атаковать именно в тот момент, когда враг наиболее уязвим. Воздух наполнился зловонием разлагающейся плоти и металлическим запахом крови.
Первый измененный кровосос бросился к Виктору. Несмотря на его ранение, Виктор попытался сопротивляться, стреляя в приближающееся чудовище, но уставшие руки не смогли удержать оружие. Автомат выскользнул из его пальцев, с глухим стуком упав на бетонный пол.
— Виктор! — закричала Елена, но ее крик утонул в вое, который начинал этот вид кровососов. Звук был настолько пронзительным, что казалось, будто он проникает прямо в мозг, вызывая почти физическую боль.
Команде пришлось отступить от Виктора. Иначе они рисковали погибнуть. Андрей принял это решение, понимая, что иного выхода нет. Его лицо окаменело, челюсти сжались так сильно, что, казалось, вот-вот треснут зубы.
Андрей, Елена и Алекс открыли огонь по кровососам.
Один из кровососов стремительно приблизился к Виктору и вцепился в него своими мощными челюстями. В несколько секунд тело Виктора было охвачено тройкой других тварей, присоединившихся к пиру. Казалось, что они были безумны. Им нужна была лишь свежая кровь. Они даже проигнорировали то, что их убивают. Виктор под ними скрючился от боли и отчаяния, пытаясь хоть как-то оторваться, но это было бесполезно. Его крики стихали, превращаясь в едва слышимые хрипы.
Алекс, все еще в шоке от увиденного, продолжал стрелять по кровососам, но их видимые повреждения быстро становились все более мутными. Каждый выстрел не приносил видимого урона. Кровососы словно впитывали его. Пули входили в их тела, но раны мгновенно затягивались, как будто их и не было.
— Мы не сможем их остановить! — закричал Андрей, стараясь удержать себя в руках. Его руки дрожали, пот заливал глаза, но он продолжал стрелять, понимая, что это единственное, что он может сделать. — Нам нужно уходить! Сейчас же!
Его голос был холоден как лед. В нем не было ни страха, ни сожаления — только жесткая решимость. Он понимал, что Виктор уже потерян, и теперь главное — спасти оставшихся.
Елена, слезы на глазах, пыталась прикрыть тело Виктора огнем, но это было бессмысленно.
— Елена, хватит! — рявкнул Андрей, хватая ее за руку. — Мы ничего не можем сделать для него. Нужно уходить!
Елена попыталась вырваться, но хватка Андрея была стальной. Он потащил ее за собой, не обращая внимания на ее сопротивление. Алекс прикрывал их отход, стреляя короткими очередями по тварям, но тем не было никакого дела до отступающих сталкеров. Они пировали.
Трое сталкеров выбежали из тоннеля, а затем и из здания на улицу. Яркий свет на мгновение ослепил их, заставив остановиться. Когда глаза привыкли, они увидели, что оказались на пустынной улице, окруженной полуразрушенными зданиями.
— Почему они не преследуют нас? — спросил Алекс, тяжело дыша.
— Зона, — коротко ответил Андрей. — Она наказала нас за то, что мы пошли обратно той же дорогой. Виктор... он стал жертвой нашей ошибки.
Елена опустилась на колени, и ее плечи задрожали от беззвучных рыданий. Алекс положил руку ей на плечо, пытаясь утешить, но сам едва сдерживал слезы.
Андрей стоял неподвижно, глядя в направлении здания, из которого они только что выбрались. Его лицо было словно вырезано из камня — ни единой эмоции, только холодная решимость. Внутри него бушевала буря эмоций: гнев на себя за то, что не смог спасти Виктора, страх перед тем, что еще может преподнести им Зона. Но он не мог позволить себе показать эти чувства. Он должен был оставаться сильным ради оставшихся членов команды.
— Мы не можем здесь оставаться, — произнес он. — Нужно двигаться дальше.
— Как мы можем просто уйти? — воскликнула Елена, поднимая на него заплаканные глаза. — Виктор...
— Виктор мертв, — жестко оборвал ее Андрей. — И если мы не хотим присоединиться к нему, нам нужно идти. Сейчас же.
Его слова были как удар хлыста. Елена вздрогнула, но медленно поднялась на ноги. Алекс утер слезы, понимая, что Андрей прав, как бы жестоко это ни звучало.
Андрей достал из кармана два ключа — тот, что был у них изначально, и тот, что они добыли в схватке с хтоническими существами.
— У нас есть два ключа, — сказал он. — Это значит, что мы на правильном пути. Но Зона не прощает ошибок. Мы должны быть умнее, хитрее, сильнее. Виктор отдал свою жизнь, чтобы мы могли продолжить миссию. Мы не имеем права подвести его.
Его слова, хоть и жесткие, подействовали на команду как холодный душ. Они вспомнили, зачем пришли сюда, какова их цель. Скорбь по Виктору не исчезла, но отступила на второй план, уступив место решимости.
Андрей посмотрел на горизонт, где виднелись очертания огромной антенны, возвышающейся над руинами города.
Группа, теперь уменьшившаяся до трех человек, двинулась в путь. Виктор остался позади, став еще одной жертвой неумолимой Зоны. Но его жертва не должна была быть напрасной.
Андрей шел впереди, его шаги были твердыми и решительными. Он не оглядывался назад, зная, что там их ждет только смерть. Его взгляд был устремлен вперед, к неизвестности, которая таила в себе как опасности, так и ответы, которые они искали.
Зона раскинулась перед ними, загадочная и смертоносная. Она уже забрала одного из них, но они не собирались сдаваться. Ключи, которые они несли, были их надеждой, их шансом на победу.
Глава 11
Туман клубился вокруг ног Андрея, Елены и Алекса, когда они продвигались по искореженному ландшафту Зоны. Серая дымка обволакивала их фигуры, словно призрачные руки, пытающиеся удержать путников от дальнейшего продвижения. Идти было трудно не только из-за неровной, предательской почвы, но и из-за тяжести, которая лежала на их сердцах.
Потеря Виктора все еще была свежей раной, кровоточащей с каждым воспоминанием о нем. Его отсутствие ощущалось физически, словно пустота в их маленьком отряде, которую невозможно было заполнить. Андрей то и дело ловил себя на том, что оборачивается, ожидая увидеть знакомую фигуру друга, но каждый раз его встречала лишь пустота и туман.
Елена шла, опустив глаза, ее обычно живой и пытливый взгляд теперь был потухшим, затуманенным горем и усталостью. Она механически переставляла ноги, погруженная в свои мысли, воспоминания о Викторе проносились перед ее внутренним взором. Она уже теряла людей раньше. Виктор был далеко не первым в этом списке, но что-то сейчас было иначе. Чувствовалось давление. Приближающееся окончание Зоны.
Алекс, самый молодой из их группы, нервно озирался по сторонам. Его глаза, широко раскрытые от постоянного
