2. Некомплексный характер реформы. Изменения в народном хозяйстве предполагалось проводить, прежде всего, за счет применения организационно-технических мер, не связанных напрямую с коренным преобразованием общественных институтов, на которые опирался прежний хозяйственный механизм. Ни о какой демократизации производственных отношений, изменении форм собственности и перестройке политической системы речь даже не шла;
3. Слабая кадровая подготовленность и обеспеченность реформы. Инерция мышления руководящих хозяйственных кадров, давление на них прежних стереотипов, отсутствие творческой смелости и инициативы у непосредственных исполнителей преобразований обусловливали половинчатость замысла реформы и обрекали ее в итоге на неудачу;
4. Противодействие реформе со стороны партийного аппарата и его руководителей (Л.И. Брежнева, Н.В. Подгорного, Ю.В. Андропова), боявшихся, что экономика может выйти из-под партийного контроля, а реформа – поставить под сомнение сущность социалистического строя:
5. Чехословацкие события 1968 г., где аналогичные новации привели к началу демонтажа политической системы, что очень испугало советское руководство.
Вместе с тем реформа 1965 г. показала пределы и ограниченность социалистического реформаторства. Экономическая реформа, будучи непоследовательной уже на этапе замысла, не была осуществлена должным образом. Она не смогла переломить неблагоприятные тенденции в экономическом развитии страны, а усилия партийного аппарата свели ее на нет. Реформа не ликвидировала старую командно-административную систему По мнению партийного руководства страны, методы управления, основанные на товарно-денежных отношениях, противоречили социалистической экономике.
Более того, реформа вообще не задела центральных органов управления хозяйством. Предполагались прямые торговые связи между предприятиями и, как следствие, конкуренция. Но это противоречило сохранявшейся системе централизованного распределения ресурсов. И план предприятия определялся не портфелем заказов, а тем количеством ресурсов, которое удавалось получить по линии Государственного комитета по материально-техническому снабжению (Госснаба СССР).
Параллельно с деятельностью по реформированию хозяйственного механизма в 1965–1985 гг. брежневское руководство много внимания уделяло совершенствованию административной структуры бюрократического аппарата. Число министерств увеличивалось с каждым годом. В 1982 г. в стране было около 100 министерств и ведомств – рекордное число подобных образований с первых лет советской власти. Наиболее серьезные структурные изменения претерпела в конце 1970-х гг. та часть административного аппарата, которая была связана с управлением народным хозяйством. В феврале 1979 г. Совет Министров СССР утвердил положение о производственном объединении в сельском хозяйстве, включавшем в себя агропромышленные предприятия и объединения. Суть изменений заключалась в том, чтобы объединить промышленные и сельские организации и предприятия, повысить тем самым производительность труда в сельском хозяйстве и уменьшить ведомственную разобщенность. Как практически все эксперименты периода застоя, агропромышленные объединения очень быстро показали свою неэффективность и в 1988 г. практически прекратили свое существование[96].
Импульс, который дала развитию экономики реформа, постепенно сошел на нет уже в начале 9-й пятилетки. При этом необходимо признать, что, несмотря на всю половинчатость реформы 1965 г., она несколько задержала темпы падения производства, но с начала 1970-х гг. они стали резко увеличиваться. Официальная статистика не в полном объеме показывает динамику снижения производства, так как в это время получила широкое распространение практика приписок и фальсификаций на самом высоком уровне, но даже она не в состоянии была скрыть основные тенденции в развитии производства. Возможности экстенсивной формы расширенного воспроизводства уменьшались в результате сокращения прироста важнейших производственных ресурсов – трудовых, сырьевых, энергетических. Структура экспорта СССР была на уровне слаборазвитых стран. От пятилетки к пятилетке происходило падение основных экономических показателей. Уравниловка на производстве, соответствовавшая идеологической установке на сближение социальных групп, привела к падению престижа сложного, квалифицированного труда, ликвидировала стимулы роста квалификации и производительности.
В конце 1970-х гг. руководство под давлением все более ухудшающейся ситуации в экономике вынуждено было вновь вернуться к идее хозяйственной реформы. Однако решения, принятые в 1979 г., лишь отдаленно напоминали реформу. Предусматривалось усиление, как хозрасчетных отношений, так и их антипода – директивного планирования[97]. Это была одна из последних попыток модернизировать сложившуюся административно-командную систему, которая была обречена на неудачу в силу своей половинчатости.
Промышленность и транспорт
На первый взгляд, промышленность СССР в годы семилетки 1959–1965 гг. развивалась вполне успешно. Было намечено увеличить промышленное производство на 80 %, а выросло оно на 84 %, так что количественно план был перевыполнен. Произошли структурные сдвиги, отражавшие технический прогресс. Черная металлургия увеличила производство на 66–67 %, а цветная – в 2–3 раза. Для изготовления новых машин требовалось не так много, как прежде, черного металла, зато больше – цветных сплавов. Добыча угля выросла только на 16 %, добыча нефти – в 2,2 раза. Новые двигатели требовали жидкого топлива. Химическая промышленность увеличила производство в 2,5 раза: рост выпуска синтетических материалов был одним из ведущих направлений технического прогресса нового времени. Однако некоторые из прогрессивных структурных сдвигов проходили с запозданием: угольная промышленность и черная металлургия перешли в разряд «старых» отраслей уже после Первой мировой войны. Теперь на первый план выдвигались отрасли научно-технической революции – робототехника, микроэлектроника и т. п. Впрочем, технический прогресс в годы семилетки выражался не только в структурных сдвигах. Именно в это время происходил переход к индустриальным методам в строительстве, когда детали здания готовились на заводе, а строительная площадка превращалась в сборочную. На железных дорогах переходили от паровозов к тепловозам и электровозам[98].
Но за годы семилетки темпы роста производительности труда не увеличились, а понизились. Сократилась фондоотдача, т. е. выпуск продукции на единицу основных фондов. Выпуск продукции вырос на 84 %, а основные фонды промышленности – на 100 %. А ведь при интенсификации фондоотдача должна расти: новые фонды – новая техника, более производительная. Таким образом, те показатели, которые отражают процесс интенсификации, свидетельствовали о замедлении этого процесса. Лозунг интенсификации не подкреплялся экономическими стимулами. Административная система исключала конкуренцию, а без нее предприятия не были заинтересованы в техническом прогрессе, потому он проводился лишь по административным указаниям сверху. Отставание СССР от передовых стран по техническому уровню промышленности увеличивалось. Поэтому в 1965 г. было принято решение о проведении экономической реформы – о переходе от административных к экономическим методам управления хозяйством.
