Затем Петр чуток подумал, и добавил несколько деталей про обычаи, быт и мнение допрашиваемого непосредственно о вершине Прозрения. Все они сводились уже к тому, что и так пересказал чуть раньше отшельник.
Ничего нового к общему объему информации, не добавил и отчет Даны. Разве что лишь уверенность, что по следам палача и его подручных милиционеров, или как она высказал мягче «дружинников», никто не идет, о цели их последних маршрутов ничего не известно и неожиданных мстителей или озлобленных карателей можно было не опасаться. Ставленник жреца Бурулкана действовал в своих поисках полностью самостоятельно и ни перед кем пока не отчитался.
Раненый в обе ноги милиционер-дружинник вроде должен выжить, но про сохранение его жизни женщина высказалась отрицательно:
- Полное отребье! Да еще и мешаться мог под ногами: корми его, пои… Помер.
Поэтому Василий, оглянувшись и присмотревшись вначале к кровати, стал подводить итоги:
- Дело не просто усложняется, но скорей всего меняется. Теперь мы к черному монолиту не пойдем, а останемся здесь до тех пор, пока Торговец не придет в себя. Ему придется повторить и уточнить свое прежнее задание, но самое главное - это доказать нам свои прежние возможности в помощи и содействии. Если окажется, что он не способен оставаться в роли нашего работодателя, иначе говоря «божества», или он вдруг умрет от ран на его теле, то мы сразу уходим обратно к перешейку. Прорываемся на другой континент и начинаем новую жизнь. Потому что уж тогда точно нас никто и никогда не вернет на Землю.
- Так никто туда и не спешит, - буркнула Сильва.
- Особенно когда в теле столько чипов разных напихано, - добавила Дана.
- Я так понял, возражений нет? - Василий посмотрел на молчащих Курта и Петра.
- Возражения может и есть, - немец ожесточенно почесал свою макушку. - Потому как есть у меня парочка очень кровных долгов на матушке Земле…
- О-о-о! - затянул самый молодой воин. - Чего захотел! Если у меня их много, то я себе представляю, сколько там у тебя по жизни козлов встретилось. Мне кажется Васек прав: на новом месте - новая жизнь. Думаю это - самое лучшее.
- Значит с этим решили, - при этом старший группы несколько раздраженно глянул на товарища: - И сколько раз тебе говорить, я тебе не «Васек»! Понял?
- Конечно, дядя Вася! - покладисто согласился парень. - Только и ты тогда ко мне с уважением обращайся, особенно за столом. Петр Романович - звучит солидно. А?
- Напрашиваешься, Гетр Гоблиманович? - передразнил Василий. - Может тебя еще и с ложечки покормить?
Оба были сыты и подобная перебранка могла продолжаться до бесконечности. Зато Сильва мечтала как можно скорей завалиться и выспаться в тепле и относительной безопасности, поэтому вмешалась несколько резковато:
- Вы оба напоминаете персонажей известных анекдотов про Петьку и Василия Ивановича. Такие же и хитрожопые и бестолковые одновременно. Только отчества переправить осталось.
- Точно! - оживился Петруха. - Только у нас Данки пулеметчицы не хватает. Пойдешь к нам в анекдот жить?
- И она никуда не пойдет, и я сейчас усну! - пригрозила Дана, сердито оглядывая мужчин своими черными глазищами, - Кто первый дежурит и что потом?
- А что там в подсобках?
- Сразу девять комнат разных размеров. В одной родничок, утекает в отнорок с тупичком. Там устроен санузел. Воды хватает, можно будет нагреть и завтра помыться наконец-то. Почти везде отводы местного газа, причем не только для освещения, но и для освещения. Барахла полно всякого, но скорей всего, ни к чему не пригодного.
- Однако! И это вроде бы как не самая лучшая пещера? Солидно они тут живут, - Василий взглянул на медленно пережевывающего мясо отшельника, - Ладно, сейчас ложимся спать все одновременно. Курт - возле той стены, у стопора, но вначале поставишь сигнальное дополнение к «звонку» снаружи. Я - возле стола. Остальные - кто, где хочет.
Сильвия, не глядя на хозяина пещеры, высказала здравое подозрение:
- А его как изолировать? Вдруг он нас сонными порежет?
- Вроде как не должен проявить подобную благодарность, да и сонными нас резать - дело вредное для собственного здоровья. А по поводу перестраховки, сейчас что-нибудь придумаем. Но учтите, через шесть часов подъем, усиленный завтрак и перед самым рассветом вы трое, - указал пальцем на Петра, Сильву и Курта, - хватаете на себя по одному трупу и тащите их в горы. Где сбросить бесследно, сами отыщите. А потом вернетесь к тем гигантским скалам, возле которых мы вчера утром проходили. Постарайтесь аккуратно подстрелить парочку местных архаров. И что б они вниз к вам упали. А как стемнеет - вернетесь с мясом.
Все только кивнули с полным одобрением такого плана. В пещере скопилась масса сухофруктов, хватало круп, зерна и даже муки для лепешек, но для более длительного проживания такого количества прожорливых ртов, этого запаса не хватит и на несколько дней. Поэтому запастись мясом, в самом деле выглядело наилучшим выходом их положения. Они еще вчера заметили перед приближением к тракту небольшие группы местных горных козлов, весьма напоминающих земных архаров. Козлы обитали и гордо возвышались в местах совершенно недоступных для местных охотников, да и не было никого из оных вдоль тракта, где запрещалось находиться с металлическим оружием. Но «третьей» не предоставит труда подстрелить дичь с дальней дистанции. Тем самым обогащая свой рацион так необходимым протеином, жиром и прочими в их положении полезностями.
Коротко обсудили проблему по поводу доверия продолжающему «тормозить» отшельнику, и в итоге разрешили тому почивать в его отдельной келье. Присматривать за ним следовало Дане, которой дали место рядом, прямо в проходе и пообещали возможность отоспаться в дневное время. Почти каждый заглянул в хозяйскую келью, довольно просторную как для такого определения, и где оказалась наибольшая куча вполне еще целых и пригодных одеял. Причем встречались одеяла невероятно высокого качества, шерстяные, да еще и с красивой отделкой.
- Откуда столько? - поразились земляне.
- Каждый магирик, идущий обратно от монолита, - Деймонд отвечал с готовностью, но не пытаясь скрыть валящую его с ног усталость, - Просто обязан захватить хоть часть одежды или багажа тех, кого монолит убил своими молниями. И под страхом священной кары оставить эту ношу в любой пещере с отшельником. Вот за века и скапливается…
- Ага! Значит, когда отшельник заканчивает святое служение, он может забрать все эти вещи с собой?
- Конечно. Для этого он заказывает со стороны ворот пару повозок, а то и десяток, и с нажитым добром отправляется куда ему вздумается. Или в случае особой святости, раздает накопленное добро тем, кто в этом нуждается по пути к монолиту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
