будто я совершила преступление века.
– А сами-то? Вас тоже нет на занятии.
Я пошла к лестнице. Они оба двинулись за мной.
– Мы по заданию учителя отсутствуем. Надо прибрать территорию.
– Да конечно. – Я громко фыркнула и вышла на лестничную клетку. Ромка нагнал меня и схватил за лямку сумки. Та сорвалась с плеча. – Отпусти.
– Зачем? Давай поговорим, ага.
Это предложение из уст Саши звучало слишком подозрительно.
– Какая ты невежливая… Мы же твои друзья.
– В каком, извини, месте?
– Ох. – Рома скривился и кинул сумку на пыльный пол. – Раньше ты не была такой грубой!
– Иди к черту! – Я наклонилась за сумкой и застегнула ее, но Саша крепко схватил меня за плечо, оттолкнул к стене и встал напротив.
– Не понимаю, что он в ней нашел.
– М-да… Странная ситуация выходит. – Рома встал рядом с ним и важно кивнул, скрещивая на груди руки и хмурясь.
Мне не особо хотелось слушать их бред. Я дернулась вперед, заранее сжав лямку сумки покрепче. Саша громко цокнул языком и грубо вернул меня на место.
– Стоять.
Рома усмехнулся.
– Буйная и совершенно бесполезная.
– Ты думаешь, бесполезная? Может, он для… Этого решил постараться.
Наверняка именно пауза объясняла значение брошенной фразы.
– О чем вы? – Я ничего не понимала.
– Неважно. – Саша усмехнулся, а затем уперся ладонью в стену и приблизил лицо к моим волосам, шумно втягивая запах краски. – Убежала вчера… Ускользнула. Испугалась?
– А чего мне бояться? – прошипела я и отвернулась. – Вас? Вот еще. Прошло то время… Мне просто не хотелось тратить свое время попусту.
– Да? Действительно? – хмыкнул Рома и схватил меня за больное запястье, крепко его сжимая. – Совсем не страшно? Даже так?
Он сдавливал руку все сильнее и сильнее, будто механическими тисками. Становилось невыносимо больно, но выдать себя казалось унизительным, еще унизительнее происшествия в классе. Я поморщилась, пытаясь освободиться. Чем сильнее Рома давил, тем шире на его губах расцветала улыбка.
– Какое выражение лица…
Саша достал телефон, чтобы, видимо, запечатлеть этот момент, но с четвертого этажа послышался стук каблуков. Неожиданно по лестнице спустилась учительница, выражение лица которой было просто не описать, когда она наткнулась на нас взглядом.
Рома отстранил меня от стены и завел руку за спину, заламывая ее, но делая вид, что лишь обнимает.
– Что это вы тут делаете в учебное время? – Женщина приспустила с носа очки тошнотворного пурпурного цвета и вгляделась в нас. Я старалась улыбаться. Рука ныла всё больше, но мне хотелось расквитаться с этим самой.
– Мы пошли за журналами, но не можем их найти. Их нет нигде, даже в учительской.
– Сейчас отправимся в кабинет, – кивнул Саша. Учительница хмыкнула.
– Идите. В каком вы классе?
– В… Десятом «А».
– Я приду на ваше занятие и проверю обязательно. Сейчас посмотрю расписание. – Женщина нахмурилась и проследила за нами взглядом.
Роме пришлось отпустить меня. Мы втроем направились по лестнице вниз, как никогда дружно шагая и молча. Я могла лишь улыбаться и незаметно потирать руку. Это была одна из самых напряженных моих улыбок.
– Как некстати… – заметил Саша, все еще следуя за мной, даже когда мы спустились на первый этаж. – Нас прервали на таком интересном месте.
– Какая жалость, – фыркнула я и обернулась, удостоверяясь, что нигде поблизости нет учителей.
– Но мы продолжим.
«Ну уж нет…» – быстро подумала я, тут же исполняя мгновенно возникший план.
Стоило лишь опередить их, совсем чуть-чуть – и появилась возможность оторваться на резком повороте к женскому туалету. Я сорвалась и побежала, даже не оглядываясь. Саша и Рома оторопели, но затем, что-то возмущенно крича, рванули следом.
Двери в туалет были распахнуты настежь. Там воняло мочей и приторно-сладкими духами. На стенах виднелись надписи маркерами, не такие красивые, как когда-то в нашем тайнике. Большая часть оказалась признаниями в любви и оскорблениями. Я поморщилась и закрыла деревянную дверь на слабенькую щеколду, после чего вскочила на подоконник. Сердце колотилось; Рома и Саша стучали в дверь, дергали ручку. Один гвоздик вылетел из щеколды и звонко упал на пол. Я вскочила на подоконник, одним движением открыла окно, выпрыгнула и упала на аккуратную клумбу, расшибив колени.
– Никогда, слышите? Никогда я не буду больше пешкой в ваших тупых играх!
Вопль сам сорвался с пересохших губ. Я вскочила, вытерла грязь с колен и побежала за угол школы, мигом вылетела с огороженной территории и с большим облегчением поняла, что за мной никто не бежит.
Только спустя примерно двести метров быстрого шага я позволила себе остановиться и сесть на лавочку, чтобы отдышаться. В висках болезненно пульсировало, дыхание сбилось напрочь, голова гудела непонятно от чего. Ноги ломило, а колени предательски щипало. На джинсах образовалась небольшая дырка. Я, частично в грязи, откинула голову на лавочку и закрыла глаза, постепенно выравнивая дыхание, затем достала бутылку с водой. Пара освежающих глотков помогла мне соображать лучше.
Атака, защита, снова атака… Все шло будто по намеченному плану. События развивались стремительно, так, что за ними было сложно уследить. Позиционирование, маневрирование, комбинации, жертвы… Этого действительно стоило опасаться. Стоило держать ухо востро. Время маневров – самое лживое время, изобилующее коварными планами, обманами и тайными ходами.
Дебют закончился и остался за ним. Я горько усмехнулась. Сама ведь говорила себе, что игры – сущая глупость и что никогда я больше не стану частью этого. А сейчас… Мысли крутятся только вокруг шахмат. Я не знаю, кто все так подстраивает, но факты налицо. Любой грамотный шахматист, будь это действительно партия, сказал бы, что вот он – миттельшпиль. Новая стадия. Новый этап, во время которого нужно быть начеку. Главные элементы – борьба за центр и открытые линии, создание слабостей у противника и… атака короля. Вытеснить меня из центра у них практически получилось, создать слабости – тоже. За открытые линии все еще ведется борьба. Я думаю, много думаю и пытаюсь понять, в чем слабы они, в чем уязвимы. А главное… смогу ли я атаковать короля? Если атака пройдет успешно, игра завершится. Нужно тщательно распланировать действия…
Я тихо выдохнула, поднялась и направилась вглубь города, решив, что небольшой выходной мне не повредит. Не хотелось никому говорить о том, что происходит. Справиться самой казалось правильнее. Я не знала, откуда во мне столько желания это сделать.
10
Иногда нужно устраивать себе отдых – это помогает мыслить ясно и планировать на шаг вперед. Становится проще понять и предугадать то, что будет потом. И, может быть, нужно это не каждому – смотреть в будущее, но я точно нуждалась в
