Я уже не один раз задавалась этим вопросом. Что, нам теперь всю жизнь так жить? Как минимум до ее восемнадцатилетия?.. Не знаю. Но есть надежда, что я привыкну. Просто надо постоянно напоминать себе о том, что не важно, чего хочу я — важно, как лучше для дочери.
— Я постараюсь, Максим, постараюсь, — встаю с кровати. — Давай лучше пораньше отправимся, а то мало ли, что там по дороге.
— Да, поехали. Бери Улю, а я возьму чемодан.
— Спасибо…
В аэропорт мы приезжаем вовремя, какое-то время занимает регистрация, а потом ожидание. Максим рядом. Он остается до самого конца.
— Обязательно позвони, когда прилетите.
— Обещаю, — обнимаю брата.
Уже взлетая, меня пробивает на слезы. Я буду скучать по нему… Теперь я немного злюсь на отца. Зря он тогда нас не познакомил.
Прилетаем мы в столицу быстро по ощущениям. Впервые мне кажется, что время не тянулось. Наверное, потому, что часть меня не хотела возвращаться в этот город никогда.
Собираюсь отправиться в зал выдачи багажа, но Барсов возникает словно ниоткуда.
— Ох…
— Извини. Испугалась?
— Нет… Возьми, — отдаю ему дочку, которую он с радостью забирает. — Мне нужно забрать чемодан, — отправляюсь за ним, но постоянно оглядываюсь. Хочу быть каждую секунду уверена, что он рядом с моей дочерью в руках.
Забрав чемодан и позвонив брату, я оборачиваюсь и вижу, что к нам подошел его водитель.
— Отдай ему чемодан. Он отнесет его в машину.
Молча отдаю его и смотрю, как Мирон разглядывает дочку.
— Она подросла.
— Да… — а сама смотрю на него, без отрыва. Другой он какой-то. — Ты кроватку поставил?
Мирон вскидывает на меня странный взгляд.
— Я же тебе три дня назад звонил, рассказывал об этом. Поставил, Лиль.
— А, да… Точно, — качаю головой. — Все в голове перемешалось…
— Да, знаю, ты перелеты не очень переносишь.
— Дай мне ее, — прошу его. — Я сама ее к машине понесу. Еще успеешь с ней поближе познакомиться.
Мирон несколько секунд пристально смотрит на меня, после чего все же без лишних вопросов отдает мне дочь.
— Что ж, поехали к тебе, — говорит Мирон.
— А ключи где?
— В машине. Пойдем.
И я сделаю за ним. Вынуждена.
— Ты сегодня с водителем… — произношу, когда уже вижу машину и незнакомого мужчину в ней.
— И что?
— Просто... ты же любишь сам быть за рулем, нет?
— Сегодня — нет. Тебя волнуют такие мелочи?
— Меня все волнует. Я этого человека раньше не видела.
— Не волнуйся. Я обновил штат. Почти весь.
— Ясно.
Мирон открывает для нас дверь черного седана, а сам садится с другой стороны, называет мой домашний адрес и… подсаживается поближе.
— Не доверяешь ее мне?.. — интересуется. — Только честно.
— Ну… держал ты ее неплохо в тот раз для первого раза.
— Ты же понимаешь, что я не о том.
Шумно вдыхая, смотрю на свою малышку.
— Я ее мать. Я должна не доверять, — отвечаю ему. — И если ты имеешь в виду: отдать ее тебе, чтобы ты повез ее в свой дом, знакомиться с твоей матерью — то да, не доверяю. Этого не будет.
— Ты все по поводу матери переживаешь…
— Но она же в курсе, что я родила?
— В курсе. Но я ей сказал, что пока общаться ты не готова, и что все будет на твоих условиях.
— Мое условие — чтобы она не приближалась. Она хотела отнять у меня Ульяну! Чтобы заставить вернуться к тебе! Это кем надо быть, чтобы… — прикусываю язык, а то сейчас разойдусь. — Ты понял меня.
— Понял. Но ты же понимаешь, почему я ей так сказал. Скажи я ей, что она никогда не увидит внучку, она бы… Пойми, она моя мать. Я так не могу тоже.
Да все я понимаю. Я тоже человек. Но еще я мать, у которой хотели подло отнять ребенка. И это моя бывшая свекровь!
— Говори ей, что хочешь, Мирон. Главное, чтобы она не приближалась.
— Об этом не волнуйся.
На этом я умолкаю, а Мирон больше ничего не говорит до самого конца поездки.
