правда, и саму реальность это никак не затрагивало. Можно было превратить землю под противником в болото, окружить его кольцом льда, даже призвать элементалей — и материальный мир никак не пострадает. А самым потрясающим было то, что можно было самому стать туманной дымкой, подобраться к противнику и подловить, вынудить сдаться. Любой облик, любой внешний вид — и при минимальных затратах маны.
Вот только маны сейчас в теле Тихона — кот наплакал. И тратить её на спецэффекты не хотелось. Ладно, затянувшееся из-за поединка беспамятство, его можно как-то объяснить. Перенапряжение там, солнечный удар, ну, можно выкрутиться. Но вот если Тихон доведёт себя до магического истощения — это вызовет ненужное удивление. И рассказать правду — не вариант. По многим причинам.
Однако, похоже, без смены образа Тихону таки не победить этого бугая. Ну, потому что десятилетнему пацану элементарно тяжело достать взрослого мужика из-за разницы в росте. Нет, понятно, что есть такие приёмы и такой стиль боя, который это позволяет. Но беда в том, что сам Тихон не тренировался никогда такому. Не было нужды. А прежний стиль боя был рассчитан на тело взрослого человека.
— Ты не сможешь победить меня, щенок, — хмыкнул паразит и отпрыгнул назад, не пытаясь атаковать. — Признаю твой талант и мастерство, но сам видишь, мы в тупике. Маны нет ни у тебя, ни у меня, в бою холодным оружием — мы равны. Выпусти меня из своего царства духа и я обещаю, что не побеспокою тебя и твою семью.
Тихон лишь рассмеялся. Этот паразит смеет угрожать его семье? Неужели до сих пор не понял, что Тихон ещё ни один свой козырь не вытащил? Действительно думает, что это предел возможностей противника? И решил, что Тихон может согласиться на такую абсурдную сделку?
— Действительно смешно, — прекратив смеяться, сказал Тихон. — Паразит, пробравшийся в пространство чужого духа и не имеющий сил победить хозяина в образе десятилетнего ребёнка, надеется сбежать, пообещав невыполнимое. Думаешь, я не знаю, что при смене облика духа увеличивается расход твоей маны? Сколько ты со мной тут уже в своём истинном облике тусишь? Часа полтора? Два? Сколько ещё в теле того эллина маны осталось? Или ты надеешься, что не догадаюсь, на кого ты служишь и почему именно я стал твоей целью? Одинокий паразит, в городе-крепости, где можно в любой момент наткнуться на обученного мага, не живёт. Да и не бросает тело в самом расцвете сил, чтобы стать малолетним дрыщем, только вступающим в период полового созревания. Ты не сможешь отступиться. Не дадут вышестоящие. Провалишься с захватом — и мне так точно не жить. Или скажешь, что я не прав и ты тут один-одинешенек и совсем без поддержки, а?
Рыжеволосый лишь зло оскалился и сплюнул на песок арены.
— Щенок, ты кто такой? Нормальные дети в твоём возрасте от страха писаются, когда в подземелье оказываются, а не выдают подобные монологи.
Тихон лишь хмыкнул и, запуская трансформацию облика к виду, который был у него в прошлой жизни, сказал:
— Подловил. Я действительно не могу считаться нормальным ребёнком. В следующий раз я обязательно выберу обруч беспамятства. Ну как, попробуем сразиться вновь? Теперь моя комплекция твоей не уступает.
— Ты… Кто ты?! — отшатнулся в ужасе паразит, взирая на мужчину средних лет с огненно-красной гривой длинных волос, оплаченного в лёгкий кожаный доспех.
— Человек, которому всякие паразиты не дают спокойно отдохнуть, — с кровожадной улыбкой ответил противнику Тихон.
* * *
— Ваше благородие, вы уж простите меня, — с мольбой в голосе сказал Иван, рассказав всё произошедшее без утайки. — Род мне свидетель, не мог я себе представить, что такая беда случиться. Как чувствовал, что надо было коляску от лестницы брать! Но отрок отказался наотрез! Кто ж знал!
— Иван! Никто тебя не винит в произошедшем, Творец с тобой! — всплеснула руками Василиса Никитишна. — Просто… Это действительно странно, Глеб Гориславович прав. Но что мы вообще знаем о Тихоне? Ну, кроме того, что он сам нам рассказал. Да и вообще, насколько я заметила, он часто уходит в раздумья. И может долго в этих
