Он сурово нахмурил брови – ни дать ни взять злодей из какой-нибудь мелодрамы.
– Ну же, спросите меня, о чем я думаю сейчас.
– Не буду, – испугалась Натали. – Я уже поняла, что этого делать не стоит.
– Какая жалость! – Малком отстранился, усмехнувшись. – Простите, я не должен был вас дразнить, но никак не мог отказать себе в этом удовольствии.
Испуганное выражение на лице Натали исчезло. Она с облегчением вздохнула и, выпрямившись, сняла руки с перил, но уже в следующую секунду раздраженно нахмурилась.
– Вы самый странный человек, которого я когда-либо видела.
– Ну, вы же знаете, что говорят о нас, аристократах. Все мы немного не в себе.
– Не следует шутить такими вещами, – пожурила его Натали. – А если бы я взяла да и приняла ваше предложение? – Она покачала головой. – Подумать только!
– Да будет вам. – Малком уселся на каменную скамью, стоявшую у стены, и улыбнулся ей самой что ни на есть обезоруживающей улыбкой. – Я же знал, что могу положиться на ваш здравый смысл.
– Ничего подобного вы не знали, – возразила Натали, сердито глядя на него. – Вам же ничего обо мне не известно! А что, если мне необходимо выйти замуж и я готова ухватиться за первое же подвернувшееся предложение? Что вы тогда стали бы делать, а?
– Наверное, женился бы на вас. – Малком облокотился о стену дома. – Вы считаете, что это такая уж страшная судьба?
Натали едва сдержала смех.
– Не думайте, что я отвечу вам с той же откровенностью, с какой ответили мне вы.
– В этом нет необходимости. Вы уже рассказали мне, что собой представляете, – заверил он ее. – Сначала вы поведали, что в детстве были упрямой и взбалмошной, а потом заявили, что с тех пор не слишком изменились. – И он подмигнул Натали.
На сей раз она не выдержала и расхохоталась:
– Я так и знала, что поплачусь за свою откровенность. Теперь вам известно, почему я, дожив до двадцати четырех лет, так и не вышла замуж. Ни один мужчина не осмелился взять меня в жены.
– Двадцать четыре года не возраст. Кто знает, быть может, в вашей судьбе наступит крутой поворот.
Натали забарабанила затянутым в перчатку пальцем по подбородку, насмешливо глядя на него.
– Интересно, что вы хотите этим сказать? Что мне вдруг повезет? Или не повезет? – Она предупреждающе подняла вверх палец. – Будьте осторожны в своих высказываниях, сэр.
– Не смею вам ответить, – хмыкнул Малком.
– Гм… Наконец-то я вижу в вас первые признаки благоразумия.
И они улыбнулись друг другу в сгущающихся сумерках. Небо теперь было бархатисто-пурпурного цвета, и на нем вспыхнули первые звезды. В такой прелестный летний вечер вполне простительно поддаться сумасшествию, что он только что и продемонстрировал. Это даже забавно. Совсем другое дело – в ясный полдень сделать предложение женщине, которую знаешь от силы несколько часов. Малкому даже страшно было представить себе, что могло бы произойти в этом случае. Вряд ли они бы так тепло улыбались друг другу десять минут спустя. «Самое главное – это правильно выбрать время», – решил он.
Натали вопросительно взглянула на него, однако он отрицательно покачал головой. Глаза его задорно сверкнули.
– Нет, мисс Уиттакер, на сей раз я оставлю свои мысли при себе.
А подумал он о том, что не помнит, когда в последний раз так часто улыбался.
Глава 7
Они вошли в дом, в котором уже зажгли лампы. Натали резко остановилась на пороге, увидев, что няня преспокойно пьет чай, сидя у окна, выходящего на веранду. С этого места она вряд ли что-то услышала из их разговора – и слава Богу, – но слишком уж равнодушным было ее лицо. Няня перевела взгляд со своей воспитанницы на лорда Малкома, и Натали ощутила легкое беспокойство: взгляд показался ей чересчур безмятежным.
Натали прекрасно отдавала себе отчет в том, что никогда еще в своей жизни не проводила время наедине с неженатым мужчиной, к тому же в темноте. Няня тоже об этом знала. Невозможно было поверить, что, став свидетельницей такого необычного события, она не задаст себе кое-каких вопросов.
Натали предупреждающе нахмурилась, однако няня сделала вид, будто ничего не заметила. Встав со стула, как того требовали приличия, она обратилась к лорду Малкому, почтительно сообщив ему о том, что взяла на себя смелость уложить Сару в постель.
– И она вам это позволила? – изумился лорд Малком.
– Конечно, милорд. – Няня слегка улыбнулась. – Разрешите поздравить вас, сэр. Ваша дочь очень милая, хорошо воспитанная девочка.
Лорд Малком от удовольствия расплылся в улыбке. Трогательно и в то же время забавно было видеть, как приятна ему похвала няни в адрес его дочери. У Натали потеплело на сердце. Она по опыту знала, что мужчины обычно не слишком любят своих дочерей.
И внезапно ей пришло в голову, что лорд Малком, должно быть, очень любил мать Сары. От этой мысли у Натали почему-то защемило сердце.
С трудом она вновь обратила свое внимание на лорда Малкома и няню. Они о чем-то дружелюбно беседовали. Похоже, лорд Малком склонялся к тому, чтобы нанять миссис Бигалоу. Это также не способствовало улучшению настроения Натали. На ее памяти няня всегда спала в соседней комнате, и при необходимости ее всегда можно было позвать. И теперь, когда ее там больше не будет, она наверняка почувствует себя одиноко.
Сев к столу, Натали налила себе чаю. Он оказался холодным. Поморщившись, она отставила чашку в сторону. А в это время лорд Малком и няня пожимали друг другу руки. Натали подавила тяжелый вздох. Что ж, она сама все это затеяла, следовательно, ей и расхлебывать.
– Значит, договорились, – услышала она слова лорда Малкома. – Я прикажу своему поверенному, чтобы он зачислил в штат вас обеих, – он сделал широкий жест в сторону Натали, – с сегодняшнего дня. А пока, миссис Бигалоу, надеюсь, вы распорядились забрать ваши вещи из коляски? Да? Очень хорошо. В таком случае, полагаю, вам сейчас хотелось бы ими заняться?
Однако няня не спешила уходить из комнаты. Она пристально взглянула на Натали. Лицо ее вновь приобрело непроницаемое выражение.
– Нужно было нам взять с собой молодого Дэниела. Он бы отвез тебя домой. Жаль, что мы об этом не подумали. На улице уже совсем темно.
Натали беззаботно отмахнулась:
– Ничего. Вряд ли я заблужусь по дороге в Кросби-Холл.
– Естественно, я вас провожу, – вмешался в их разговор лорд Малком.
Няня глянула на него поверх очков, словно пытаясь прочесть его истинные намерения. Боясь, что она сейчас выскажет все, что думает по этому поводу, Натали поспешно вскочила со стула:
– Благодарю вас, милорд, но мне не нужны провожатые.
Она была уверена, что няня собирается сделать выговор лорду Малкому за столь неуместное предложение. Каково же было ее изумление, когда няня, сложив руки на груди, спокойно произнесла:
