к следующему испытанию.
Я осторожно взял свиток и развернул его. На нем была изображена карта лабиринта, но вместо обычных линий, его пути были начертаны странными символами.
— Это не просто карта, — пробормотал я, вглядываясь в символы. — Это формация.
Я активировал свое духовное зрение, и символы на карте вспыхнули ярким светом. Теперь я видел, что они образуют сложную энергетическую структуру, пронизывающую весь лабиринт.
— Папа, что ты видишь? — спросила Чешуйка, пытаясь заглянуть в свиток.
— Путь, малышка. Я вижу путь.
Я сосредоточился на формации, позволяя ей слиться с моей Звездной Ци. Внезапно мир вокруг меня изменился. Стены лабиринта стали полупрозрачными, и я увидел энергетические потоки, пронизывающие все пространство.
Теперь я знал, куда идти. Спрыгнув с механизма, я уверенно двинулся вперед, следуя за энергетическими линиями. Стены расступались передо мной, открывая новые проходы. Ловушки, скрытые в полу и стенах, оставались неактивированными, когда я проходил мимо них.
Наконец, я достиг последней комнаты лабиринта. Это был огромный круглый зал, посреди которого стояла статуя воина с копьем. Как только я вошел, статуя ожила, ее глаза вспыхнули зеленым огнем.
— Добро пожаловать, путник, — произнесла она глубоким, резонирующим голосом. — Ты дошел до конца пути. Осталось последнее испытание.
Статуя подняла свое копье, и воздух вокруг нее начал искриться от концентрации Ци.
— Покажи мне свою силу, — прогремела она. — Покажи мне свой дух воина!
С этими словами статуя атаковала. Ее движения были быстрыми и точными, каждый удар нес в себе мощь тысячелетий тренировок и сражений. Я едва успевал уворачиваться, чувствуя, как копье проносится в опасной близости от моего тела.
— Ну уж нет, — прошептал я, активируя «Свет Сверхновой».
Мое тело вспыхнуло ослепительным светом, и волна чистой звездной энергии прокатилась по залу. Статуя на мгновение застыла, ослепленная этим сиянием. Я воспользовался этим моментом, чтобы нанести свой удар.
Звездный Горн встретился с копьем статуи, и воздух вокруг нас взорвался от столкновения энергий. Мы обменивались ударами, каждый из которых мог бы расколоть гору. Пол под нашими ногами трескался, а стены дрожали от мощи нашего поединка.
— Ты силен, путник, — прогремела статуя, отражая очередную мою атаку. — Но сила — это еще не все. Покажи мне свой дух!
Я понял, что она имела в виду. Это испытание было не просто проверкой физической силы. Оно должно было показать мою решимость, мою волю к победе.
Сосредоточившись, я позволил Звездной Ци свободно течь по моему телу. Я чувствовал, как она наполняет каждую клетку, каждый меридиан. Мое сознание расширилось, охватывая весь зал, всю энергию вокруг нас.
— Вот мой дух! — выкрикнул я, нанося последний удар.
Звездный Горн вспыхнул ослепительным светом, и волна чистой энергии сорвалась с его лезвия. Она прошла сквозь копье статуи, разрушая его, и ударила прямо в грудь каменного воина.
На мгновение все замерло. Затем статуя медленно опустила руки и склонила голову.
— Ты прошел испытание, путник, — произнесла она. — Твой дух силен, а сердце чисто. Иди же, врата открыты.
С этими словами статуя рассыпалась, превратившись в облако светящихся частиц. Они закружились вокруг меня, словно приветствуя победителя, а затем растворились в воздухе.
Стена позади того места, где стояла статуя, начала медленно отодвигаться, открывая выход из лабиринта. Я глубоко вздохнул, чувствуя, как напряжение последних часов медленно отпускает меня. Да уж, это место создал какой-то безумец и тем не менее я не могу не признать, что испытание было интересным.
— Мы сделали это, папа! — радостно воскликнула Чешуйка, высовывая голову из-за воротника. — Мы победили!
— Очередная маленькая победа на огромном пути, — выдохнул я и шагнул к выходу.
Яркий свет ослепил меня на мгновение, и я услышал удивленные возгласы.
Когда мои глаза привыкли к свету, я увидел Рована и нескольких старейшин секты, стоящих у выхода из лабиринта. Их лица выражали смесь удивления и восхищения.
— Невероятно, — произнес один из старейшин, седобородый мужчина с глубокими морщинами на лице. — Ты прошел испытание за рекордно короткое время.
Рован шагнул вперед, широко улыбаясь.
— Я не сомневался в тебе, Джин. Ты превзошел все ожидания.
— Испытание было непростым, но интересным. Ваша секта, действительно, хранит уникальные техники.
Старейшины переглянулись, явно впечатленные моими словами и спокойствием.
— Ты первый за несколько столетий, кто смог пройти это испытание, не являясь членом нашей секты, — сказал другой старейшина, высокий мужчина с острым взглядом. — Это… необычно.
— Отец будет впечатлен. Пойдем, он ждет нас в главном зале, — кивнул Рован.
Когда мы вошли в главный зал, я увидел, что он полон людей. Здесь были не только старейшины, но и их ученики, и слуги. Все взгляды были устремлены на меня.
Рохан, глава секты, сидел на своем троне из переплетенных копий. Его металлическая рука блестела в свете факелов, а глаза внимательно изучали меня.
— Подойди, Джин, — произнес он, и его голос эхом разнесся по залу.
Я сделал несколько шагов вперед, чувствуя на себе взгляды сотен глаз. Воздух в зале, казалось, сгустился от напряжения и ожидания.
— Ты прошел испытание «Танца десяти тысяч копий» с честью, — сказал Рохан. — А значит, ты один из достойнейших практиков и никто в этой секте не посмеет относиться к тебе с пренебрежением. Теперь я готов выслушать твое предложение. Говори.
Тишина в зале звенела, словно натянутая струна. Сотни глаз впились в меня, ожидая ответа. Даже воздух, казалось, сгустился от напряжения, став тяжелым и вязким, как смола древнего дерева.
— Я намерен сразиться с надзирателем секты Ацтлан, — мои слова прозвучали подобно удару гонга в этой тишине. — Я планирую освободить эти земли от гнета демонической секты.
Зал взорвался. Крики ужаса и удивления слились в единый гул. Лица старейшин побледнели, став похожими на нефритовые маски. Молодые ученики зашептались, их глаза расширились, как у испуганных оленей.
— Безумец! — выкрикнул один из старейшин, его борода затряслась, словно ивовые ветви на ветру. — Ты не ведаешь, о чем говоришь!
— Это путь в Желтые источники! — поддержал другой, ударив посохом о пол так, что эхо разнеслось по всему залу.
Рохан же лишь усмехнулся. Его металлическая рука слегка сжалась, издав звук, похожий на скрежет когтей тигра по камню. Все мгновенно замолчали, словно по мановению волшебной кисти.
— Ты храбр, молодой Джин, — произнес он, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась
