до нужного мне дома, я постучал в дверь.
– Кто там? – послышалось из-за двери.
– Клод.
Только я успел представиться, как дверь распахнулась и при свете свечи я увидел радостное лицо Фурне. Бретонец действительно обрадовался мне, увидев меня живым и невредимым. Закрыв за мной дверь, он посадил меня за стол и, налив вина, принялся выспрашивать подробности моего приключения. Когда я закончил говорить, он неожиданно повинился:
– Извините меня, сударь. Я ничего не мог сделать. Если бы вмешался…
– Твоей вины здесь нет, Пьер, – оборвал я его. – Это чистая случайность. Кто ж знал, что именно здесь мне придется столкнуться с моим старым приятелем?
– Что я могу тут сказать, сударь. Знаете, я сейчас окончательно поверил, что у нас все получится! Вы сумели убить четверых, вместе с Жаном Виселицей. Он все время хвастался, что у него теперь две жизни, раз он тогда сумел уйти от виселицы. Ха! Теперь его в аду черти на сковороде жарят. Как и его подручных, этих отъявленных мерзавцев. Один Дубина чего стоил. Мне доводилось слышать, что своей дубинкой он искалечил не менее полдюжины людей. Знаете, сколько среди наших было желающих с ним поквитаться… Много! Его не раз пытались убить… А вы – раз! – и отправили его в ад.
– Слушай, Пьер, зови меня просто по имени. Мы с тобой одно дело делаем.
– Хорошо, су… Клод. Значит, ты действительно из наших, а я вот сразу тебе не поверил.
– Из ваших. Доволен?
– Я так и знал. Есть в тебе что-то…
– Помалкивай об этом.
– Клянусь всеми святыми, о тебе никому ни слова не сказал. А насчет вчерашнего… Не обессудь, Клод, но уже сегодня все будут знать, что ты шайку Виселицы в ад отправил. И еще. Знай, вопросов к тебе никаких от нашей братвы не будет, так как Виселица вчера сам признал, что это ваши старые разборки. Никаких…
– Хватит об этом, – оборвал я бывшего уголовника. – Так узнал ты по нашему делу что-нибудь или нет?
– Толком ничего, одни слухи. Правда, кое-кто припомнил, что одна шайка еще в самом начале пыталась прибрать «Дом изысканных удовольствий» к своим рукам. Вот только вскоре их изуродованные трупы нашли на окраине, и тогда всем стало понятно, что это было предупреждение и к ним лучше не лезть.
– Как попасть в это заведение?
– Очень непросто. Или тебя проводит внутрь член этого заведения, который заверяет своим именем, что ты тот человек, за которого себя выдаешь, либо ты предъявляешь специальное разрешение, подписанное хозяином этого заведения. Я бы подделал его за пару часов, вот только где его взять?
– Ладно. Тебе скоро идти на службу, а мне надо выспаться. Не против, если я у тебя переночую?
– Ложись. Места хватит.
Я не слышал ни боя колоколов, ни городского шума, как не заметил бы ухода Пьера на работу, если бы тот не поднял меня и не заставил закрыть за ним дверь. Проснулся я уже ближе к полудню. Привел себя в порядок, после чего достал из-под кровати мешочек с серебряными монетами и кошелек с золотом. Серебро меня не интересовало. Достал несколько монет, окинул взглядом, затем бросил их обратно, а вот золото мне в руках еще не приходилось держать. Взяв второй кошель, я вытряхнул половину содержимого на стол, после чего стал с интересом рассматривать монеты. Где-то на дюжине из них был выгравирован всадник, скорее всего, король, сидящий на богато украшенном коне, держа в руке обнаженный меч, но на большей части золотых монет был изображен пеший король, но тоже с мечом в руке. Ценность такой монеты, как я потом узнал, была установлена как равная одному турскому ливру, главной французской валюте того времени. Среди них было еще полтора десятка золотых монет иностранного происхождения. Полюбовавшись выбитыми на них фигурами святых и профилей давно умерших королей, я неожиданно решил пересчитать все свое золото и вытряхнул остатки его содержимого на стол. Вместе с монетами, раскатившимися по столу, неожиданно выпал небольшой замшевый мешочек. Распустил завязки, тряхнул, и на стол с веселым звоном упало около десяти перстней с драгоценными камнями. Полюбовался, после чего сложил все обратно и отправил мешочек и кошелек на свое место, под кровать. Правда, предварительно я отсыпал себе полтора десятка серебряных монеток для собственных нужд, после чего вышел из дома и закрыл дверь.
Зайдя в ближайшую таверну, я заказал себе обед. Когда мне принесли тушеную утку в пряном соусе, я стал неторопливо есть, при этом обдумывая сложившуюся ситуацию. К сожалению, у меня было только предположение, что в городе орудует шайка, в которую входят казначеи, нотариус и бандиты, и лишь один факт – покушение на меня. «Дом изысканных удовольствий» оставался под вопросом, так как было непонятно, кому он на самом деле принадлежит. Если подвести итоги моей работы, то я оказался там, с чего начал. Это меня, честно говоря, раздражало, как и мое непонятное положение. Бурж – королевский город, где сидит наместник, поставленный королем следить за порядком, где собирают налоги королевские казначеи, пишут бумаги и ставят печати королевские нотариусы, где есть прево с городской стражей, отвечающий за закон и порядок. Даже если вы им всем не доверяете, то есть же список лиц, который был указан в письме. В чем дело стало? Пришлите сюда парочку дознавателей со всеми полномочиями, а в помощь им определите людей Тристана, королевского прево, которые поднаторели в расследованиях преступлений подобного рода, а палач здесь есть свой. Причем все это законно, так как кража денег из королевской казны – это преступление против короны. Так нет, они присылают меня, причем не давая мне никаких официальных полномочий и возможности работать с официальными властями.
«Вот как это понять? Может, это очередной экзамен на прочность? Или новая подстава со стороны Тристана? Черт, так я скоро параноиком стану. Хватит. Вместо того, чтобы задавать глупые вопросы, головой начинай работать».
Задавив в себе волевым усилием раздражение и ненужные мысли, я пришел к выводу, что без помощи помощника прево вряд ли смогу продвинуться в своем расследовании. Я уже знал, где он живет и где ужинает. Вот только застать его в одиночестве оказалось нелегко, так как он работал с делами в суде, где много народа, но все же сумев выбрать момент, когда тот останется один, я показал ему перстень и назвал пароль.
– Сударь, когда вы освободитесь? – спросил я его.
– Сегодня никак не могу. Я занят. У меня встреча.
Его ответ вызвал у меня недоумение. Прибыл королевский агент, расследующий
