Доминиона — вы жители Доминиона, пользующиеся всеми доступными для вас правами и обязанностями. А это значит — никакого рабства и никакого принудительного труда. Хотите есть — ищите работу, ее в метрополии, да и на периферии очень много. Даже в этой колонии тви’лекков вакансий по различным направлениям больше, чем мы можем позволить себе закрыть в настоящий момент, — стоящий рядом тви’лекк-губернатор утвердительно закачал головой. — Миграционная служба заведет для каждого из вас идентификационные документы и выдаст подробную информацию о том, на что и как вы можете рассчитывать в текущих обстоятельствах. Но на легкую жизнь не надейтесь. Доминион не представляет никаких пособий для жителей — только для граждан. Способы получения гражданства до вас так же будут доведены. Наиболее простой — это вербовка в вооруженные силы. Сперва — служба в Силах обороны, затем, если вы себя проявите — в регулярном флоте.
— Экзоты в войсках? — прошипел Ниверс. — Что еще за ересь?!
— Тунеядцев в Доминионе тоже не любят, — заявил Феррус. — За каждого из вас были заплачены деньги — и вы сами согласились на то, чтобы быть выкупленными из рабства. Как бы это не звучало, но каждый из вас стоил бюджету сто кредитов. Каждый мужчина, женщина, старик или ребенок. Эти средства потрачены из статьи расходов, выделенной непосредственно для выкупа из рабства тви’леков. Возвращать эти деньги в бюджет, тем самым отдавая долг государству и проявлять сознательность, понимая, что впоследствии так же могут быть выкуплены за эти деньги ваши близкие и знакомые — дело ваше. Скажу лишь то, что вы, а так же десять других групп, которые сегодня прибудут на Бету II, выкуплены на средства ваших же соотечественников. Кто-то искал конкретного родственника, друга, возлюбленного, а кто-то просто хотел чтобы еще меньше сородичей оставались в числе рабов у хаттов или других торговцев.
— Так почему вы нас выкупаете, а не предлагаете переселиться к вам тем, кто голодает на Рилоте? — послышался выкрик из толпы.
— Губернатор, вам слово, — Феррус передал микрофон правящему планетой тви’лекку.
Тот, прочистив горло, произнес:
— Работа в этом направлении ведется, — заявил он. — Самая большая проблема заключается в том, что Рилот является сторонником Альянса, а до того — Новой Республики. На официальном уровне они бойкотируют участие в нашей политике переселения. По факту — почти три четвертых из числа тех, кто проживает в этой колонии — это эмигранты с Рилота. Но так проблему с нашими сородичами, живущими в рабстве, не решить…
— Хорошо освобождение! — раздался другой голос. — С одного куска камня — на другой!
— А теперь вам держать ответ, гранд-мофф, — с улыбкой произнес губернатор Беты-II, возвращая микрофон.
— Этот мир — не более чем анклав тви’леков в Доминионе, — пояснил Феликс. — Точно такой же есть и для вуки, и для забраков, и для зелтронов, и для тогрут…
— Резервация, что ли?! — недовольно и с опаской спросил еще кто-то из бывших рабов.
— Родная обитель, в которой ваши же сородичи помогут вам освоиться в реалиях Доминиона, развеют имеющиеся мифы и дадут советы, — пояснил Феррус. — Никаких ограничений для жителей Доминиона на свободу перемещения, за исключением особо охраняемых зон — это территории военных. Есть желание перебраться в другой мир — никто не держит.
— А как же угнетение людьми других рас? — поинтересовалась молодая девушка-тви’лечка в первом ряду.
На вид ей — лет тридцать, может чуть больше, а за ногами прячутся пара детишек, очевидно ее дети.
И не нужно быть специалистом в ксенобиологии, чтобы понять — оба, и мальчик, и девочка — не доедают.
По матери сказать сложно — она одета в какую-то застиранную хламиду, некогда бывшей платьем, или чем-то подобным.
— Никакого угнетения, — спокойно ответил Феррус, вынув из кармана несколько питательных батончиков.
Увидевший это губернатор с опаской посмотрел на Феликса.
Ну да, как-то не вяжется наличие высококалорийных батончиков из солдатского сухого пайка в кармане гранд-моффа.
А чего они ожидали?
С его режимом работы даже поесть горячую пищу можно только в полете, да и то не всегда.
А батончики…
Ну да, не особо вкусно, но, зато полезно и питательно.
— В Доминионе все равны, — произнес он, присев на корточки и протягивая детям угощение. — Если вы не совершаете преступлений и не нарушаете общественный порядок — никто не будет вас преследовать. Да и даже в этом случае — уголовное преследование происходит на по причинам вашей принадлежности к той или иной расе, полу или еще что-то там. Нарушил закон — отвечать будешь как и все остальные жители и граждане.
Детвора, против его предположения, на батончики не польстилась, затравленно и запуганно наблюдая за тем, как он смотрит на них.
Неловко вышло.
— Простите, они напуганы, — виновато заявила женщина. — Наш хозяин-человек, не сильно отзывчивый был…
— Теперь вы сами себе хозяева, — заявил Феррус.
Не зная, что делать с батончиками, он передал их женщине, надеясь, что это не вызовет каких-то недовольств со стороны остальных.
— Начинается пылевая буря, — произнес он, махнув рукой на постройку у себя за спиной. — В здании правительства для всех накрыты столы, будут работать медики и прочие службы.
— А что делать, если наши права будут нарушаться? — снова новый голос из толпы. — Вдруг кому-то захочется снова угнать нас в рабство? Космос большой, всех пиратов и работорговцев вам не переловить!
— Да и имперские чиновники не любят экзотов! — это сказал уже кто-то из предыдущих «говорунов».
— А для этого здесь присутствует контрразведка, — пояснил гранд-мофф, указав на капитана Штебена. — Любое противоправное действие в отношении вас по расовому признаку — их забота. А пираты, — он поднял голову вверх, посмотрев на заволакиваемое небо, — будут очень не рады столкнуться с нашими специалистами из регулярного флота.
Глянув на моффов, он увидел три пары одобрительных взглядов и две — настороженных.
Об этом надо будет сказать Трауну.
Что-то затевается.
Что-то происходит.
Но кто ж скажет гранд-моффу что именно задумал Верховный Главнокомандующий?
* * *
Когда на мостике «Неумолимого» раздался голос дежурного связиста, возвещающий о входящей передаче с «Химеры», коммодор Александр Мор был готов к предстоящему диалогу.
— Перевести в кабину отдела шифрования, — приказал он, отрываясь от манящего, практически гипнотического зрелища, разворачивающегося за бортом его звездного разрушителя.
