Чан поспешил в лагерь, но там уже никого не было, пропали и захваченные боеприпасы горючей смолы, что, в принципе, не очень хорошо. Джет времени не терял. Только почему не дождался, пока они уйдут, чтобы свершить месть?
Чан уже хотел поспешить к дамбе, как услышал тихие бормотания и всхлипы.
Подкравшись и заглянув внутрь одного из домов, Чан нашёл там Дюка. Самый мелкий «разбойник», которого оставили в Убежище, выглядел неважно, с красными глазами и распухшим носом, словно ревел.
— Что случилось? И где Азула?
— Джет… Он… И Аанг, — бессвязно начал объяснять Дюк. — Он её… Увёл к реке.
— Зачем?
— Она же маг воды, а Джет хочет наполнить реку… Они говорили про такие планы после большого дождя, когда река наполнится, но, наверное, он не захотел ждать, если Азула может… — более связно продолжил Дюк, утираясь. — Если она тоже может наполнить реку, как маг воды. Я думаю, что Аанг тоже у них. Он хороший. И Азула… А Джет… оказалось, что он плохой.
— Ты мне поможешь спасти Азулу и Аанга? — Чан немного удивился смене «политики партии» у мальца. Но, по всей видимости, у того как-то «открылись глаза» на его лидера и разность того, что Джет говорит и что делает.
— Я помогу! Я знаю, куда их отвели! — подорвался мелкий. — Мы должны остановить Джета и остальных.
С помощью проводника стало гораздо проще найти эту самую дамбу. Чан, конечно, видел её ещё из города, но лес кокутана всё же большой, а ещё в нём наличествовали ловушки, о которых знала банда: «борцуны» ловили в них свинообезьян для пропитания. Плюс ничего вроде компаса или даже наручных часов у Чана не имелось. Хотя, сказать по правде, он и в прошлой жизни держал компас всего несколько раз — ещё на школьных уроках по начальной военной подготовке. Так что лишь смутно помнил, как именно им пользоваться, и совершенно не знал принципа его работы кроме того, что вроде как «стрелка показывает на север». В этом смысле он был очень городским жителем. На местных кораблях для маршрутов использовали сложный навигационный прибор типа астролябии или чего-то такого, чтобы ориентироваться по звёздам. Но компаса в привычном для себя виде Чан пока не встречал и подумывал, что если встретит, то обязательно купит, чтобы был, и научится им пользоваться.
Пока они с Дюком добирались, Чан даже задумался, что Азула довольно легко ориентируется, когда летает на Юки, но вроде никакими приборами навигации, кроме местных карт, не пользуется, да и карты редко достаёт. Он давно замечал, что Азула, и Зуко очень хорошо знали местную географию, какие-то вершины гор и их вид, как называются речки даже в Царстве Земли, абрисы островов и берегового шельфа, и только сейчас понял, что именно это помогало им в ориентации на местности. Его в своё время больше заботил язык и письмо, а географию он выучил поскольку-постольку, не считая её каким-то особо важным предметом. Тут и географии-то было не особо много, если подумать. Всего-то четыре страны, одной из которых больше не существовало, один континент, наверняка не больше Австралии, и десяток островов. А ведь Азула даже что-то упомнила про климат местной долины из-за её расположения относительно гор и что-то про важность Гайпана в ставке армии для логистики по продовольствию и боеприпасам на западном фронте.
В общем, если бы не Дюк, пришлось бы плутать самому, ориентируясь на солнце и журчание петляющей речушки. Чан наверняка бы нашёл дамбу, но неизвестно, добрался ли бы до неё вовремя. А так они успели как раз к моменту, когда долговязый лучник, которого звали Лонгшот, вместе с несколькими ребятами помладше закончили устанавливать запал на сооружении. Не то чтобы они сделали это совсем уж неправильно, но Чан, только на играх работавший с карбидом, мог бы сделать лучше. Или хуже. Впрочем, дамба не выглядела так уж монументально, как какая-нибудь Волжская ГЭС, где ему однажды удалось побывать. Дамба здесь перекрывала небольшую речушку, которая наверняка заполнялась только весной, когда таяли снега в горах, и была лишь чуть поаккуратней бобровой плотины, так как тоже была собрана из брёвен. Впрочем, скорее всего, это были бревна кокутана, а значит, дамба должна быть покрепче, чем кажется.
