Со вздохом она остановила лошадь у дома мистера Таггерта и поняла, что скоро придется нанимать слуг. Сейчас, например, некому было помочь ей выйти из экипажа. Осматриваясь по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг никого нет, она подняла юбку почти до колен и спрыгнула вниз.
Слева от нее раздался слабый свист.
— Самое приятное зрелище за сегодняшний день, — сказал Кейн, выходя из-за угла дома. — Знаете, ноги у вас лучше, чем у одной танцовщицы из Нового Орлеана.
Хьюстон всеми силами старалась не покраснеть.
— Я привезла вам костюм. Если не будете медлить, то успеете подготовиться.
— Подготовиться к чему?
Она все еще не могла привыкнуть к нему без бороды. Этим утром его лицо покрывала легкая щетина, но она не могла испортить его великолепную внешность. Как удачно, подумала Хьюстон, согласиться выйти замуж за медведя, который потом превращается в красивого принца.
— К приему в два часа, — ответила она.
— А, это, — кивнул он через плечо, направившись к дому и оставив ее стоять одну.
— Да, это, — она подобрала юбки и вошла за ним в дом, а затем в его кабинет. — Я подумала, что можно выкроить минутку для пары уроков, просто чтобы вы чувствовали себя спокойней. И конечно, вам понадобится время, чтобы одеться.
Он остановился у своего письменного стола, взял листок бумаги.
— Мне, правда, очень жаль, но у меня нет времени. Слишком много работы. А вы поезжайте. Вы же уже одеты подобающе и вообще. Можете отвезти от меня цветы.
Хьюстон глубоко вздохнула:
— Возможно, мне стоит просто дать им денег от вашего имени.
Он удивленно посмотрел на нее поверх бумаг:
— А что, так можно? Это им подойдет?
— Нет, — спокойно ответила она. — Им — нет, но я уверена, что это подойдет вам. Таким образом вам не придется с ними встречаться.
— Вы что, хотите сказать, что я боюсь кучки разодетых, распивающих чаи снобов? Да я мог бы купить и продать…
Она взглянула на него так, что он осекся.
— Не поеду я, — сказал он упрямо и сел.
Она подошла к нему и встала рядом, подавляя желание положить руку ему на плечо.
— Ничего страшного не будет. Вы сталкивались только с худшими людьми города. А я бы хотела познакомить вас со своими друзьями, и обещаю, что никто из них не упадет в обморок при виде вас.
Он поднял на нее глаза:
— Ни одна леди не упадет в обморок, увидев меня без бороды?
Улыбнувшись, она отошла от него:
— Вы хотите, чтобы я сказала, что вы будете там самым красивым мужчиной?
Он попытался схватить ее за руку, но она успела отскочить.
— Давайте останемся здесь, — сказал он. — Мы найдем, чем заняться. Мне нравится это платье.
— Ну уж нет, мистер Таггерт, — рассмеялась она и подумала про себя, можно ли было затянуть корсет еще на полсантиметра туже. — Я не позволю соблазнить себя… что бы там ни было у вас в голове. Вам пора одеваться к приему, — она пятилась, пока не уперлась спиной в стену.
Кейн вплотную приблизился к ней и уперся обеими руками в стену.
— Мы же друг друга и узнать-то как следует не успели, не так ли? Я хочу сказать, что прежде чем пожениться, люди должны проводить время наедине, я не прав?
Хьюстон проворно выскользнула из-под его руки.
— Мистер Таггерт, — твердо сказала она, — не заговаривайте мне зубы. Думаю, что вы просто боитесь идти, а если вы относитесь к тому типу людей, которых пугает общество, то я не уверена, что вы тот мужчина, за которого я хотела бы выйти замуж.
Рассерженно взглянув на нее, он вернулся к письменному столу.
— Подлости в вас черт знает сколько. Не боюсь я этого чертова приема.
— Тогда докажите мне это. Одевайтесь и поедем.
Она видела, что он борется сам с собой, и чуть не сказала, что остается с ним дома. «Держись, Хьюстон, — велела она себе самой, — для этого ты ему и нужна».
Он швырнул бумаги на стол.
— Я поеду, — сказал он с отвращением. — И надеюсь, вы не пожалеете об этом.
Он с шумом вышел из кабинета.
— Я тоже на это надеюсь, — вздохнула она, побежав за костюмом, который все еще лежал в экипаже.
Пока Кейн одевался, Хьюстон размышляла, куда она поставит мебель, в беспорядке разбросанную по дому. После полутора часов она заподозрила, что Кейн сбежал через окно на втором этаже, но тут он появился на пороге — в темном сюртуке, белой льняной рубашке и голубовато-серых брюках, держа в руках белый галстук.
— Я не знаю, как его завязывать.
Секунду Хьюстон не могла двинуться с места. Хорошо сшитый костюм подчеркивал невероятную разницу между широкими плечами и узкой талией, а темная ткань очень выгодно гармонировала с его бровями и волосами. С гордостью она представила, как появится с ним на приеме рука об руку. Может быть, в глубине души она и хотела продемонстрировать всему городу, что в состоянии заполучить другого мужчину. И конечно, ей мог бы попасться кто-нибудь в сто раз хуже Кейна. Это уж точно.
— Вы знаете, как его завязывают? — настаивал он.
— Да, конечно, — сказала она, приходя в себя. — Сядьте, чтобы я могла достать до вашей шеи.
Он опустился на маленький позолоченный стульчик так, как будто был заключенным.
Завязывая галстук, Хьюстон проинструктировала Кейна.
— Прием устраивается в доме моей подруги Тайи Мэнкин. В саду будут стоять столы с едой и напитками. Все, что вам нужно делать, это прогуливаться вокруг и разговаривать с людьми. Я буду находиться рядом столько, сколько смогу.
Кейн ничего не ответил.
Завязав галстук, Хьюстон взглянула Кейну в глаза. Неужели это был тот самый человек, о чью голову она разбила кувшин?
— Это ненадолго. Потом мы вернемся сюда и поужинаем.
Неожиданно он крепко обнял ее и поцеловал — так, как будто хотел, чтобы она поделилась с ним своим мужеством. В следующую секунду он уже стоял рядом с ней.
— Давайте покончим с этим побыстрее, — сказал он и пошел к двери.
Хьюстон стояла как громом пораженная. Те несколько поцелуев, которыми они обменялись, для него, казалось, ничего не значили, тогда как она после каждого из них с трудом приходила в себя.
— Вы идете? — нетерпеливо спросил он у двери.
— Да, конечно, — ответила она, почувствовав себя ожившей.
По дороге к дому Тайи, Хьюстон дала Кейну некоторые наставления.
— Если мы хотим, чтобы люди поверили в нашу помолвку, вам, наверное, следует быть ко мне внимательным, — осторожно сказала она. — Стойте рядом со мной, берите под руку, ну и так далее. И, пожалуйста, помогите мне выйти из экипажа.
Он кивнул, не поворачивая к ней головы.
— И улыбайтесь, — попросила она. — Женитьба не такая противная штука.
