— Я все про нее знаю. И знаю, что тебе пришлось отвечать за ее поступки. Она была лгуньей. И то, что она умерла такой смертью… наказание ей. Она его полностью заслуживала, если то, что я узнала про нее — правда.
Откуда она знает?!
— А ну стой...
Она пятится.
— Не спрашивай, откуда я знаю. Это уже неважно. Она тебе не подходила. Как и Лиля. Я, знаешь, много с ней общалась. Притворялась ее подругой, чтобы понять, что она за человек. Она мечтательница. Она хочет идеальных отношений. Чтобы ее любили. Она не хотела понимать, что ты ТАКОЙ человек, что у тебя есть прошлое… Но я понимаю! Я тебя как никто понимаю!
— Откуда ты знаешь про Таю?
Меня только это интересует сейчас. Ее бредни по поводу того, какая она идеальная для меня — я их попросту не воспринимаю.
— Я ничего тебе не скажу. Ты же не говоришь, за что так сильно ненавидишь меня.
— Я ненавижу тебя за твои поступки.
— Ты прекрасно знаешь почему я их делала. Я просто была обиженной женщиной, на которую ты не обращал внимания. Я стравливала вас с Таей и пришла к Лиле в ту ночь, чтобы рассказать о чувствах к тебе. Все было только на словах. Ты бил по мне куда больнее.
— Последний раз спрашиваю, — цежу, теряя терпение, — откуда ты знаешь про Таю?
Лана качает головой и перемещается немного левее.
— За сколько ты готов купить у меня эту информацию?
Вот же сучка.
— Да я это несерьезно… — усмехается. — Я сама назначу цену, — неуверенно направляется ко мне, останавливается менее, чем в метре. — Поцелуешь меня — тогда скажу.
Смотрю на эту идиотку, которая думает, что может мне условия ставить.
— Да мне в принципе плевать, откуда ты знаешь. Но ты только что в конец разозлила меня.
— Что это значит? — выдыхает шумно, чуть отступая назад.
— Уезжай из города.
— Это угроза, Мирон?
Не отвечаю ей, видя, как ее потряхивает всем телом. Потом она начинает кивать.
— Я узнала все от человека, который мстил ей, а потом тебе. Это… это все, что я знаю, — бормочет Лана, а потом сбегает из моего кабинета.
До позднего вечера я провожу время в офисе, занимаясь делами, до которых руки не доходили в последний месяц. Пока ждал Лилю, не мог взять себя в руки.
Пора домой, хоть и не хочется.
Снова делаю попытки дозвониться до Лили. Одну, две, три... Она игнорирует, а я с каждой попыткой переживаю все больше и больше.
Она сегодня больше никуда не выходила, но мне все равно тревожно.
Если приеду к ней она точно разозлится. Но мне просто нужно увидеть ее, чтобы знать, что все в порядке.
Да, я поеду.
Приехав и позвонив в домофон, я не получаю ответа.
Меня это совсем не устраивает.
Достаю из кармана ключи, которые сделал на всякий случай. Не хотел я ими пользоваться, но придется.
Вхожу в подъезд и поднимаюсь на ее этаж. Звоню в дверь. Трижды звоню. После каждого раза прислушиваюсь. Там полная тишина. Не слышу ее шагов.
Сердце заходится так, что становится больно в груди, а ноги сковывает страх.
Судорожно проворачиваю ключ в замочной скважине и, оказавшись в прихожей, снова прислушиваюсь. Полная тишина, и только из кухни льется свет.
Снимаю обувь и спешу по пути заглянуть в комнату дочери. Лили здесь нет, а Ульяна спит. Несколько секунд смотрю на дочку и двигаюсь из комнаты в сторону ее спальни, дверь которой слегка приоткрыта.
— Лиля… — стучу костяшками пальцев в дверь и заглядываю.
Работает ночник, слабо освещая комнату. Лиля лежит на не расправленной кровати, на спине, раскинув руки в стороны. От ее вида у меня начинает кружиться голова. Что с ней?..
— Лиля… — приближаюсь к ней, наклоняюсь и осторожно касаюсь щеки. — Лиля?..
Она морщится, начинает что-то мычать, а потом как распахнет глаза.
— А-а-а! — вскрикивает и делает резкий выпад рукой, пытаясь ударить, но попадает вскользь мне по лицу.
Перехватаю ее за руки, когда она хочет вскочить.
