воспитанная… – с ухмылкой на губах демон коснулся моей щеки, нежно проводя по ней пальцем, – когда нервничаешь. Но сейчас не об этом. – Маро махнул в сторону второго кресла, и оно исчезло прямо на глазах. – Здесь сидеть больше негде – это раз. А во-вторых, моя теория как раз и заключается в этом! Ты не сможешь мне выкать после того, как посидела на моих коленях.
– Пф! – Поёрзав из вредности на ногах наглого куратора, задрала нос. – Ещё как могу.
– Ладно, – прищурился демон. – Тогда мне придётся отложить захватывающий рассказ о кинжале Соломон и построить ещё одну теорию.
– Может… – больше я сказать ничего не успела. Стайлс дёрнул меня на себя и поцеловал.
Сердце сразу ухнуло куда-то вниз. Губы обмякли от удивления, а ушлый демон сразу воспользовался этим.
Щёки вспыхнули огнём, похлеще пламени камина, когда язык мужчины, медленно провёл по нижней губе, щекоча и дразня. Руки Маро ожили и нежно заскользили по спине, не позволяя отстранится.
Да и кто думал об этом!? Я настолько была ошеломлена «теорией» некоторых, что даже рыпаться не пыталась!
Чего не сказать о моих губах и теле в целом!
«Я целуюсь с вредным магистром боевых искусств! С демоном! С демоном, который с самого первого дня изводил меня своими замечаниями и придирками! Очешуеть да замохнатиться!»
Это было круто. Не то, чтобы я никогда не целовалась, чтобы так реагировать. Вовсе нет. Целовалась и много. Ведь не страшилище. Да и в институте у меня были поклонники… пока те не узнавали, что я – сирота. Были и не только поцелуи, но чтобы такая реакция от простого прикосновения губ!
Ещё до того, как Стайлс проник языком ко мне в рот, поражая вкусом свежей мяты, я уже дрожала на его коленях, как та отмороженная из Майами!
«Хи-хи… тут похоже сУрьЁзный урок… как бы не перешёл в горизонтальную плоскость… Ты… это… фурия моя… не выкай демону, ради всех богов твоего мира. Или хотя бы вытащи меня хоть на вон тот вон стол. Не хочу быть… образованным с тобой за компанию».
Хихиканья Жалика отрезвили.
У меня получилось упорхнуть из объятий Маро только потому, что демон сам поплыл.
– Я… ты…
«Ёпти-ти… и что нужно говорить в такие вот моменты?»
«Возвращаться на шаг назад до телодвижений», – по дружбе подсказал фамильяр, нагло ухохатываясь в моей голове.
– Ты обещал рассказать о кинжале, – поджав губы, обижено буркнула я, адресуя негодование больше фамильяру, чем виновнику моих дрожащих пальцев. – Рассказывай. И верни кресло, а то я… – оглядевшись, поняла, что бравировать нечем, – спать пойду в среднюю дверь.
– Спальня – слева. Прямо – коридор на этаж общежития.
– О том и речь.
Стайлс тяжело вздохнул, скрестил пальцы и сложил руки на выдающуюся часть себя, выступающую на штанах так выразительно и… и приятно для моего либидо.
Кресло появилось без каких-либо манипуляций конечностями.
– Пожалуйста, Есения… но ты же понимаешь, что мы всё равно вернёмся к…
– Кинжал! Откуда он у ТВОЕЙ сестры!? – Присев на бордовое кресло, обвела ещё раз гостиную ректора взглядом, пытаясь взять себя в руки.
Когда молчание затянулось, пришлось волей неволей возвращать взгляд к ректору Нима.
Кажется, я даже выдохнула что-то связное себе под нос, натолкнувшись на омут зелёных глаз.
Чернота исчезла, а значит, возбуждение оставило мужчину.
– Ладно. Кинжал… это я подарил его Соломон, когда она только родилась.
Глава 28. Полезная демоница
«Бывает – проснешься, как птица,
крылатой пружиной на взводе,
и хочется жить и трудиться;
но к завтраку это проходит»
За окном ещё стояла темень, но восход вот-вот обещал расцвести алым бутоном на фоне пока ещё серого небосклона, а я всё продолжала смеяться, слушая одну из детских историй ректора.
Маро был сам не свой! И дело не в шустром парнишке, который представлялся эдаким шалопаем из-за виртуозного описания демона о самом себе. Сам ректор вёл себя иначе. Такой свободный, непринуждённый и самое удивительно обаятельный!
Страшно представить! Стайлс и до этого постоянно заставлял одним своим присутствием меня смущаться или злиться, а сейчас! Хотя, нет. Последнее, что я испытывала в эту минуту – это смущение. Злость с раздражением тоже куда-то делись, стоило мне оказаться с демоном один на один.
– Значит, вы с братом удрали в заколдованный Аскитон! И не страшно было?! На лабиринты же наложены чары!
– Мы только закончили академию Нима. Да и спор – большое дело. А когда ещё он между братьями, которые всю жизнь только и делали, что соревновались – сами Боги велели свершить сумасбродный поступок. К тому же Эля с нами увязался. Тут уж нельзя было ударить в грязь лицом. Первокурсник, как ни как! Опять же для малышки старались.
– Но… зачем? Новорождённой и вдруг холодное оружие!
Стайлс только пожал плечами, вытягивая длинные ноги.
– Демоны. У нас дарить такие вещи новорождённым – норма. К тому же Соломон родители ждали очень долго. Как ты поняла разница в возрасте между мной и сестрой почти в четверть века. Это много для тех, кто решает планировать большую семью. Для долгожданной маленькой сестрицы хотелось чего-то совсем уж невероятного. И мы же угадали с подарком! – Самодовольно блеснув озорной улыбкой, Стайлс подмигнул мне.
– Допустим, – кивнула с ответной улыбкой на губах, на самом деле немного озадачиваясь. – Одно понять не могу: как ты с братьями в лабиринты замкового парка попал?
– О! А вот это на самом деле интересная история. Зайти за отцовскую печать удалось, действительно, не сразу. Император демонов поставил её не просто так. Зона отчуждения плохо воздействовала на неугомонных искателей приключений на свою задницу. Херону нужны здравомыслящие граждане, а не покалеченные остатками негативной магии ведьм элементы. Мы топтались почти до вечера. Помню, Элияр ещё смеялся над нами, высказываясь насчёт сомнительности диплома с отличием, выданного мне только что. Шутливая потасовка, и мы с Лоиком решили проучить Элияра. Легонько пихнули его к границе печати, а он возьми и провались прямо внутрь купола. Хотя должно было только слегка коротнуть током.
У меня дыхание перехватило от удивления. Волнение затопило мозг. Что-то не складывалось. Взгляд расфокусировался, а мысли заметались в голове.
– … и паршивец же молчал! Пока мы бегали кругами перед границей, по-настоящему испугавшись за брата, он ржал по ту сторону едва видимого купола. А потом этот олух появился, как хухлик из болотной канавы. Он нас и провёл в Аскитон. Там мы выбрали кинжал. Он лежал свободно. Прямо на земле. И трава вокруг его лезвия не
