избытком. Поэтому путешествовать было проще по берегам речушек и проторенным тропам, так шипастые ветки меньше цеплялись к одежде.
Тайхарт и Асэми шли по узкой дороге, на которую наткнулись совсем недавно. Её явно использовали торговцы для доставки разных грузов. Об этом говорили неглубокие колеи, оставленные колёсами.
Весь последний час Асэми прижимала к груди выцветший синий пояс, словно он стал особо ценным артефактом. В куске материи не было ничего особенного, кроме вложенной в него памяти о близких подругах, и всё же он согревал лучше, чем самый яркий костёр.
— Хм… — буркнул Тайхарт, решив разбавить молчание. — Вижу на этом поясе корявый рисунок. Он явно сделан с помощью иглы и ниток, но до чего же страшный. Какой-то круг, на котором длинная выпуклость и два треугольника сверху…
— Это нос и ушки, Повелитель! — воскликнула Асэми, в её глазах появилась обида.
— Ушки?
— Да! Я сама вышила для Сумико мордочку лисы! А вы говорите, что она «корявая»!
— Ох! Прости! — рассмеялся Тайхарт. — Теперь вижу, да. Это определённо милая лисья морда.
— А вот и врёте! Просто успокоить меня хотите! Мне тогда было всего четыре года, вот и получилось плохо. Но Сумико всё равно нравилось, она никогда не расставалась с поясом. Даже на Храмовый остров с собой привезла. А потом…
— Наверное, она обронила ремень, когда бежала от охотников. А после жрица нашла его и принесла к храму…
— Угу…
Асэми снова погрустнела, крепче прижав к груди своё сокровище. Она переживала о судьбе подруг и не могла выкинуть тревожные мысли из головы. Это потихоньку высасывало хорошее настроение и заставляло её кусать губы.
— Повелитель, думаете, с близняшками всё в порядке?
— Для семьи Илентиль они рабы — ценное имущество. Аристократы умеют считать деньги и ценят свои активы. Поэтому твои подруги либо сейчас прислуживают в поместье, либо их перепродали куда-то ещё…
— Мне главное, чтобы они были живы. Остальное можно исправить…
— Это так, — согласился Тайхарт. — Но если их перевезли на другой остров, то мы не сможем за ними отправиться.
— Не сможем?! — повторила Асэми, побледнев.
— Пока не сможем, — поправился Тайхарт, качая головой и проклиная себя за неосмотрительность в выборе слов.
Он хотел ещё что-то добавить, но вдруг остановился, словно почуяв неприятности. Асэми тоже что-то услышала, её лисьи ушки дёрнулись и встали торчком.
— Кто-то приближается.
Теперь уже явственно слышался топот копыт. По дороге нёсся боевой отряд, насчитывающий десяток людей на лошадях. Воины были облачены в лёгкие кожаные доспехи, на их груди красовались уже известные гербы.
— Прихвостни Илентиль, — тихо проговорил Тайхарт.
Асэми быстро огляделась. Она искала кусты, в которых можно спрятаться. Однако в этот момент Тайхарт положил руку ей на плечо, призывая не суетиться. Похоже, он что-то задумал.
Всадники показались на дороге, объятые клубами пыли. С криками и свистом бойцы окружили Тайхарта и его спутницу.
— Стойте и не двигайтесь! — приказал один из всадников. — Я капитан Берк! Окружающие земли принадлежат господину Эрвину Илентиль. Его указом запрещено посещение храма или проезд без разрешения. У вас есть пропуск?
— Боюсь, что матушка Ини не дала нам его, — усмехнулся Тайхарт.
— Так вы подручные колдуньи?!
— Что-то вроде того. Хоть мне и самому неприятно это признавать.
— Вот же наглое отребье! Ещё шутить вздумал?! Арестовать их, живо!
Несколько бойцов спешились с лошадей и достали оружие. Асэми тут же потянулась к своему мечу, но Тайхарт отрицательно помотал головой. Он отцепил ножны со спины и бросил их на землю, а после взглядом велел ученице сделать так же.
В этот момент дальше по дороге показалась крытая телега, в которой виднелись пустые клетки. Видимо, повозка отстала от основного отряда.
— Клети мы используем для беглых рабов, — пояснил капитан Берк. — Но и для прислужников колдуньи они тоже сгодятся. Залезайте внутрь, если не хотите, чтобы мы отрубили вам головы. Поедете в поместье, а там господин Эрвин решит вашу судьбу. Но он сильно недолюбливает «матушку», а потому на добрый приём не рассчитывайте.
Берк кивнул своим подопечным.
К арестованным подошёл высокий молодой вояка, на его лице было желание выслужиться перед командиром. Солдат сильно толкнул Тайхарта в спину, а после выкрикнул:
— Топай давай, отродье!
Для острастки боец со всей силы ударил кулаком по спине могучего двухметрового Тайхарта, но при этом сам закричал от боли и схватился за отбитую руку. Сложно пробить скалу из мускулов.
Увидев это, Асэми хохотнула.
Намеревавшийся выслужиться солдат покраснел, его гордость оказалась уязвлена, а сам он опозорился перед командиром и сослуживцами. Вояка тут же забыл про боль в руке и замахнулся на Асэми, желая на ней отыграться за своё унижение.
— Только попробуй, — еле слышно прошептал Тайхарт, но в его голосе слышалась смертельная угроза.
Солдатик вдруг побледнел и присмирел. Опустив руку, он указал на повозку, провёл к ней арестованных и запер их в клетках.
Вскоре боевой отряд снова двинулся в путь. Только теперь позади него гремела на камнях и ухабах телега с клетками, внутри которых сидели пленники.
Постепенно узкая дорога закончилась и влилась в широкий тракт. Покрытие из утрамбованной земли сменилось на каменную брусчатку. По бокам всё так же высились холмы, но возле их подножий всё чаще мелькали отдельные домики и даже целые деревни. По склонами и ложбинам гуляли орды овец и табуны лошадей.
По мере приближения к усадьбе Илентиль жизнь вокруг всё больше кипела.
В Королевстве Алого Камня поместья аристократов находились внутри единственного города — Чернобога. Они либо жались к замку на вершине горы, либо ютились возле основания чёрной скалы.
Но на Храмовом острове всё сложилось иначе. Простора здесь было намного больше, а территории не ограничивались небольшими пятачками, сплошь усеянными шахтами. Поэтому поместья аристократов располагались не внутри крупных городов, а за их пределами. Особенно влиятельные рода имели наделы в сотни квадратных километров. Всё, что находилось на этих землях, принадлежало главе благородной семьи и его ближайшим родственникам. Они устанавливали налоги, пошлины и даже забирали в служение жителей окрестных поселений.
Повозку с пленниками в очередной раз сильно тряхнуло. Деревянное колесо наехало на какой-то камень, от этого борта заскрипели, а клетки на полу подскочили, доставив заключённым очередную порцию неудобств.
— Повелитель, ну вот зачем?! — взмолилась Асэми, уже не первый раз потирая ушибленный зад.
— А? —
