– Ну, если вы так настаиваете, то обещаю.
Но уже в следующую секунду Дрейтон подумал: не поторопился ли он разбрасываться обещаниями? Ведь если он честно признается своей подопечной, чем ему хочется с ней наняться, ее чувства будут задеты весьма глубоко.
– И не нужно считать меня еще одной проблемой, – добавила Кэролайн. – Мне, конечно, предстоит многому научиться: и светским манерам, и прочему, – но я далеко не тупица и вполне способна усвоить все, что необходимо.
Да он и не сомневается в том, что она будет способной ученицей. И больше всего ему хотелось бы, чтобы она освоила. Дрейтон словно поперхнулся и поспешил сделать глубокий вдох. Нет, этот ужин определенно пора заканчивать. Натянув на лицо любезную улыбку, он насколько смог твердым голосом заявил:
– Я ни в малейшей степени не сомневаюсь в ваших умственных способностях… Так же, как и в том, что вы ослепите своим блеском всех и каждого, когда мы вернемся в Лондон к началу великосветского сезона.
Кэролайн смотрела на него в некотором ошеломлении. По-видимому, она была задета его внезапным переходом на сухой, формальный тон.
– Вас что-то беспокоит? – спросила она. – Только не лгите. Потому что я вижу такое намерение в ваших глазах.
– Я просто слишком много выпил, и в моей голове сейчас сплошной туман, – ответил Дрейтон и стал подниматься из-за стола, избегая встречаться с ней глазами.
– Да ничего подобного! – с досадой произнесла Кэролайн. Неужели он думает, что она настолько глупа, что не сможет заметить очевидного? Или настолько покладиста, что примет столь неубедительную отговорку? – Не далее как минуту назад вы обещали, что будете со мной откровенны.
– Существует грань, отделяющая откровенность от глупости, – отозвался Дрейтон, огибая стол. – Можете сколько угодно на меня сердиться, но я предпочитаю эту грань не переступать. Я ваш опекун и потому просто обязан проявлять здравомыслие.
– Но это несправедливо! – Кэролайн швырнула на стол салфетку.
– Согласен. – Отодвинув стул, Дрейтон помог ей подняться, после чего склонил голову и добавил: – Если вы готовы удалиться в свою комнату, я вас провожу.
Кэролайн усмехнулась. Ну что ж… Если он думает, что сможет запросто ею помыкать, то его ждет разочарование.
Глава 6
Они шли по коридору к своим комнатам, и он придерживал ее за локоть. Кэролайн хранила молчание, всем своим видом выражая явное недовольство, а он… Он пребывал просто в ужасном состоянии. Его мужское естество было твердым, как камень, и взывало к облегчению. Какая-то часть замутненного вином сознания посылала ему поздравления в связи с тем, что он поступает правильно, несмотря на опьянение и возбуждение, другая же напоминала, что по-настоящему здравомыслящий человек не напивается до такой степени, и призывала прекратить притворство и не изображать из себя воплощенную добродетель.
Как только они достигли ее комнаты, он сразу же убрал руку и отступил назад. Кэролайн подняла глаза и пристально посмотрела ему в лицо. Их обоих освещал лишь тусклый свет настенной лампы. Ее губы были чуть приоткрыты и выглядели невероятно соблазнительно и призывно, грудь вздымалась и опадала чаще, чем обычно.
– Спокойной ночи, Кэролайн, – сдавленным голосом произнес Дрейтон и учтиво склонил голову. – Желаю приятных снов.
Она ничего не ответила.
Что ж, это даже к лучшему, подумал он и, решительно развернувшись, двинулся к своей комнате.
– Дрейтон, – окликнула Кэролайн.
Не зная, как поступить, он уткнулся взглядом в дверную ручку, за которую уже успел взяться. И опять, как совсем недавно за ужином, она освободила его от необходимости принимать решение.
– Пожалуйста, признайтесь, что вас беспокоит, – тихо произнесла Кэролайн, приблизившись к нему.
Дрейтон не осмелился взглянуть на нее, поскольку не мог за себя ручаться. Глядя прямо перед собой, он стиснул ручку, резко повернул ее и, толкнув дверь, как можно тверже сказал:
– Спокойной ночи, Кэролайн. Приятных снов.
Он уже шагнул в комнату, но она ухватила его за рукав.
– Этот вечер был таким замечательным, – проговорила она, и в ее голосе чувствовалась решимость. – Поэтому не смейте его портить, снова напуская на себя чопорный вид.
Дрейтон слегка опешил. «Не смейте»? Медленно повернув голову, он через плечо глянул на свою подопечную:
– Простите, не понял?
– Мне нет никакого дела до той личности, которую именуют лордом Райлендом, – продолжила Кэролайн, по-прежнему удерживая его за рукав. – У него совершенно отсутствует Чувство юмора, и он умеет только распоряжаться, игнорируя мнение, чувства и желания других. Поэтому для меня гораздо предпочтительней общество Дрейтона Маккензи, который в большей степени располагает к себе.
Дрейтон стоял, испытывая большое желание сорваться с места и убежать. Вот только как можно будет расценить его побег как проявление трусости или мудрости?
– Тот, о ком выговорите, очень несдержанный человек, – отозвался он, не в состоянии даже пошевелиться. – Имеющий склонность сначала действовать, а уже потом думать.
– Во многом как раз это в нем и привлекает.
– Но и весьма опасным человеком.
– Еще одно обстоятельство в его пользу. А лорд Райленд… просто ужасный зануда.
Кэролайн с облегчением почувствовала, что Дрейтон немного расслабился – так же, как и в столовой, перед началом их совместной трапезы, – и поняла, что он принял решение.
– Зануда? – переспросил Дрейтон, приподняв бровь. – Лорд Райленд – зануда?
Его голос имел сейчас какую-то особую интонацию, взгляд постепенно смягчался, и от всего этого ее сердце сразу же забилось сильнее.
– Да, именно так. Лорду Райленду никогда не придет в голову быть с кем-то откровенным, потому что он озабочен лишь внешними приличиями, видимостью, а не сутью, и за это его можно только пожалеть.
Не сводя с нее глаз, Дрейтон медленно покачал головой.
– Кэролайн, вы подступаете к самому краю пропасти, – тихо предупредил он.
– Я это понимаю. Откровенность должна быть обоюдной, и я готова пойти на риск.
– Вот как? – Отпустив дверную ручку, Дрейтон поднял ладонь и медленно провел кончиками пальцев по ее щеке. – Но вы представляете, чем рискуете?
– Вполне… – Кэролайн прикрыла глаза, наслаждаясь этим прикосновением, почти забыв о времени и о том, где находится.
– Но вам следует знать, что Дрейтон Маккензи совсем не добропорядочный человек, – продолжил он, между тем как его пальцы, скользнув по шее, приблизились к ее груди. – Точнее, не склонный сдерживать себя соображениями благоразумия.
Да еще когда голова затуманена вином, мысленно добавила Кэролайн.
