Глупая и дерзкая девчонка! Насколько он мог судить, у нее вряд ли было много других предложений. Он повернулся и холодно взглянул на Джейн, когда та присела на краешек софы рядом с Эмили. Желтое платье соблазнительно облегало ее фигуру, туго обтягивая грудь. Алебастровая кожа тончайшего розового оттенка виднелась в глубоком вырезе, притягивая его взор. Он заставил себя отвести взгляд от груди и посмотрел на голубые глаза с густыми ресницами. Ее каштановые волосы были перехвачены лентой из кремовых кружев. Один локон кокетливо упал на классически очерченное плечо. Хейден прислонился к стене, скрестив руки на груди и с любопытством наблюдая, как она заботливо склонилась над грустной Эмили.
– Я слышала, что Амелия такая милашка, – сказала Адель, обращаясь к Эмили. Тон ее в лучшем случае можно было назвать покровительственным. – Да, только прошлым вечером Тоулленд говорил мне…
– Прошлым вечером?
– Да, прошлым вечером. Я имела удовольствие встретить его в деревне прошлым вечером, не так ли? – Адель жеманничала, соблазняюще улыбаясь Тоулленду.
– Это правда, – коротко ответил тот. – Неожиданная встреча, разумеется.
– Конечно, – пробормотала Адель. Лицо Эмили побледнело.
Все в комнате явно испытывали неловкость.
«Что, черт побери, делает здесь эта Адель?» – Тоулленд рассказывал о том, какая его жена душка. Конечно, это большое разочарование, что у нее не родился сын, но…
– Леди Адель, могу я поговорить с вами наедине? – В несколько шагов Хейден пересек комнату.
На лице у Адели замерла довольная улыбка, когда он взял ее за руку. Хейдена от этого просто затошнило. В каменном молчании они прошли через, комнату, приковывая взгляды всех присутствующих. Хейден весь кипел, с трудом сдерживая гаев, который готов был вот-вот вырваться, прежде чем они достигнут укромного уголка.
Как только дверь за ними захлопнулась, Хейден еще сильнее сжал руку Адели, практически втащив ее в первую попавшуюся на пути комнату. Это оказалась библиотека Тоулленда.
– О! – вскричала Адель, вырывая руку. – Мне больно, Хейден.
– Зачем, черт побери, вы это делаете? – резко спросил он.
– Не понимаю, о чем вы?
– Вам прекрасно известно, о чем я говорю. Послушайте меня, Адель, внимательно. Я хочу, чтобы вы, вернувшись в комнату, принесли свои извинения миссис Тоулленд и немедленно удалились. Придумайте какой-нибудь предлог. Меня не интересует, что вы придумаете. Но я хочу, чтобы через полчаса вас не было в этом доме, вы поняли? И если я в будущем увижу вас в компании миссис Тоулленд, я…
– Что вы сделаете, Хейден? Причините мне увечье? Запятнаете мою репутацию? Но вы уже сделали это. Ваши праздные угрозы не пугают меня, но я все же обещаю держаться в стороне от вашей драгоценной миссис Тоулленд, если вы признаетесь, что ревнуете. – Она взяла графа за рукав. – Признайтесь, Хейден, вы тоскуете, что меня нет в ваших объятиях, в вашей постели? Я сделаю для вас все, что вы ни попросите. Неужели вы не видите этого? Вы никогда не найдете другой женщины, которая отдалась бы вам с такой радостью! Никто не заставлял вашу кровь так бешено бежать в жилах, как я. Я знаю, вы никогда не забудете ту ночь в вашей карете, когда я широко расставила ноги и оседлала вас, словно…
– Вы ошибаетесь, Адель. Я давно позабыл все. Воспоминание о вас легко было стереть из памяти.
Это была правда, так как не потребовалось большого усилия, чтобы забыть их непродуманную интрижку. Ему не хотелось вспоминать о своем неверном суждении о ней.
– Вы хотите сказать, что другая женщина… что вы… – запинаясь, произнесла Адель.
Хейден промолчал. Да, какая-то другая воспламенила в нем кровь гораздо сильнее, чем это когда-то удавалось Адели. У него в уме сразу вспыхнул образ Джейн, когда она руками перебирала его волосы, притягивая его голову к своей. Вспомнил он и ее теплые медовые уста, такие мягкие, приглашающие.
– Нет, я не верю. Вы хотите меня, – настаивала Адель, видимо, неправильно поняв страстный блеск в его глазах. Она приблизилась к нему, как кошка, выслеживающая добычу, и обхватила его за шею руками, словно лапами со втянутыми коготками. Хейден даже не успел опомниться, как ее жесткий, требовательный рот прижался к нему.
В этот момент распахнувшаяся дверь библиотеки с громким стуком ударилась о стену.
Хейден грубо оттолкнул Адель. Он был поражен, увидев в дверях Джейн. С расширенными от удивления глазами одной рукой она прикрывала рот.
– О, мисс Роузмур, – сладким голосом произнесла Адель, – Вы пришли посмотреть, куда чувственный лорд Уэстфилд потащил меня? Уверяю, не произошло ничего особенного. – Она победоносно улыбнулась.
– Моя… моя шаль, – запинаясь, пояснила Джейн, указывая на что-то кружевное, висящее на спинке кресла.
Хейден подошел к креслу, поднял шаль, вдыхая тонкий пряный аромат, исходящий из ее складок, и протянул ее Джейн. Та схватила ее так, словно боялась случайно коснуться его руки. Словно он был прокаженным. Или чудовищем.
– Это не то, что выдумаете, мисс Роузмур, – вырвалось у него. Он сам удивился своим словам, так как не обязан был давать ей объяснения.
Девушка встретилась с ним взглядом. Ее глаза в этот момент напоминали сапфировые грозовые облака, губы слегка приоткрылись. Он мог слышать ее частое дыхание, мог чувствовать жар, исходящий от ее щек даже на расстоянии. Не говоря ни слова, она повернулась на каблуках и выбежала из комнаты.
– Джейн! – крикнул граф вслед. – Мисс Роузмур, – тут же поправился он, но дверь с треском захлопнулась.
У Хейдена застыла кровь в жилах. Адель откинула голову и рассмеялась.
– Плохи твои дела, Хейден. Право, плохи. – Он не мог не согласиться.
Джейн спрятала лицо за картами, которые держала в руке. Она опасалась, что румянец на щеках выдаст ее чувства. И сколько она ни пыталась, никак не могла стереть из памяти образ лорда Уэстфилда и леди Адель в страстных объятиях друг друга. Почему из всех комнат для их короткого свидания они выбрали именно ту, где она оставила свою шаль? Она понимала, что увиденное не должно ее беспокоить. Ведь ее не должны касаться амурные дела лорда Уэстфилда. И все же она чувствовала себя немного… оскорбленной. Не прошло и нескольких недель с того момента, как он сделал ей предложение. Что он за человек? Не было ли это своего рода игрой, когда он забавлялся с одной женщиной, затем быстро переносил свое внимание на другую? Была ли леди Адель его любовницей? В ту ночь, когда состоялся бал, она обращалась к нему по имени. Неужели они раньше не могли охладить свою страсть и провести вечер в приятной компании, не предаваясь любовной возне?
Подумать только! Она поверила, что он вытащил леди Адель из гостиной из галантности по отношению к Эмили, думала, задаст той хорошую головомойку.
