человечишка! — согласился Молчан. — Но с воровством за руку его никто не поймал, а другого Лекаря в городище нет.
— Лучше бы и не было никакого — он никого не лечил, лишь делал вид, прикарманивая Силу.
— Тварь! — Желваки на лице воина заходили ходуном. — Если бы мог, удавил бы гада! Но с этой стороны до него не дотянуться…
— Не переживай на этот счет, старина, ты уже до него дотянулся!
— Как? — Опешил Молчан.
— Не хочу тебя расстраивать — но ты перегрыз ему шею до самого позвоночника! Ты теперь Живой Мертвец, дружище! И с этим, увы, ничего нельзя поделать!
[1] КВ — коньяк выдержанный, напиток крепостью порядка 40–42% и возрастом 6–7 лет.
[2] Харо́н в греческой мифологии— перевозчик душ умерших через реку Стикс (по другой версии — через Ахерон) в подземное царство мёртвых. Изображался мрачным старцем в рубище. Харон перевозит умерших по водам подземных рек, получая за это плату (навлон) в один обол (по погребальному обряду находящийся у покойников под языком). Он перевозит души только тех умерших, чьи кости обрели покой в могиле. Только золотая ветвь, сорванная в роще Персефоны, открывает живому человеку путь в царство смерти. Ни при каких условиях обратно не перевозит.
Глава 20
— Я был готов к любой неожиданности… — хрипло произнес Молчан. — Был готов умереть в неравном бою с какой-нибудь Тварью, прорвавшейся из-за Стены… Готов отправиться к Стриге, вытянув Кровавый Жребий… Но… чтобы так… — Он судорожно сглотнул. — Ведь живые Умруны лишены Посмертия… Я не хочу так окончить свои дни! — воскликнул кромешник. — Помоги, Гасан Хоттабыч! — взмолился он. — Убей меня, чужанин… и уничтожь мое тело в очищающем огне!
— А говоришь, что был готов к любой неожиданности? — Я криво усмехнулся, желая слегка задеть реально убитого горем мужика.
Мне нужно было его немного расшевелить. Пробудить в нем праведный гнев, здоровую злость и стремление к жизни. Пусть, даже и в таком необычном для него состоянии, как существование в теле Живого Мертвяка. Нормальной жизнью это, конечно, не назвать, но… Как говорил Рено Декарт — я мыслю, следовательно, я существую! А с моей помощью мысленный процесс Молчана был наново отлажен и находился в полном порядке. А пользу обществу можно приносить и в таком вот немножко неприглядном виде!
— Но, не к такому же… — Помрачнел еще больше Молчан. — Уничтожь мое тело! Прошу! Я не переживу, если сожру еще кого-нибудь из своих…
— Конечно не переживешь, — насмешливо фыркнул я, — ты уже мертв, Молчан!
— Ты понял, о чем я сказал, старик! — Вскипел мужик, вскочив с лавки и нависнув надо мной. — Уничтожь меня! Там… Сожги, разруби на куски, сделай же хоть что-нибудь! Я не хочу остаться в памяти соплеменников кровавой Тварью, подобной Стриге!
— А ты хочешь, чтобы о тебе вообще никто никогда не вспоминал? — Продолжал я расшатывать и без того нестабильную психику покойника. — Что был, что не был — все едино?
— Уж лучше так, чем Молчан — кровавый Упырь, либо Молчан — Живой Труп! — Мужик с громким хрустом суставов сжал свои пудовые кулачищи, воткнув их в столешницу, продолжая прожигать меня сверкающим взглядом.
Вообще-то никакого хруста, никаких кулачищев, да и никакой столешницы и в помине не было! Вообще ничего нет — все это иллюзия, искусно созданная Мозголом, то есть мной. А неплохо у меня получилось. Даже я в какой-то момент забылся, приняв Ментальное Пространство за настоящую реальность. А дедушка-то, оказывается крут! Дедушка растет и развивает свои Способности!
Если мне удастся еще и стабилизировать разум Молчана в его мертвом теле, то хоть диссертацию на эту тему пиши. А Кощея и Петровича — научными руководителями проекта под названием «Сохранение разума в восставшем мертвом теле». Я едва сумел сдержать рвущуюся «на волю» улыбку от этих безумных мыслей. Но надо держать покер-фейс перед потерявшим всякую надежду Молчаном, иначе совсем может мужик с нарезки слететь — вона, сколько на него всякого навалилось.
— У меня другое предложение, Молчан… — Произнес я, вновь разливая спиртное по бокалам. — Да ты присядь — в ногах правды нет!
Молчан еще некоторое время бешено повращал глазами, а после обессиленно рухнул на лавку. Я-то, конечно, его отлично понимал, самому через нечто подобное проходить приходилось, причем не единожды! Принять собственную смерь и окончание жизненного пути — не каждому спокойно удается. А зная о тех последствиях собственной смерти, о которых с моих слов было известно Молчану, так и не каждый перенести сможет. Он еще вполне себе держится! Будет из него толк! Вот чувствую — будет! Осталось его только уговорить.
— Какое предложение? — Глухо выдохнул он, схватив бокал с «горючкой» и залпом проглотив его содержимое.
Да он, похоже, и вкуса не почувствовал — словно стакан воды всадил. Ладно, похоже, что он уже дошел до нужной мне кондиции. Пора делать из него моего нового бойца. Ведь заварушка с восставшими Мертвецами намечается эпичная. И не факт, что я смогу их всех подчинить своему Кромешному Проклятию. Хотя, это был бы самый простой и бескровный вариант. Но ведь у меня же никогда по-простому не выходит — обязательно до кровавого пота и соплей вые…ться надо.
— Я не могу тебя оживить, Молчан, но могу вернуть тебя в твое собственное тело, — произнес я, отслеживая реакцию мужика. — И ты перестанешь быть безмозглым Зомби…
— А стану разумным Мертвяком? — Молчан горько рассмеялся, как будто я пошутил. — Да кому я такой нужен? От меня же будут точно так же шарахаться, как и от безмозглого Ходячего!
— Ни скажи, старичок, ни скажи… — Я поднял свой бокал и медленно принялся цедить ароматный, но крепкий напиток.
— Да какой в этом смысл, старик? — Продолжал сопротивляться моему предложению Молчан. — Я все-равно буду Проклятым изгоем, которого не потерпят нигде на Кромке… Да и на стене у Рубежников тоже… Да меня просто уничтожат, как мерзкую Тварь!
— А не этого ли ты только что хотел, мой друг? — Ехидно прищурил я один глаз. — Если тебе придется не по нраву существование Немертвого — всегда можно решить вопрос кардинально. Все будет именно в твоих руках — а не происходить исключительно по воле слепого Случая! Ты