Перед дверью подъезда Мирон вручает мне ключи, а сам снова просит подержать Ульяну.
Поднявшись наверх, я немного медлю перед тем как войти в квартиру. Волнуюсь немного. Давно меня здесь не было. Как там все сейчас...
— Чемодан забыли, — снимаю сапоги. В столице куда теплее, чем в Новосибирске. Тут я такие теплые сапоги уже не надену.
— Его принесут, не волнуйся. Иди лучше, посмотри кроватку.
Точно… Надо пойти взглянуть.
Снимаю пальто и тороплюсь заглянуть в комнату, при виде которой теряю дар речи.
Я просила кроватку… А он тут все обставил. Все необходимым, подстроившись под цвет стен. Хотя, сомневаюсь, что это все он придумал. Наверняка дизайнеры постарались.
А сама кроватка… Это просто ложе для принцессы.
— Ну как? Нравится? — слышу за спиной.
— Нра… Я просила только кроватку, — оборачиваюсь.
— А я говорил, что буду помогать вам, — приводит аргумент. — Разве тут есть что-то лишнее?
Снова осматриваюсь, а потом шумно вздыхаю. Что тут сказать, — здорово очень.
— Я и сама бы могла все это купить, но… хорошо. Дай мне ее, мне нужно ее подмыть и покормить, — подхожу и забираю у него переноску с дочерью. — Потом она будет отдыхать. Она сейчас только и делает, что спит да ест…
— Я могу чем-то помочь? — ставит руки в боки.
— Сходи вниз и чемодан принеси, — отстраняюсь к комоду, на который ставлю переноску. — Иди…
Мирон уходит без единого слова.
Когда возвращается, я уже выхожу с дочерью из ванной комнаты. Мы помылись и готовы кушать. За этим я точно не позволю ему наблюдать.
— Тебе что-то срочно нужно было в чемодане?
— Да нет...
— Просто спровадить меня хотела?
— Да, — признаюсь. — На самом деле… Ульяна еще даже плохо видит. Ей нужна моя забота и молоко, а ты…
— А я не нужен. Я понял. Но я все равно хочу быть рядом.
— Но сейчас я буду ее кормить, так что…
— Я в гостиной подожду, — нагло проходит мимо меня, отказываясь уходить. Он уже и пальто снял. Решил остаться.
— Через пять минут после кормления или даже раньше, она отключится.
— Не страшно, — доносится уже из гостиной. — Делай, что нужно. Я подожду.
Чего подождет — не понятно. Со мной, наверное, поговорить хочет. О чем только?
Вернувшись в комнату и прикрыв за собой дверь, я никуда не тороплюсь. Усаживаюсь в нереально удобное новое кресло и прикладываю малышку к груди. Наевшись, ее сразу клонит в сон. На этот раз прямо сразу.
Уложив ее в кроватку, я еще с минуту наблюдаю за своей принцессой. В этой кроватке она и впрямь принцесса. Надо будет потом еще видеоняню установить. Мирон и ее распорядился привезти. Отличное устройство. Сбережет мне время и нервы.
Бесшумно выхожу из комнаты и так же бесшумно закрываю за собой дверь.
Войдя в гостиную, вижу Мирона на диване, закинувшего ногу на ногу, со смартфоном в руке.
— Кхм… Она поела, теперь спит. Если хочешь на нее посмотреть, то старайся не шуметь. А мне переодеться нужно, — не дождавшись от него ни полслова, я ухожу в спальню, в которой прижимаюсь спиной к двери и теперь слышу стук собственного сердца.
Я и предположить не могла, что будет настолько тяжело… Это что-то неощутимое, медленно отравляющее меня.
Я не хочу, не хочу его видеть…
Но у нас договор. Я должна взять себя в руки.
Со психом переодевшись в легкий свитер и джинсы, я прихожу в гостиную.
Он как сидел, так и сидит.
— Ты не ходил смотреть Улю? — медленно подхожу ближе, а он улавливает каждое мое движение.
— Нет. Ты сказала, что она спит. Не хочу ее разбудить.
— Ясно… — вздергиваю правую бровь и отвожу взгляд.
— Что?
— Ничего… Ты остался, чтобы со мной поболтать. Может, еще ждешь, что я тебя чаем буду поить?
— Лиль…
— Я согласилась на это все, потому что ты не оставил мне выбора, — скрещиваю руки под грудью.
— Зачем ты мне это говоришь... снова?
— Чтобы ты помнил. Я буду постоянно тебе напоминать.
— Я все знаю, Лиля, хоть и не согласен…
