на него, живя здесь?
Я усмехнулась собственным мыслям. Желание сменить место жительства обусловлено обычным страхом. Который гонит всё дальше и дальше. И я бы побежала, будь у меня такая возможность.
— Мама, там староста пришёл, — сообщил Кит, заходя в дом. — Сказал, тебя позвать.
— Не вовремя, — я нахмурилась.
— Почему? — любопытный мальчишка смотрел на меня с недоумением. — Ты не хочешь говорить, что спасла того человека?
— Не хотелось бы, — я поморщилась, понимая, как к этому отнесутся жители деревни.
Своя шкура всегда дороже, и деревенские лучше сделают вид, что не заметили умирающего в лесу, чем притащат в деревню и попробуют лечить. Не потому что они настолько бессердечные, совсем нет. Инквизитор — существо опасное и любопытное. Даже самый маленький секрет он попытается вызнать. А секретов за поколение в одной маленькой деревушке может накопиться немало. Угадать, за какое именно нарушение придёт расплата от инквизитора — не понятно.
Проще бросить в лесу, желательно за границей деревни. Да, прибудет стража, начнут выяснять, но в целом им будет интересен только факт смерти, а не мелкие дрязги деревенских.
Сняв фартук, я поплелась на улицу. Что тебе надо, мой дорогой друг? Неужели, кто-то заметил, как мы везли тело?
— Здравствуй, — спокойно поздоровалась с мужчиной. — Что-то случилось?
— Проведать тебя. Заодно сказать, что тебе дрова сегодня привезут. Помнится, ты говорила, что они тебе нужны.
— Нужны, — вздохнула я. — И сено козе нужно.
Про лошадь я не стала говорить. И вообще, пока прямого вопроса не задаст, ничего про Кристиана не скажу.
Я искренне надеялась, что Адам сегодня просто уйдёт. А после, через недельку-две, Кристиан уедет, а никто о нём и не узнает.
Надеялась… И надежда умерла в тот же миг, стоило услышать из сарая жалобное ржание.
— У тебя есть лошадь? Ты же говорила…
— Не у меня, — качнула головой, перебивая. — У больного, который временно живёт в моём доме. Пока не выздоровеет.
— И кто он? Явно, не местный, иначе, я бы знал, — улыбнувшись, поинтересовался друг.
— Не местный, качнула головой, не зная, как сказать, что навлекла на деревню проблемы. Может, обойдётся?
— Астра, я понимаю, что не могу говорить тебе, кого приводить в дом, но пойми, пойдут слухи, от которых я тебя не смогу оградить. Закрыть рот нашим женщинам почти невозможно, а ты сама даёшь повод для судачества. Мужчина у незамужней женщины… Ты же знаешь…
— Знаю, всё знаю, — я на секунду прикрыла глаза. — Просто… Ладно, слушай, тебе это не понравится. В лесу я нашла мужчину, раненного. Если бы я ему не помогла, он бы погиб. А я не могу этого допустить.
— Ты уверена, что лечишь не опасного человека?
— Нет, я совершенно в этом не уверена. Это инквизитор, — сделав глубокий вдох, выпалила я. — Но я не могла поступить иначе.
— Что же. В одном ты права, поселить его к кому-то не следует. Астра, если он умрёт, сюда нагрянут ищейки, — Адам нервничал.
И я его понимала. Сложно найти хоть одну деревню, которая живёт по закону. Всегда есть мелкие нарушения. Но если будут искать, то…
— Он не должен умереть, — качнула головой. — Слушай, я травница. Не могу просто так взять, и бросить человека в беде.
— Ладно, что уж теперь, — Адам вздохнул и махнул рукой. — Тебе что-то надо? В том числе и для ухода за больным?
— Привези сена лошади. Козе хватит, а вот… — я махнула рукой в сторону сарая, откуда в очередной раз донеслось ржание.
— Хорошо. Но ты береги больного, вылечи. Иначе… Сама понимаешь.
Я понимала, и очень хорошо. Именно поэтому, вернувшись, домой, я попросила Кита никому не говорить о нашем госте. А вот с лошадью сложнее, животное не заставишь молчать.
И ещё одна сложность была в самом больном… Что он делал в наших краях? Что искал? Оставит ли он нашу деревню в покое, как только поправится?
Именно это я и решила спросить, когда заглянула в комнату больного с очередной порцией бульона.
Кристиан не спал. Увидев меня, усмехнулся.
— Я думал, что умру здесь от скуки, в ожидании.
— У меня нет ни времени, ни желания вас развлекать, — фыркнула я. — Поднимитесь, я поправлю подушку.
— И чем же деревенская травница так занята? Неужели, столько больных?
— Думаете, у меня нет других дел? — я даже опешила от такой наглости. — У меня ещё небольшое хозяйство и маленький ребенок. К тому же, сейчас самый сезон сбора трав. А я из-за вашего спасения сегодня толком ничего не собрала. Как прикажете лечить людей зимой?
— Прикажи пацанёнку принести мою сумку.
— Он не мой слуга. чтобы ему приказывать, — спокойно отозвалась, расставляя посуду с бульоном и хлебом на импровизированном подносе из доски.
— Женщина, сделай, как тебе говорят! — рявкнул герцог, а глаза его потемнели от ярости. — Иначе, я прикажу!
— Кит, милый, принеси сумку нашего больного, пожалуйста, — крикнула, надеясь, что сын меня услышал. И тут же повернулась к больному. — Довольны?
— Вполне, — кривая усмешка скользнула по губам. — Ты хочешь что-то спросить? Так спрашивай, пока я добрый.
— Вы сейчас добрый? — изумилась я. — Что же происходит, когда вы злой?
— Тебе лучше этого не знать, травница, — низким, с хрипотцой, голосом проговорил Кристиан. — Так что же ты хочешь спросить?
— Зачем вы здесь? Что ищите?
— Переживаешь, что найду что-то незаконное у тебя? Или… — Кристиан прищурился, внимательно разглядывая меня. По спине пробежал холодок. — Что-то ты скрываешь, травница. Знаешь, почему приезд инквизитора в деревню или город всегда вызывает волну страха?
— Потому что ваш приезд означает кару, — хмуро пробормотала я.
— Не всегда, инквизиторы иногда и щадят. Но волна страха возникает, потому что инквизиторы любопытны. И если от них скрывать какой-то секрет, то инквизитор обязательно его раскопает. Иногда деревенские старухи боятся, что я казню их, потому что они украли у соседки курицу.
— И вы казните? — мой голос сел и стал еле слышен, руки похолодели, а ложка в моих руках дрожала. Я не смотрела на инквизитора. Я знала, что вижу в его взгляде свою погибель. Свою и Кита. Даже если он пощадит мальчишку, ему
