— Прикрывай! Херачь мне прямо под ноги!
Выдернув «Бур» из магнитного зацепа, Гай почти не целясь выстрелил. Экспансивная пуля с грохотом вылетела из дула винтовки, и дерьмово-комковатое нечто содрогнулось. Пасть, полная зубов захлопнулась, чтобы через секунду снова раскрыться в безмолвном крике.
Карлос поливал из огнемета не переставая, сталкеры остановились, чтобы сменить батареи своих лазганов. В этот момент вся шевелящаяся масса щупалец ринулась вперед, готовясь поглотить опасных существ, причиняющих боль и страдания. И, казалось, даже стена огня не остановит чудовищного жителя коллектора.
Глаз у спрута не было, зато хорошо выделялись ушные мембраны. Туда-то и последовал второй выстрел из «Бура», за ним — еще и еще.
— Всё, всё, Гай! Беру свои слова обратно: твои приблуды решают! — похлопал его по плечу Джипси. — Он сдох. Карлос, пройдись огоньком еще разок и отдай игрушку Кормаку, он с ними неплохо управляется.
Сталкеры порысили дальше. Карлос периодически отстреливал муравьев: не то чтобы они нападали, просто не любил горячий амиго насекомых.
— Молодой человек, я говорил вам за лабораторию криосна?
— Да-да, Давыд Маркович…
— Так зачем вы продефилировали мимо? На дверях размещают таблички с надписями таки для того, чтобы их читали…
— Черт! Стоп, стоп, ребята, лаборатория — это здесь!
Оранжевые скафандры резко затормозили, натыкаясь друг на друга.
— Дерьмо, Гай, не мог сказать раньше!
— Табличка же…
Дверь открылась, и они попали в крохотный шлюз. Зашипели дезинфекторы, обрабатывая поверхность скафандров и оружие. Отъехала в сторону внутренняя дверь.
— Это мы хорошо зашли! — присвистнул Джипси. — Тут, в общем-то, выгрузи эту комнатку, и всё — рейд удался!
— Вам виднее, ребята, вам виднее… — Гай не разбирался в старинном оборудовании, но на сталкеров оно произвело впечатление: они осматривали приборы, датчики и экраны и цокали языками. Наверное, попробовали бы и на зуб, но скафандры мешали.
Кормака больше привлекали криокапсулы. Вообще-то их тут было много: целый отдельный зал. Только традиционно-жизнелюбивым зеленым подмигивали три из нескольких десятков. В капсулах лежали люди — самые обычные, такие же, как Гай или Кранц, или Франческа. В незнакомой форме, и в гражданской одежде, и в рабочих комбинезонах.
Три исправные капсулы находились на значительном расстоянии друг от друга. Никакой системы в том, что выжили именно эти колонисты, не было.
В ближайшей капсуле лежал средних лет мужчина, небритый, всклокоченный, с явно ломаным носом. Гай присмотрелся: костяшки на кулаках были набиты. Рабочий комбез — в масляных пятнах. В общем, матерый дядька! Дальше — симпатичная женщина неопределенного возраста. Явно неюная, но, как там обстояло дело с медициной и омоложением у первых колонистов, сказать сложно. Короткие темные вьющиеся волосы, хорошая фигура… Гай сумел разглядеть под коркой льда бейджик — целый доктор, однако! Доктор Виктория Схайама: может быть, медик, может, ученый…
Последняя целая капсула хранила жизнь молодого парня в обычных джинсах и футболке, длинноволосого и худощавого.
— Вот это они охренеют, когда очнутся! — сказал Гай. — Кто-нибудь из вас разбирается в этом всём… А-хм!
Он быстро понял глупость своего вопроса. Франческа уже уселась за стул и что-то выстукивала на клавиатуре терминала, Джипси открыл щиток электропитания и копошился там.
— Ну, тогда…
— Давай, Кормак. Двигай с парнями к грузовому трюму, тут недалеко. Мы разберемся, можно ли транспортировать выживших автономно. Поосторожней там! — напутствовал Джипси. — Старший группы — Карлос!
— Можно, — буркнул Давыд Маркович в самое ухо Гаю, — но я тебе этого не говорил.
До грузового трюма добрались без приключений. ИскИн включил подъемник, и они даже спустились на нижнюю палубу к воротам главного ангара без проблем. Здесь почему-то не водились насекомые, только рос вездесущий зелено-красный мох. Ворота распахнулись, и Гай вздохнул: тут было очень, очень просторно!