Но, даже если взрыв пройдёт по касательной, всё равно появится трещина, которая эту дамбу разрушит из-за давления воды: всё же были стыки между брёвнами и они располагались не в шахматном порядке, а просто рядами друг на друге. Чан даже подумал, что если бы из кокутана строили бобры, это вышло бы надёжнее. Как раз на такой стык в центре дамбы Лонгшот с командой диверсантов и установили бочки с взрывной смолой.
— Чего они ждут? — спросил Чан у Дюка.
— Сигнала от Джета, — ответил парнишка. — В дамбе не так много воды, если Азула её наполнит…
— Интересно, как она должна это сделать? Магия воды подразумевает манипуляцию существующей водой, а не создание её из ничего, — хмыкнул Чан.
— Думаю, Джет хочет использовать подземные источники, которые располагаются в предгорьях, — ответил Дюк. — Я слышал, что он говорил о том, что они туда пойдут.
— Так значит, Джет должен послать сигнал? Он засвистит? — предположил Чан.
Дюк помрачнел и закивал.
— Ну, если взрыва не будет, то Джет может хоть засвистеться, — Чан достал свой меч и внимательно посмотрел на Дюка. — Меня беспокоит ваш лучник. Ты поможешь мне?
— А где Пипсквик? — Дюк на миг отвёл взгляд.
— Он спит в лесу, — ответил Чан, сам не зная, какую сторону выберет мелкий. — У меня был с собой снотворный отвар. Я напоил его, и он уснул.
— Значит, с ним всё в порядке? — с облегчением улыбнулся Дюк.
— Я не буду убивать твоих друзей, — пожал плечами Чан, кивнув на деревья, где скрылись Лонгшот и остальные «борцуны», которые заложили запал у дамбы.
Дюк зажмурился, моргнул, закусив губу и выдавил:
— Они мне не друзья. Только Пипсквик… Он хороший. И добрый. Просто немного глуповат. Они его тоже обманывали. Азула… Она помогла мне всё вспомнить. Как я попал к ним. Как меня забрали у родителей.
— О… — Чан не знал, что и сказать.
Дюк деловито собрал пыль с тропинки, похлопал ею себя, придавая взлохмаченный и потрёпанный вид, и сиганул к своим «не друзьям» с истошными воплями на всю округу.
— Лонгшот! Скорее! Там Джету нужна помощь!
«Борцуны» выбежали из укрытий на деревьях, и Чан смог подобраться чуть ближе для серии ударов. Ещё у мастера Пиандао, когда они говорили о пути воина, Чан сказал, что не хочет никого убивать, и попросил затупить его меч, чтобы тот годился для отстаивания своих принципов и защиты, но не для убийства. Иногда всего мастерства не хватит, чтобы, выполнив удар, не разрубить кого-то острым мечом. По крайней мере людей. Насчёт духовной закалки от Азулы Чан не возражал, да и для него в тот момент это было что-то вроде приятного внимания и заботы от принцессы. А с другой стороны, духи — это же не люди, вспомнить только того же Року. Но для духов острота меча не имеет никакого значения.
Мастер Пиандао с пониманием принял просьбу, но всё же уговорил оставить режущую кромку у гарды — на случай, если понадобиться перерезать мечом какие-нибудь толстые верёвки вроде корабельного каната или ловчей сети. Так что «борцунам» получить «мечом по кумполу» было больно, но не настолько летально, как могло бы быть. Жить будут. Чан срезал тетиву с лука Лонгшота, оставил ребят в тенёчке и порысил к дамбе — разминировать бочки с взрывчатой смолой. Мелкие шарики этой штуки взрывались и просто от резкого удара, так что действовать стоило осторожно.
Смола представляла собой что-то вроде твёрдого пластилина, чуть липнущего к рукам. Освобождённые из веревок бочки вполне спокойно скатились по склону и полностью погрузились в воду. Чан мимолётно подумал, что, «разминировав» смолу, возможно, отравил жителям реку, но выбора не оставалось. Не взрывать же, устроив переполох.
Он побежал вверх вдоль реки, чтобы найти Джета. Бежать пришлось около двух километров в гору, да ещё и местами карабкаясь по скользким горным «ступеням» с небольшими водопадами.
