События торопили меня.Марк легко дал телефон Омара, что не в его пользу. Долго так продолжаться не могло, а допускать сбой я не мог позволить. Я еще не прошелся по городу, чтобы в разговоре с Омаром хотя бы упомянуть о местах, где мог быть расположен магазин, который открывать не собирался. Город я знал, но для достоверности надо было походить. Можно и не бывать городе, чтобы знать его лучше проживающих в нем. Я изучал улицы, площади, по картам, фотографиям, что меня снабдили перед отъездом. Все это я держал в голове.
К обговоренному времени я уже был одет подобающим образом для встречи с Ингой. Зазвонил телефон и администратор сообщил, что меня ожидают.
10
Спустившись в холл, я увидел Ингу, сидящую в кресле и листающую какой-то журнал. При моем приближении, заслышав шаги, она подняла голову и, отложив журнал, поднялась. Я бросил взгляд на ее фигуру, которую скрывали белая блузка, свободная бежевая юбка чуть выше колен. На плече у нее висела небольших размеров сумка. Туфли на высоком каблуке делали ее выше и стройнее, поэтому, когда мы стояли напротив друг друга, наши глаза были на одном уровне.
– Вы бы позвонили, когда выезжали, тогда бы я ждал вас в холле, а не вы меня. Мне даже неудобно, что меня ждет женщина, – сказал я вместо приветствия.
– Это что у вас впервые такая ситуация? – улыбнулась она. – Как вам мой внешний вид? Вы пока шли, оценивали меня, не так ли?
– Вам нечего за него беспокоиться. Если бы я не знал кто вы по профессии, никогда бы не догадался.
– Искусство обмана в этом случае полезно.
– Разве обман может быть полезен?
– А мы будем разговаривать здесь? – ответила она вопросом.
– Мне точно этого не хотелось бы. Я здесь всего несколько дней и города еще не видел. Рассчитываю на вашу помощь.
– Что предпочитаете: тишину или, где побольшенарода?
– Полагаюсь на ваш вкус, но буду не против, если мы пройдемся по улицам, в общем, там, где ходят туристы, а потом ужинать.
Инга направилась к выходу. Она принадлежала к тем женщинам, которые спокойно относятся к вниманию мужчин, вернее привычно. Идя к выходу, она точно знала, что я иду следом и не оборачивалась. Выйдя из отеля и сев в машину, мы плавно отъехали.
– Изменился стиль вождения? – спросил я, памятуя, как мы отъезжали от дома Омара.
– Изменилось время и обстановка. Я сейчас не на работе.
– Это радует. А может быть, надо было пройтись пешком?
– Ну, уж нет, – я видел, повернув к ней голову, как ее брови чуть изогнулись. – Здесь кругом пустыня и песчаная пыль быстро покроет обувь, да и не приято здесь ходить пешком.
– Так у нас автомобильная экскурсия, – вырвалось у меня.
– В том числе. А вы что против автомобилей? Любите пешком?
– Все зависит где, когда и с кем.
– Банальный ответ.
– А вы думаете легко быть оригинальным?
– Оригинальность штучный товар.
Мы ехали в южную часть города в сторону аэропорта и вскоре выехали на набережную Корниш. Солнце уже почти село, темнеет здесь рано. Его последние лучи касались волн залива. Жара спадала и в вместе с ее уходом на улицах появились гуляющие.
– А что так мало туристов? – поинтересовался я.
– Границы открыты для туризма совсем недавно. Сами видите город еще строиться. В этом городе вместе с пригородом живет восемьдесят процентов населения страны. Так что город – страна.
– Это как в Сант – Мишеле. Город – крепость. Там только пешком по единственной улочке. Будете во Франции, рекомендую.
– Учту.
Она остановила машину: – Приехали, дальше, как и хотели пешком. Эта набережная, как подкова, огибает залив и тянется на восемь километров.
– Что все их и пойдем?
– Я нет, надеюсь, вы тоже.
Мы шли по набережной ставшей излюбленным местом немногочисленных туристов. Облака кальяна обволакивали нас на всем протяжении прогулки. Инга подошла к трехэтажному зданию.
– Это кафе «Тажин», здесь можно выпить верблюжьего молока. Пили?
– Нет, – солгал я. Мне даже надоело всех обманывать, словно я впервые в арабской стране. Хотя вся моя жизнь основана, если не на обмане, так на сокрытии информации о себе.
– Тогда зайдем.
– Согласен, надо пробовать все. Во Франции устриц и лягушек.
– Ну, уж нет! – воскликнула Инга. – Это вы оставьте себе.
– И напрасно, будете иметь свое мнение.
– Я его уже имею, и не хочу этого блюда.
Мы поднялись на второй этаж, выпили молока, и она предложила подняться выше, пояснив: – Своей яркой традиционной кухни, как таковой, в Катаре нет. На третьем этаже неплохая марокканская кухня.
Заказав мясо, зелень и мятный чай, по рекомендации Инги, я обратил внимание на море. Солнце уже зашло, и линия горизонта утонула в темноте, и где-то там сливались море и небо.
– Жаль, что солнце зашло, красиво, когда линия горизонта на закате тихо тает, – поделился я.
– Любите природу?
– Она успокаивает. Не часто есть возможность отдохнуть и потому радуюсь каждой такой возможности.
– Видимо у вас напряженная жизнь, – и помолчав, спросила. – Что вас привело сюда?
Я повернулся к ней и, посмотрев в ее глаза, которые за счет слабого освещения стали еще темнее тихо ответил:
– Безумие, – а видя ее изумленный взгляд, пояснил. – А что еще может привести сюда. Здесь я осматриваюсь на предмет бизнеса и понимаю в глубине, что этого не надо делать здесь. Ищу, наверное, приключения вдали от дома.
– Не наигрались в детстве в войну или прочие игры мальчишек. Не можете расстаться с мечтой о приключениях, – улыбаясь, сказала она.
– Возможно.
– Тогда вам надо было заняться другим делом.
– Каким, например?
– Стать капитаном дальнего плавания или разведчиком.
– Интересно. Про капитана все ясно, а что на разведчиков где-то учат, и туда можно было поступить? Вы думаете, у меня получилось бы? И что здесь надо разведчику в этой маленькой стране, где вся страна-город.
– В каждой стране есть свои секреты
– Ну, да! А здесь узнать, есть ли нефть!
– Кроме экономики есть и политика, которая опирается на деньги, а деньги здесь есть, значит, прорежется и политика.
– Разумно, – мне пока было не понятно, с чего такая тема разговора, но было интересно
– А уж что касается разведки, то думаю, их не узнаешь просто так, они люди без особых примет, – продолжила она.
– Тогда я точно не подойду. Меня всегда запоминают.
– Да, вы обращаете на себя внимание.
– Чем же это?
Она пожала плечами: – Возможно, открытостью взгляда, прямотой суждений.
– Откуда вы можете знать о моих суждениях?
– Из прошлого короткого общения.
– Это я скрывал свою
