снова будешь в состоянии распоряжаться собственной судьбой! — Словно гребаный Змей-искуситель продолжал я расписывать будущие «плюшки» Молчану. — Не хочешь — так можешь, например, сам себе устроить огненную краду, взойти на костер и сгореть дотла. И, что самое приятное — никакой боли ты не почувствуешь! Ты уже мертв, паря! Правда, и многих прелестей жизни тебе уже не познать — мертвые, знаешь ли, не курят, мертвые не пьют и не едят…
— А если мне захочется отведать живой человечины? — Не унимался Молчан. — Горячей крови и трепыхающегося мясца?
— Обязательно захочется, — я решил ничего не скрывать от моего собеседника, — ведь это суть простейшего Некросоздания — пожирать живую человечину! Без этого его существование попросту невозможно! Ведь именно Прана живого существа, полученная через плоть и кровь дает Энергию для его псевдожизни. Тебе тоже будет очень хотеться вонзить зубы в своих живых соплеменников! Но я уверен, что у тебя найдется в достатке силы воли, чтобы противостоять этому желанию! А я помогу…
— Никак не пойму до сих пор, кто же ты такой, Гасан Хоттабович? — спросил Молчан. — Немощный старик, победивший в одиночку не только Лесную Ведьму, но самих Богов Порядка? Возвращающий тупым Зомби память о былых днях…
— С Живыми Мертвецами, допустим, все не так просто, — прервал я посыпавшиеся вопросы. — Тебе просто повезло, что я оказался рядом в нужный момент. Если бы прошло еще не так уж и много времени, я до тебя бы никогда уже не достучался — твое сознание растворилось бы без остатка.
— Так кто ты, старик? — требовательно произнес Молчан. — Покажи свое истинное лицо!
— Уверен, что хочешь это знать? — На самом деле такое требование играло скорее мне на руку — не нужно будет потом объяснять, отчего у меня такая уродливая рожа с зубами в три ряда, да когти на ногах покруче, чем у ископаемого пещерного медведя.
— Уверен! — вновь сжав кулаки, выдохнул Молчан. — Хотя, сдается, что лучше бы мне этого не знать никогда.
— Тогда смотри, — я мило улыбнулся, не мигая глядя в глаза мужика, — ты сам напросился.
Перейти в свою Кромешную Ипостась мне не составило никакого труда — ведь все вокруг лишь иллюзия — плод моего «больного» воображения, подкрепленный Даром Мозголома. Мне нужно было просто представить свою Темную Оболочку, чтобы она сменила мой человеческий образ, сидящий за иллюзорным столом напротив Молчана.
Каким бы воздержанным и невозмутимым при жизни и не был суровый воин Молчан, сдержать изумленный возглас после моей трансформации в Кромешное состояние он не сумел. Инстинктивно дернувшись назад от ухмыляющейся и распахнутой зубастой пасти, он едва с лавки не сверзился. Ну, да, понимаю — совсем не красавчик, итить её ети!
— Пресветлые Боги! — воскликнул Молчан, осеняя себя каким-то характерным молитвенным жестом, подобным крестному знамению в христианстве, который я уже здесь неоднократно видел. — Ты — один из Повелителей Хаоса, каким-то образом преодолевший Стену и проникший на наши земли! Прав был Нечай на твой счет — ты нас всех погубил! Изыди, Тварь Проклятая! — взревел он, пытаясь откинуть в сторону стол, разделяющий нас и броситься в «смертельную» схватку.
Похоже, что я для него как Сатана для верующего в моем мире, или один из его приспешников. Тогда сложновато мне придется — закостеневшее в своих табу и догмах сознание Молчана будет весьма непросто «переформатировать». Но, мы не ищем легких путей.
Я спокойно смотрел, как Молчан безуспешно борется с легким столиком, пытаясь отбросить его в сторону, но у него ничего не выходит. А как иначе? Ведь весь окружающий мир — это игра лишь моего сознания, воплощенное с помощью моего Дара Мозголома. И все законы этого мира, как, впрочем, и все остальное — установлены мной. Здесь я — царь и бог, и Молчану с этим, увы, не справиться.
— Не надоело еще возиться? — поинтересовался я через несколько минут безуспешной схватки.
— Я все-равно не поддамся на твои уговоры, Хаосит! — злобно сверкнув глазами, заявил Молчан, оставив наконец свое бесполезное занятие.
— Мне вот интересно, а почему ты считаешь именно меня, освободившего всех вас от гнета Лесной Ведьмы, злобной и проклятой Тварью? — спросил я, вернув себе привычный человеческий облик. — Вы столько лет кормили своими близкими эту ненасытную и настоящую Тварь, а потом во всех своих бедах решили обвинить меня?
— Она забирала лишь малую часть! А остальные могли спокойно жить, не опасаясь, что пройденный день может оказаться последним в их жизни! — Словно баран повторял он уже неоднократно слышанные мною доводы.
— Мне понятна ваша позиция… — Я скривил губы в презрительной усмешке. — Жить в тихом и затхлом болоте с постоянной надеждой, что тебя непременно пронесет, и Кровавый жребий выпадет кому-то другому, несомненно легче, чем бороться за свою жизнь и жизнь родных и соплеменников, которых ты так высоко ценишь. Дерьмо ваша позиция! Вы — племя малодушных трусов и рабов, которых столетиями выращивали на убой!
— Не смей так говорить, старик! — Вновь взвился Молчан, вскочив с лавки.
— Нет, дружище, это ты послушай! — Не дал я ему разгуляться, придавив Силой его широкие плечи и заставив вернуться на место. — Ты хоть знаешь, как Лесная Ведьма обходилась со своими жертвами? На какие муки вы обрекали тех несчастных, которым не повезло, и они вытянули ваш справедливый Жребий? Рассказать, как она тянула жилы из живых бедолаг, заставляя их мучиться и страдать днями и неделями напролет? Поведать о бесчеловечных пытках, которые практиковала Стрига, чтобы повысить выход такой сладкой и питательной Энергии Боли и Страданий, что для нее слаще медовых пряников? Так кто из нас большая Тварь? Я, или, может быть, все вы? Впрочем, я это уже говорил, и ты, вроде бы, внял моим доводам… Что произошло, Молчан? Что изменилось?
— Я тогда не знал, кто ты есть на самом деле! — с надрывом произнес воин. — Не знал, что ты приспешник Хаоса — один из его верных апологетов!
— А какая, к е…ням собачьим, разница? — Я пытался заставить работать его погрязшие в невежестве мозги. — Хаосит я, или сторонник Порядка? Думаешь, что мир просто делится на Черное и Белое? На Хаос и Порядок? На Свет и Тьму? Как бы не так, дружище, как бы не так! Возьмем тех
