непроизвольно не облизываю губы, и приоткрываю рот. Он снова толкается, проникает медленно, подаваясь назад, и снова вперед. Снова вбираю его в рот насколько могу, задыхаясь, но каждый раз старательно вбирая глубже.
– Соси… не останавливайся… Блядь… Эрика…
Дальше следует поток жутко нецензурной брани, от которой в обычной жизни я бы, наверное, пришла в ужас. Многие из слов я слышу впервые… Но сейчас они каким-то диким образом только еще сильнее распаляют, придают смелости. И эта смелость нужна мне, потому что мышцы под моими пальцами каменеют, пальцы жестко фиксируют мой затылок. Давид начинает двигать бедрами, погружая член до самой стенки горла. Уже бесполезно пытаться отстраниться, кислорода все меньше, чувствую подступающую темноту, ощущаю, как член разбухает, становится еще горячее и больше, как безжалостно заявляет права на мой рот, не щадя, не давая передышки. На миг ослепляющая боль – пальцы сжимают мои волосы в кулак слишком сильно, а затем мой рот наполняется густой горячей жидкостью, вязкой, солоноватой на вкус. Пальцы Давида стискивают снова мой подбородок, Он вынимает член, но не дает мне открыть рот, тем самым заставляя проглотить свою сперму. Его взгляд, наблюдающий за мной – чернее ночи.
Как только он отнимает руку от моего лица, демонстративно ловлю струи воды, чтобы прополоскать рот. Давид усмехается. Тянет меня за подмышки, показывая, что пора подняться с колен. Он притягивает мое лицо к своему и набрасывает на губы жадным поцелуем. Отстраняюсь. Губы болят, саднят. Мне хочется одного – остаться одной. А лучше – сделать себе лоботомию, чтобы забыть обо всем, что сейчас происходило.
Глава 12
Давид
Когда красивая как ангел девушка смотрит на тебя как на монстра – это не слишком приятно. Хочется брезгливо поморщиться, и найти себе даму посговорчивее. Так и надо было сделать с самого начала, вместо того чтобы возиться с Эрикой Штольман.
Поиметь призрак из прошлого – так себе занятие. Если бы я ходил к психологу, он, скорее всего, наболтал мне кучу хрени про то что я хочу выебать не девушку, а свое гребаное прошлое, что привело меня в тюрягу. И, наверное, был бы прав…
Наверное, именно поэтому ставлю Эрику на колени, не откладывая, сразу, как вошла в мою квартиру. Вошла, тем самым давая понять, что принимает условия.
Сразу… Соси, сука…
Как любой нормальный мужик люблю загонять член бабе в горло, до самой стенки, по самые яйца… Вот только с Эрикой это выглядит… почти кощунством. Интересно, в чем причина. В том, что она встретилась мне еще ребенком? Сопливым подростком, неуклюжим, костлявым. И влюбленным. В меня. Наверное, это не такая уж редкость. Соперничество между сестрами, абсолютными противоположностями, зависть, желание уколоть…
Хотя Эрика не была похожа на завистливую сучку. Мне она всегда раненого лебедя напоминала. Впрочем, была, скорее, гадким утенком. И все же, достаточно было обладать хоть небольшой проницательностью, чтобы понять – эта девочка когда-нибудь станет удивительной красавицей.
Так и произошло. Хороша – глаз не оторвать. Совершенство. Стала моделью. Если красотка с обложки предложит вам себя – сможете отказаться? Если придет в ваш дом, готовая на все?
Но не стоило, блядь, ставить сразу на колени. Теперь, когда дело сделано, заднюю поздно включать, когда дрожит в моих объятиях, сам себе в рожу дать готов. Что наделал, сука?
Минутная слабость, оглушающее желание, и я потерял контроль. Эрика сосать совсем не умеет, но это еще больше снесло крышу. Делала так, словно это у нее впервые. Увы, знаю, что я у нее не первый. Да и какого хера, блядь? Ей давно не пятнадцать. Взрослая баба. Даже замуж собиралась. Не срослось что-то… Сбежала – вспоминаю досье Штольман. Нанятый частный детектив собрал сведения по всем членам этой семьи. На зоне жилось не сладко, но контроль я там смог сохранить. Над деньгами, над недвижимостью, над собственным процессом. Бесконечные апелляции. Взятки, поиск ресурсов, которые могут помочь. Связи с криминальным миром. Вечный закон: ты мне, я – тебе. Иногда даже рискуя жизнью. Порезали меня однажды знатно. Полгода был к аппаратам прикован. Думал не вылезу…
Пройдя через такое количество дерьма, думал, что стал слишком циничен, чтобы кому-то сочувствовать, кого-то жалеть. Это всего лишь член. Пусть даже малышка давится, пусть у нее текут слезы. Все под контролем. Я не задушу ее, не покалечу. Максимум, что будет – губы потрескаются. Может, колени сотрет…
Но цинизм не работает. В глубине души что-то тянет. Подобно варвару, разрушаю нечто очень хрупкое и бесконечно ценное.
Именно в этот момент приходит понимание, что дело ни хера не в дочери. Хотя я жажду сблизиться с единственным родным существом на этой планете. Дело даже не в мести, хотя не успокоюсь, пока не распутаю змеиный клубок, что однажды парализовал мою жизнь своим ядом.
Все до смешного проще и банальнее. Я хочу трахать Эрику Штольман. Хочу ебать ее тело до полного изнеможения…
Мне не нравится это открытие. Все должно было быть не так.
* * *
Эрику продолжает трясти мелкой дрожью, несмотря на мои поцелуи, объятия, на то что делаю воду горячее. Выключив душ, выхожу первым, беру большое черное полотенце, закутываю в него девушку, ну прямо, блядь, как ребенка. Морщусь от этой мысли.
Никогда не ловил себя на тяге к малолеткам. Скорее наоборот. По молодости меня тянуло к опытным женщинам, на десять-пятнадцать лет старше меня. Чтобы все умели. Потом случился роман с Марго Штольман. Она была девственницей. Красоткой. Жаждущей секса, экспериментов. Она с упоением бросалась в изучение всего нового. В Марго кипела жизнь и это не могло не привлекать. Я был увлечен настолько, что был уже готов жениться… И в то же время младшая сестренка моей невесты, поцелуй с ней… Что это, блядь, было? Совсем юная, без груди, худая, плоская щепка. Марго называла ее заморыш, терпеть не могла. Мне же всегда хотелось защитить девочку. Ничего большего в моей голове не возникало, я нормальный мужик, не извращенец. Но Эрика еще тогда влезла мне в душу. Может потому что выглядела всегда отчаянно одинокой. Напоминала этим меня… Того мальчика, которого я изо всех сил старался забыть.
Хотя никогда в жизни не был гребаным Суперменом. В смысле, даже поклонником подобных супергероев, даже в детстве. Мне нравились злодеи. Куда харизматичнее… И глубже прописанные персонажи. В тюрьме я много прочел книг. Разных. Лишний раз убедился, что герои скучны.
Так что, получается, я гребаный извращенец? Потому что хочу
