небе, через которое светили звёзды. Спустя миг через эту дыру, увеличиваясь в размерах от маленьких искр до объятых пламенем больших камней, оставляющих огненные следы, на землю устремились метеориты.
Показалось, что все в этот день присутствующие возле Тризненского озера замерли будто на стоп-кадре и молча в изумлении смотрели на летящую к ним страшную лавину.
Две-три-четыре секунды это длилось, меньше, больше, сказать не могу, сам был впечатлён увиденным настолько, что потерялся во времени и пространстве.
Ударив по полю метеориты подняли вверх огромные столбы земли, пара, огня и дыма. Раздался страшный грохот, но ударной волны, которой я опасался, всё же не возникло. Да уж, у магии свои законы.
— Степ, — выдохнула маркиза. — это великолепно.
Агния, сама много раз создававшая мощные заклинания, и то не смогла сдержать эмоций. А я так и вовсе ошалел.
— Не поспоришь. — согласился с ней, тоже почему-то шёпотом.
Глава 8
Сколько погибло виргийцев при моём ударе? Не сразу даже могу назвать количество их уничтоженных фаланг — тёмная завеса из густой пыли, поднятых вверх столбов земли и пара, пробивающиеся сквозь них крупные языки пламени скрывают последствия устроенной мною катастрофы.
Зато сумерки вокруг исчезли почти сразу, как только последний болид достиг поверхности. И огромная дыра со звёздами тут же закрылась.
— Ваше преподобие, это, это, это восхитительно. — слышится запинающийся голос баронета Георга, нет, младшего баронета.
Оборачиваюсь, вижу открытые в изумлении рты присутствующих и их распахнутые во всю ширь глаза. У Сергия, у того и вовсе, смотрю, от эмоций выступили слёзы. С чего бы? А, понятно. Похоже, испытал прилив огромной гордости за то, что служит такому великому человеку, человечищу, как его преподобие Степ. Ощутил, так сказать, сопричастность к произошедшему важному событию — магической атаке давно невиданной мощи. Служанки же прижались друг к дружке в обнимку, будто прощаясь. Дурочки, вам-то ничего не грозит.
— Красиво получилось? — усмехаюсь. — Теперь дело за генералом Лейнским.
— И за нами. — говорит маркиза. — Карл, Игорь, баронет, мы продолжаем работу. Степ, отдыхай.
Она проводит мне рукой по волосам. Я тебе что, сынок, которого надо похвалить за пятёрку в школе?
Ладно, Агния, тебе можно. Раз сама ни замуж не хочешь, ни детей не желаешь, ну, тогда прояви женский материнский инстинкт на младшем братце. К тому же, и правда, чувствую огромную усталость. Не физическую. Моральную, эмоциональную. Вымотался — жуть. Оказывается, не такое простое дело быть великим магом, сил отнимается много.
Отхожу чуть в сторону от проёма, чтобы не мешать моим соратникам видеть, куда наносить удары, но далеко не отодвигаюсь. Интересно же, что дальше там на поле брани будет происходить.
Восхищаюсь, что Агния многие плетения помнит наизусть, её тетрадка так и лежит в сумке, откуда не извлекалась, а вот Карл с Игорем и баронет без своих конспектов — никак.
Парни подошли к маркизе и замерли. Создавать заклинания они пока, смотрю, не могут. Во-первых, всё ещё не отойдут от наплыва эмоций, а во-вторых, до сих пор не разобрать, что происходит на поле битвы.
— Наши обормоты, смотрите, пришли в движение. — усмехнулась маркиза, вытянув вперёд руку. — Молодец генерал, вовремя оповестил о готовящемся ударе.
Ранее отступавшие в панике и полном беспорядке пехотные полки, усиленные подпиравшими их резервами, вижу, в самом деле вновь организовались в более или менее стройные, хоть и заметно поредевшие, каре. Они легко раздавили первые ряды виргийцев, уцелевших при моём ударе, ведь опасаясь задеть своих, метеоритами я атаковал середину и тыл вражеского построения.
Видимость на поле постепенно начала проясняться, и уже могу примерно оценить эффективность применения метеоритного дождя. Кажется, три полковые фаланги выбиты полностью, те, что оказались в эпицентре заклинания. У двух передовых вражеских полков уничтожены последние ряды, а в третьей линии виргийского войска, наоборот, передние.
Сильно пострадали, смотрю, и те каре, что наступали справа и слева от полностью мною уничтоженных. Сейчас сложно сказать точно, но не менее половины солдат они наверняка потеряли.
Тысяч пять, получается, может чуть меньше, я убил одним ударом. Представляю, что сейчас там возле эпицентра моей атаки люди чувствуют, если даже у меня, вон, до сих пор пальцы немного подрагивают, как у дяди Миши, бывшего соседа по лестничной площадке, с глубокого похмелья.
Накануне сестрёнка сообщила, что за пару-тройку часов до метеоритного дождя баронет Пётр, наш главнокомандующий, направит порученцев ко всем командирам полков и дружин с предупреждением об его скором применении, а те, в свою очередь, сообщат офицерам баталий и рот.
Тем не менее, эффект от могучего заклинания оказался таким, что не только враги начали отступать по всему фронту, но и наше воинство всё никак в себя не придёт, даже на крайних флангах. Нет, вперёд-то двинулось, только вот очень медленно.
Понятно, тем нашим фалангам, которые действуют в центре, перейти в быструю атаку мешает ещё не развеявшиеся огонь, пыль и копоть, а слева и справа что, отдельная команда нужна? Виконт Андре, дорогой мой зятёк, будущий, чего твои-то стоят? Решили в озере искупаться? А, нет, сомкнули ряды и перешли наконец-то в наступление. Орлы, чего уж ещё скажешь.
— Хватит глаза пялить. — недовольный голос сестрицы. — Выбрали цели? Работаем. Игорь, от тебя всё равно в атаке толка нет, сплети и держи щит.
Мои соратники тоже пришли в себя. Время обдумать и обсудить метеоритный дождь у них ещё будет, а пока они принялись быстро создавать маломощные, не способные пробить даже самые слабые в плане вложенной энергии магический щит или амулет, зато дальнобойные заклинания. Значит, выцеливать станут обычную солдатню или сержантский состав.
Да, быстро в общем-то все очнулись после устроенного мною представления. А чему тут удивляться? Паргея мир магический, и пусть не такие могучие, но вполне впечатляющие боевые магические атаки, многие вояки уже видели не раз.
Пролетарская революция, о которой так долго говорили большевики, свершилась. Ленин, да. Это к тому, что теперь все поймут, что на самом деле из себя представляет как одарённый