— Это я! Это я!! — сильнее стискиваю ее предплечья. — Тише… Ульяна спит.
Она задыхается, пытаясь всмотреться в мое лицо в этом полумраке.
— Ч-чт… Что… Что ты здесь делаешь?! — вскрикивает снова, а я спешу встать и прикрыть дверь, чтобы меньше шума было там. — Отвечай!! — встает на кровати, но не спускается с нее. — Как ты здесь оказался?!
Ну сейчас начнется...
— Сначала ты ответь: почему не отвечала на звонки?
— Ты обалдел?! Как ты попал в квартиру?!
— Прости, но я сделал себе копию ключей, — признаюсь виновато. — Правда на крайний случай.
Она смотрит на меня как на самого большого предателя в мире, качая головой.
— Ах ты…
— Не злись, — выставляю слегка одну руку вперед. — Я бы так не сделал, если бы ты просто ответила мне. Мне было неспокойно. Я сначала в подъезд зашел, потом в квартиру позвонил…
— Я спала!
— Так крепко?
— Да, Мирон, я устаю! Я сегодня так вымоталась, что… Ульяну помыла, покормила, уложила, а потом вырубилась без чувств! Так бывает. Я ничего не слышала!
— Понимаю. Но я хотел лишь…
— Ты нарушаешь наш договор! — цедит Лиля сквозь зубы, указывая на меня пальцем. — Мало того, что ты врешь…
— В чем я тебе вру?
— Да во всем! Ты на что угодно готов, чтобы склонить меня к переезду. Хочешь продолжить то, что не убило меня в прошлый раз.
Каждое ее слово причиняет мне боль. И раньше так было. Я этого не показывал и себя убеждал, что мне не больно. Но мне всегда было больно. Весь последний год, пока мы были врозь, я вспоминал множество моментов с ней. Делал это специально. Я заслуживал эту боль.
— Я сейчас здесь не для того, чтобы снова тебя к чему-то склонять. Я испугался, что что-то могло случиться, и только поэтому воспользовался ключом.
Вижу, как она немного расслабляется, а потом спускается с кровати.
Выставляет руку ладонью вверх.
— Ключи, — требует. — Отдай их мне.
Я не хочу их отдавать, но все же вкладываю ей их в руку, сжимаю ее пальцы, а потом, поддавшись желанию, тяну ее за эту руку к себе.
Глава 32.
Лилия
Он тянет меня за руку к себе, а я... ничего не делаю. Не проявляю и доли сопротивления. А должна была уже давно вырваться и указать рукой на дверь.
Еще мгновение, и он прижимает меня к себе. Его ладонь ложится мне на спину. Я чувствую его тепло, запах. Мои ноги слабеют, колени дрожат.
Боже...
Нет, ни за что… Только не снова.
Я не позволю ему.
Кладу свою ладонь ему на грудь и давлю несильно.
— Прекрати, Мирон, — делаю рывок назад с ключами в руке. — Надеюсь, еще копий у тебя нет?
На него лице столько разочарования. Такой измученный. Но я не стану его жалеть. Он меня в свое время не жалел. Все он прекрасно видел.
— Нет, — отвечает мне сухо, предпочитая смотреть в сторону.
— Я тебя провожу. Выходи… Я за тобой.
Мирон уже собирается это сделать, слегка поворачивается, но вновь становится ко мне лицом.
— Позволь мне остаться.
Часто моргаю, пытаясь осмыслить его просьбу.
— Ты... это всерьез?
— Да.
— Зачем тебе оставаться? — обхватываю плечи руками. Холодно как-то резко мне стало.
— Мы проверим…
— Что проверим?
— То, чего ты боишься. Ты сказала, что не сможешь со мной на одной территории. Давай проверим это здесь, в эту ночь. Я буду спать в одной комнате, а ты в другой.
Ха, придумал же... И когда же?
— Так ты специально приехал…
— Нет, — спешит опровергнуть мысль, которую я даже не до конца озвучила, — минуту назад в голову пришло. Приехал я лишь потому, что не смог до тебя дозвониться.
Хочу дать ему очевидный ответ, но услышав эти звуки, спешу отодвинуть бывшего в сторону и выбежать из комнаты.
Малышка моя проснулась. Как же мне стыдно… Уснула крепко, а потом разоралась как не знаю кто. Моя вина. Полностью.
Беру дочь на руки и пытаюсь ее укачать. Только в этот раз она быстро не успокаивается.