Стоило пройти пару метров, и стало ясно, в чем причина такой пространственной щедрости. Помимо контейнеров с оборудованием и припасами для колонизации, выставленных штабелями вдоль стен, здесь находилась техника. И если сталкеры тут же принялись оценивающе поглядывать на шаттлы, атмосферники и наземные транспортеры, то глаза Гая тут же прикипели к совсем другому объекту.
— Давыд Маркович, что это?
— Космический корабль.
— Да уж понятно, что не пицца на вынос! Скиньте мне характеристики, пожалуйста.
Авизо — спецкорабль для быстрой доставки ценных грузов или сообщений из эпохи, когда ни гиперприводов, ни гала-сети еще не было. Он не дотягивал до корвета по боевым качествам, но по защищенности, комфорту, мощности энергоустановки и скорости легко мог дать фору даже фрегату Конфедерации. Просматривая характеристики корабля, Гай всё больше влюблялся в него. Это был именно он, тот самый корабль мечты, капитаном которого мечтал быть в детстве маленький Гай Кормак. Сейчас таких не строили: класс «Авизо» стал невостребованным из-за появления гипердвигателей.
Корпус корабля, около ста метров в длину, имел форму, напоминающую сглаженный тетраэдр, с двумя дюзами двигателей, выступающими из основания. На борту, рядом со шлюзом, сквозь поросль мха виднелась надпись:
USS Odyssey.
— Одиссей, значит. Одиссей, где твоя Пенелопа? — задал риторический вопрос, но Давыд Маркович не счел его риторическим.
— К вашему сведению, молодой человек, тут три таких ангара. «Пенелопа» — универсальное десантное судно средней дальности, можете взглянуть на него, если захотите. Есть еще «Телемах» — шахтерский специализированный комплекс для работы с астероидами…
— Нет-нет, спасибо, это уже не ко мне… Мне бы этого «Одиссея» выбить в качестве своей доли… Гиперпривод «Эрнеста» его потянет?
— «Одиссей» потянет «Эрнеста» в своем грузовом отсеке, а «Эрнест» потянет «Одиссея» в гипере. Кстати, ваши друзья уже таки заканчивают с плитой. Могу попросить дроидов наварить сверху еще!
Гай прибалдел от таких перспектив, а потом встряхнулся:
— Не-е-ет, это будет уже слишком. Вот если бы ограничить им как-то передвижение внутри ангара, чтобы они не видели, с чем имеют дело…
— Таки я могу это для вас сделать, молодой человек!
С лязгом и скрежетом начали двигаться грузоподъемные магнитные агрегаты, перемещая контейнеры. Сталкеры сначала встревожились, но успокоенные жестом Гая, сосредоточились вокруг него.
— Сейчас будем встречать гостей, — сказал Кормак.
ИскИн выставил контейнеры в два ряда, ограничив пространство для маневра наемникам Вестингауза до минимума. В конце только что созданного коридорчика устроились сталкеры и Гай.
Плита, которой дроиды заварили шлюз, уже отдавала багрянцем: плазменный резак с той стороны делал свое дело.
— Эти придурки сейчас выпустят из ангара всю атмосферу. Их же вышибет отсюда к чертовой матери! — осенило Кранца. — И нас вместе с ними! Гай, твой волшебный комп может что-нибудь с этим сделать?
— Сможет. Давы…
— Ой-вей, пока ваши извилины рождали гениальные мысли, я загерметизировал ворота и начал откачивать воздух.
— Ну-ну… — Гай начинал понимать, почему на ИскИнов объявили охоту в свое время.
Они волей-неволей должны были подойти к логическому выводу о несовершенстве человеческой природы. Давыд Маркович пока обходился сарказмом и иронией, и слава Богу!
Наконец наемники пробили себе ход внутрь, и плита с грохотом обрушилась на пол.
— Твою мать, Билли. Они уже здесь!
— Приве-е-ет! — помахали им руками Кранц и Штерн.
А Карлос сказал:
— Вы молодцы, что добрались сюда. Я скажу Вестингаузу, что вы были настоящими героями. И угощу вас пивом на Причиндалах. Но сейчас вам нужно сделать «кругом!» и вернуться на «Толстяк».
Наемников было пятеро, и вооружены они были новенькими кармаренскими стрелковыми комплексами. И их руки в тяжелых бронированных перчатках были в опасной близости от спусковых крючков.
